Город - Сергей Юрьевич Михайлов

Я посмотрел в противоположную сторону – там коридор изгибался и исчезал. Все-таки я решил сначала глянуть на улицу, если там есть дома, по их внешнему виду будет легче понять, что это за место.

Домов рядом не наблюдалось. Я стоял перед огромными, словно в каком-нибудь присутственном месте, створками дверей и через стекло рассматривал улицу. Это был действительно, парк или сад, дорожка, начинавшаяся от высокого каменного крыльца, уходила прямо в деревья. Они почти сомкнулись над ней кронами, обрамленными пышными шапками снега. Сад был ухоженным и люди явно жили здесь сейчас – дорожка была расчищена и тщательно выметена. Редкий снежок, сыпавший с серого неба, еще не накрыл шахматный рисунок разноцветной плитки.

Я еще с полминуты постоял, ожидая, не появится ли кто, и решил идти обратно, проверить дом. Я повернулся и чуть не присел – сзади меня стояла девушка.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась она и доброжелательно улыбнулась. От меня не укрылось, что в её глазах мелькнули веселые чертики – похоже, она радовалась произведенному эффекту.

От неожиданности я немного растерялся и затянул с ответом, поздоровался только, когда у нее в глазах появилось недоумение:

– Здравствуйте. Как вы меня напугали.

Её взгляд потеплел, и в нем опять мелькнула детская довольность своей шалостью. Хотя девушка была довольно высокой, почти по плечо мне, и фигура у нее была уже сформировавшейся, но мне показалось, что ей лет четырнадцать-пятнадцать. Слишком уж лицо выглядело по-детски – открытый веселый взгляд голубых глаз, пухлые губы и мелкие веснушки вокруг носика.

Я глянул на себя – видок у меня был еще тот: потертые армейские ботинки и джинсы, выцветшая от постоянного солнца футболка и лохматая леопардовая безрукавка. Через плечо кобура с Маузером и черный широкий нож на поясе – вещи, купленные когда-то у Гракса. Какой-то час назад я был там, где этот наряд не вызывал не малейшего удивления, а сейчас стою пред красивой девушкой-подростком в заснеженном зимнем доме, где наверняка понятия не имеют об Оазисе и мире с вечной жарой.

– Где я? Как называется это место?

Я задал вопрос и вдруг понял, что говорю я не по-русски. «Что за черт?! Когда я научился разговаривать на этом языке?»

– Так вы не снизу? Вы не из деревни?

Взгляд девочки сразу стал испуганным. Все веселье улетучилось. Я видел, что она как будто только сейчас разглядела меня. Девушка дернулась, я понял, что она сейчас убежит.

– Постой! Не бойся! Я ничего плохого не сделаю. Помоги мне.

– Я сейчас позову кого-нибудь, – девушка явно была в замешательстве.

– Хорошо, – сразу согласился я. – Позови кого-нибудь из взрослых.

Эти слова, к моему удивлению, произвели обратный эффект – девушка блеснула глазками и вздернула носик.

– А я вам что – ребенок? Я сама могу все решить.

Я понял, что незнакомка сейчас как раз в том возрасте, когда уже считаешь себя взрослым, и любые намеки на возраст сразу принимаются в штыки. Когда-то, лет в тринадцать-четырнадцать, я сам таким был.

– Хорошо, – снова согласился я. – Тогда давай познакомимся. Меня зовут Саша, я из Москвы.

Я специально приплел Москву, может быть, девочка среагирует на название. В моем мире, Москву знали не только в России. Однако мои ожидания не оправдались, девочка пропустила название столицы мимо ушей.

– Меня зовут Савейя. Так как вы оказались здесь, и чем я могу вам помочь?

Её ответ только подтвердил то, о чем я сам догадался, поняв, что разговариваю на незнакомом языке – я в очередном новом мире. Чем она могла мне помочь, я сам пока не знал, и честно признался в этом:

– Прости, Савейя, я сам пока не представляю, чем ты можешь помочь. Я немного заблудился и для начала хотел бы определиться, где я нахожусь.

– Так вы точно не из крестьян? Простите, но ваш вид… Вы очень похожи на тех, с окраины. На бедняков.

Говоря это, девочка стушевалась, она еще, похоже, не научилась взрослой дипломатии. Я пропустил мимо ушей замечание о своем внешнем виде, мой мозг сразу выхватил слова – крестьяне и бедняки. Это что еще за дела? Я опять попал в какой-то отсталый мир? Я опять посмотрел на девушку, но по одежде ничего не понятно – в моей голове понятия крестьяне относилось к веку девятнадцатому, и раньше. И девушек той эпохи я представлял соответственно – объемные платья, рюшечки и чепчики. В, общем, все то, что я видел в кино про это время. Савейя же была одета в плотно облегавшие синие брюки без карманов – мне даже сначала показалось, что это джинсы – и свободный тонкий свитер темно-зеленого цвета. На ногах были короткие сапожки из желтой замши. Вполне современный вид, таких полно было на улицах Москвы.

– Все-таки давайте я позову папу, он разберется.

Я понял, что она успокоилась, и не будет поднимать панику, пугая родных, поэтому согласился:

– Позови. Я подожду.

Глава 11

На миг в глазах девушки опять мелькнуло сомнение – я понял, что она раздумывает, не опасно ли оставлять ли меня одного – но через секунду голубые глаза опять заблестели.

– Я быстро! Только вы никуда не уходите, а то заблудитесь. Дом у нас большой.

Савейя развернулась и быстро скрылась за поворотом. Уже оттуда я услышал, как она зовет:

– Сир Василай, где вы? Папа, ты мне нужен!

Я хотел было пройти вслед за девушкой за поворот и взглянуть, что там, но не успел. Оттуда появилась женщина. При взгляде на нее у меня в голове сразу оформилось понятие – дама. В моем понимании этого слова дама должна была выглядеть именно так, как выглядела новая гостья. При этом, главное было не в одежде – наряд женщины был самым обыкновенным, лишь немного отличавшимся от наряда Савейи. Те же брюки, только чуть более широкие, и тонкий свободный свитер без горла. Гамма цветов, правда, была другая – темные, почти черные брюки и белый свитер.

Все это, как и её лицо, я разглядел потом, сначала я увидел только её глаза – большие, влажные и черные, словно южная ночь. Они особенно выделялись на фоне бледной, почти белой кожи. И они заглядывали мне в душу. Я поежился – черт, какая-то колдунья из голливудского фильма-сказки.

– Кто вы?

Когда её губы зашевелились, я ожидал, что речь её будет под