Дельта-V - Дэниэл Суарез

«Вас не задевает тот факт, что вам они были нужны, а ему — нет?»

«Я сам постелил себе постель, теперь мне в ней и лежать.»

«Ваша мать и отчим внесли первоначальный взнос за первые дома ваших братьев и сестёр. Они также оплатили их образование — и бакалавриат, и магистратуру, на общую сумму в несколько сотен тысяч долларов.»

Тайги настороженно посмотрел на доктора Бруно. «Вы рассказываете мне это, потому что хотите, чтобы я разозлился.»

«Я рассказываю вам это, потому что это правда. Ваша семья одолжила вам деньги под проценты, в то время как другие члены семьи получили существенные подарки.»

Тайги сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. «То, что получили мои братья и сёстры, было не подарком. Это были инвестиции. Мой сводный брат и сводная сестра, мой единокровный брат — они делали то, что от них ожидалось. Это то, во что верят моя мать и отчим. Поступить в магистратуру, стать юристом, получить степень MBA — для них это стоящие инвестиции. Завести детей. Профессиональная карьера.»

«Разве вы не достойны инвестиций, Джеймс?»

Тайги почувствовал ловушку, но на этом этапе ему было уже всё равно. «Я не вкладывал своё время в их мир. С какой стати им вкладывать свои деньги в мой? Я для них — загадка.»

«Ваш наставник по дайвингу, Ричард Оберхаус, — вы бы сказали, что он вас понимал?»

Тайги снова почувствовал сокрушительную вину. Прошло несколько секунд, прежде чем он смог ответить. «Да.»

«Как вы смогли принять такое решение — позволить ему умереть, чтобы самому выжить?»

Лицо Тайги несколько раз исказилось от эмоций, но он взял себя в руки, представив невозмутимое лицо Оберхауса — и то, что тот подумал бы о линии допроса доктора Бруно. «Я бы отдал за него жизнь.»

«Тогда почему вы этого не сделали?»

«Потому что я доверял его суждению. И он был прав — он бы умер по пути на поверхность. Я сам едва не погиб, а у Ричарда не было моей устойчивости к азотному наркозу.» Тайги боролся с собой, когда слёзы выступили на глазах. «Жаль, что я так часто его разочаровывал.»

«Вы чувствуете, что разочаровали его?»

«Он часто ругал меня за то, что я не думаю о своём будущем.» Тайги вытер лицо. «А потом он отдал мне своё.»

«Знаете ли вы, какие жалобы на вас есть у других кандидатов?»

Тайги удивлённо поднял взгляд от внезапной смены темы. Он выпрямился. «Без сомнения, вы сейчас мне расскажете.»

«Я бы хотела, чтобы вы угадали.»

«Вы хотите, чтобы я угадал, что другим людям во мне не нравится?»

«Да.»

«И откуда вы знаете?»

«У нас повсюду в лагере микрофоны. Наши алгоритмы слышат всё. Они чувствительнее, чем люди думают.»

Господи. «Наверное, они говорят… что я ужасно себя веду, когда радуюсь, что некоторых кандидатов отчисляют из программы.» Он посмотрел на неё. «Что я недостаточно добрый.»

Она выждала несколько мгновений. «Самая частая жалоба на вас — что вы слишком много говорите о пещерах.»

Тайги кивнул сам себе. Он рассмеялся. «На самом деле это лучше, чем я думал.»

«Можете идти, Джеймс.»

Тайги бросил на неё встревоженный взгляд. «С острова?»

Она покачала головой. «Нет. Можете вернуться в казарму.»

Тайги глубоко вздохнул. «Спасибо.»

ГЛАВА 12

Переговоры

Прошло две недели с тех пор, как Лукас Роша отправил фотографию секретного космического корабля своему клиенту. За это время он полдюжины раз пытался добиться ответа от своего контакта, Лукреции Богданич, но женщина не отвечала ни на звонки, ни на сообщения, ни на электронные письма. Роша просто проигнорировали. Это сильно ударило по его психике.

Теперь он был парализован неуверенностью в себе. Роша раз за разом прокручивал в голове свои действия по ночам. Он не спал больше пары часов подряд уже несколько недель.

О чём он думал, когда отправлял то письмо?

Роша умудрился получить бесценную деловую информацию — такую, о которой, возможно, знал только он, — и что он с ней сделал? Уничтожил единственные отношения с клиентом. И теперь, если бы он продал информацию прессе, тот самый бывший клиент точно знал бы, откуда произошла утечка, и, вероятно, засудил бы его до полного разорения. Они могли бы таскать его по судам, пока он не обанкротится. Они могли бы даже добраться до его и его партнёрши сбережений или до их квартиры в Веве.

Что ему следовало сделать со знанием о секретном корабле? Он сделал неправильный выбор, это было очевидно — но каким было правильное решение? Почему всё, к чему прикасался Роша, обращалось в прах?

По мере того как проходили дни, а затем недели молчания, Роша начал избегать обеспокоенных звонков и сообщений своей гражданской жены. Оба знали, что его юридическая практика идёт ко дну. Она наверняка видела остатки на его текущем счёте и задолженности по кредитным картам. Она уже перевела деньги с их общих счетов. Теперь оставалось лишь дождаться момента, когда ему придётся вернуться домой в Швейцарию поджав хвост и искать работу. Одна мысль об этом убивала его изнутри.

И всё же он продолжал бороться.

Ему пришлось продать коллекцию лимитированных кроссовок, чтобы сохранить офис во Флекспейсе, и он старался не замечать пустые полки в шкафу, одеваясь по утрам.

Он вышел из квартиры в состоянии почти дзен-подобного спокойствия. Хуже быть уже не могло, а значит, и переживать было не о чем. Каждое его действие сегодня работало на лучшее завтра. Разве не об этом говорилось в одной из его мотивационных книг? Может быть. Звучало правдиво.

Роша сел в автобус вместе с другими пассажирами и слушал аудиокнигу под названием «Всегда закрывай сделку». В ней говорилось то, что любой шестилетний ребёнок, выпрашивающий подарок на день рождения, и так знает, но она также заглушала голос в его собственной голове, кричавший: «Неудачник!»

Сойдя на остановке у офиса, он застегнул пальто. Холод бодрил и являл собой глубокую истину: мир хотел его убить. Он наблюдал, как его дыхание вырывается вперёд дерзкими клубами пара. Он всё ещё был здесь.

Грохот вертолёта заглушил звук аудиокниги, и внезапно вертолёт пролетел низко над головой. Он начал снижаться к лужайке рядом с офисным зданием Роша.

Такого он ещё никогда не видел. Он даже не был уверен, что вертолётам разрешено здесь садиться. Проблемы с двигателем?

Он поставил аудиокнигу на паузу и с любопытством наблюдал,