Непосвященная - Селена Ниршева

Он разлил по мискам дымящуюся похлебку. В воздухе повисло тяжелое молчание.

Охота началась. И я была в ней всем сразу: и охотником, и приманкой, и ключом, и, возможно, грядущей жертвой. Мой путь к Книге Вечности, мой путь домой, лежал через самое пекло чужого безумия, и первой ступенькой к нему стала эта кухня в доме Ищеек.

* * *

Я шла между Дороком и Леамой, кутаясь в чужой плащ, подобранный в доме Ищеек. Его грубая ткань натирала шею, но хоть как-то защищала от взглядов редких прохожих. Каждый их взгляд, брошенный в мою сторону, заставлял сердце бешено колотиться. Они видят Моргат. Они не знают, что внутри — перепуганная чужачка, дрожащая от одного лишь воспоминания о лесе и о том безумии, что притаилось в воспоминаниях этой ведьмы.

Дорок двигался легко и бесшумно, как только мы вступили на тропу, ведущую через лес, его взгляд постоянно скользил по округе, отмечая каждую тень. Его спокойствие было обманчивым; я чувствовала исходящее от него напряжение.

— Держись ближе, — его голос прозвучал тихо, но властно, без возможности ослушаться.

Я лишь кивнула, сжимая пальцы под плащом. Мы прошли глубже в лес и именно здесь тени сгустились.

Воздух перед нами внезапно заколебался, будто от зноя, и из этой дрожащей пелены выползло… нечто. Оно было похоже на клубок спутанных черных нитей, извивающихся в форме человеческого силуэта. У него не было лица, только две впадины, откуда на нас смотрел холодный, бездушный голод. Вокруг послышался шепот, полный отчаяния и злобы.

— Скрытень, еще и днём, — сквозь зубы прошипел Дорок, одним плавным движением отстраняя меня и Леаму за свою спину.

Леама вскрикнула и прижалась ко мне, закрывая лицо руками. Я же застыла, не в силах оторвать взгляд от существа. Его присутствие высасывало из меня все тепло, накатывала волна леденящего ужаса. «Оно хочет забрать все… все чувства… всю волю…»

Дорок не стал ждать. Его пальцы вмиг преобразились в длинные смертоносные когти. Он метнулся вперед, и его атака была стремительной и точной. Скрытень отпрянул, шипя, словно раскаленное железо опустили в воду. Черные нити его тела рвались под ударом, но тут же срастались вновь.

— Он не материален! Его нужно разорвать заклятьем! — крикнула я, и сама удивилась, откуда во мне эти знания. Знания Моргат.

Дорок отскочил, уклоняясь от щупальца из тьмы, вытянувшегося к его горлу.

— Ну так заклинай! — бросил он мне, его голос был напряжен от борьбы. — Я его держу!

Он снова ринулся в бой, его когти стали длиннее. Он рубил и резал, заставляя Скрытня отступать, сосредотачиваться на нем. Существо полностью развернулось к нему, его шепот стал громче, яростнее.

И в этот момент я увидела. Из тени за выступом стены, прямо за спиной Дорока, выполз второй, меньший по размеру, но такой же мерзостный клубок тьмы. Он медленно, неумолимо пополз к его спине, протягивая свои нитевидные щупальца.

Ужас сдавил горло. Дорок ничего не видел, он был занят первым Скрытнем. Он умрет. Сейчас. Прямо здесь. И мы останемся одни.

— НЕТ! — мой крик вырвался воплем чистого, животного страха.

Я не думала. Не вспоминала заклинания. Я просто захотела остановить эту тварь. Защитить Дорока. Я резко выбросила вперед руку. Из моей ладони, из самой глубины моего существа, хлынула волна… Невидимая стена чистой силы. Она не сожгла и не разорвала духа. Она словно сковала его. Скрытень застыл на месте, его щупальца замерли в сантиметре от спины Дорока, дрожа в бессильной ярости. Энергия пульсировала в моей руке, жгучая и чужая, выкачивая из меня все силы.

Дорок, предупрежденный моим криком, резко обернулся. Его глаза на мгновение метнулись от застывшего духа ко мне, и в них мелькнуло нечто — не удивление, а стремительная, молниеносная переоценка обстановки. Этого мгновения хватило.

Его когти, не меняя траектории, описал широкую дугу и вонзились уже не в первого, а во второго, скованного мною Скрытня. Тот не успел даже издать звук. Он просто рассыпался на тысячи черных пылинок, которые тут же испарились в воздухе.

Первый Скрытень, лишившийся подкрепления, отступил с пронзительным, беззвучным визгом и растворился в тенях деревьев.

Наступила тишина. Слышен был только мой собственный прерывистый, хриплый вздох. Рука, из которой вырвалась эта сила, онемела и горела, будто я сунула ее в огонь. Я тряслась всем телом, едва стоя на ногах.

Дорок медленно повернулся ко мне. Его взгляд был тяжелым, пристальным. Он подошел так близко, что я почувствовала исходящее от него тепло.

— Ты… — он не закончил, его глаза изучали мое лицо, потом мою дрожащую руку, которую я инстинктивно прижала к груди.

— Я… я не знаю, как это вышло, — прошептала я, и мой голос срывался. — Я просто… не могла позволить…

— Ты смогла использовать силу, — перебил он меня, и в его голосе не было ни гнева, ни упрека. Была все та же холодность, но теперь с новой, неизвестной нотой. — И помогла мне.

Он посмотрел на то место, где исчез второй Скрытень, затем снова на меня.

— Ведающая не ошиблась. В тебе есть нечто большее, чем просто чужая душа.

Леама, вся бледная, обхватила мою дрожащую руку своими маленькими ладошками.

— Хозяйка… вы… вы в порядке?

Я не ответила. Я просто смотрела на Дорока, чувствуя, как почва уходит из-под ног уже по-новому. Я была не просто ключом или приманкой. Во мне была сила. Сила, о которой я не знала. И это пугало куда больше, чем любая тварь из теней.

После схватки с темными духами мир будто притих, затаился. Даже лес, в который мы вскоре углубились, встретил нас не враждебным шепотом, а настороженной тишиной. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь плотный полог листвы, окрашивая все вокруг в зелено-золотистые, призрачные тона. Каждый шаг по мягкому ковру из хвои и прошлогодних листьев давался мне с трудом. Я все еще чувствовала ту странную, жгучую пульсацию в руке, будто в жилах течет не кровь, а расплавленный свет.

Я шла следом за Дороком, не в силах отвести взгляд от его широкой спины. Всего несколько часов назад этот вид был для меня символом отчаяния и плена. Теперь же… он был щитом. И я, сама того не понимая, только что прикрыла