Пустая. Корона огня и пепла - Мира Салье

Мир накренился и содрогнулся.

Гул в его крови нарастал, кожу покалывало все сильнее, а вены расширялись с пугающей скоростью, становясь ярко-красными. Ник чувствовал внутри поток силы, и она казалась безграничной – не имела ни начала, ни конца. В его жилах запульсировали молнии, будто тонкими сетями оплетая тело. Они стремились вырваться наружу, хотели испепелить его врагов. Лицо Ника исказилось, и на нем не осталось ничего, кроме обещания холодной смерти.

В темном небе угрожающе прогремел гром. Следом сверкнули молнии, словно голоса сотен ангелов. Николас взмахом руки отшвырнул Рию подальше от Эмилиана, но ее брата спасти не получилось. Цепь на шее Алина была необычной и некой сторонней силой удерживала его рядом с «хозяином».

Ник шагнул вперед, всем своим видом предвещая каждому расправу. Вокруг его предплечий и шеи потрескивали молнии.

Высшие демоны преисподней застыли в ужасе.

Им конец.

И судя по выражению их лиц, они это знали.

Правильно. Они и должны бояться.

Зигзаги молний метались по земле. Демоны не успели увернуться, как их атаковали. Николас смотрел, как небесная кара – его кара – обрушивается на прислужников тьмы. Молнии сверкали, земля содрогалась, пока на ее поверхности не остались лишь груды костей и пепла. Он, не раздумывая, уничтожал всё и вся рядом с собой.

Дарнил за спиной громко бормотал ругательства.

Затем взгляд Ника скользнул в сторону Эмилиана, и тот едва заметно дернулся, будто что-то осознав. Принц ада оскалил зубы и наградил его зловещей улыбкой.

– В тебе сила перворожденного архангела. – Эмилиан посмотрел на сундук с останками, а потом снова на Ника. – Значит, ты уже…

Николас угрожающе зарычал, чувствуя, как кровь бешено стучит в висках. Первозданная сила кричала внутри него, зная, что главная цель находится прямо перед ним.

Над их головами нескончаемо грохотал гром, сотрясая землю и священный лес, а небо превратилось в бурлящее, штормовое море. Вокруг рук Николаса собирались молнии, наполняя пространство оглушительным треском.

– Глупец, небесные Творцы просто используют тебя, – усмехнулся Эмилиан. – Они ведь не рассказали тебе всей правды, да? Надеюсь, король Виана, ты не повелся на громкие слова о своем предназначении?

– Плевать, если это поможет одержать победу над тобой, – ответил он и направил молнии в сторону Эмиля.

Ярость вырывалась из Ника нещадными волнами вместе с силой, равной могуществу принца ада. Но удар остановила кровавая стена. Мир содрогнулся от столкновения двух сил, и всех, кто стоял на ногах, повалило на землю.

Эмилиан не рискнул атаковать в ответ.

– К такому я не готов. Пока что, – сказал он, и языки адского пламени окутали его и Алина.

Мгновение – и они оба исчезли.

12

Пророчества, поверья – все они обретают смысл лишь тогда, когда кто-то начинает в них верить и своими действиями осуществляет предсказанное. Поэтому ни одна душа не услышит от меня тех слов, которым я однажды стал свидетелем. Ибо если я ошибаюсь, да хранит нас тогда создатель…

Дневник неизвестного. Том второй

Делла

– Мелина? – тихо позвала Делла. – Мать твою, если ты здесь и просто решила позлить меня…

– Ой, да ладно тебе, – послышался небрежный, мурлыкающий голосок, а затем Мелина появилась в черном бархатном кресле напротив. В руках она держала ярко-красное яблоко. Откусив щедрый кусок, она облизала чувственные губы.

Делла несколько раз выдохнула про себя. Этой мирийке все же удалось скрыться и не попасться Эмилиану и его демонам. Но Делла загнала подальше эмоцию, чем-то напоминавшую восхищение.

– Слишком мрачно здесь, не находишь? – Мелина придирчиво изучала помещение, облаченное в полумрак.

– Я привыкла. Это место очень похоже на…

– Риналию.

Делла кивнула, проследив за ее взглядом, и еще раз осмотрела комнату.

Наверное, ей следовало бы немедленно возненавидеть эти покои, но она не могла. Они так напоминали о доме.

Делла содрогнулась. Да, теперь она считала своим домом Риналию.

Ее взгляд скользнул по стенам, отделанным привычными темно-бордовыми панелями, по черному мрамору с красными прожилками на полу, а затем переместился на кровать с балдахином огромных размеров – она явно предназначалась не только для сна. Сколько же демонов могли на ней уместиться?

– Пока ты болтала со своим принцем ада…

– Он не мой, – бросила Делла.

У нее бешено заколотилось сердце, и она опасалась, как бы ее не стошнило прямо на Мелину.

В тронном зале, находясь рядом с Эмилианом и глядя в лицо, столь неотличимое от любимого лица мужа, Делла сохраняла спокойствие. Она притушила все эмоции и не позволила сердцу пропустить даже удар. Но сейчас она ослабила внутренний контроль, иначе ее попросту бы разорвало на части из-за сдерживаемых чувств.

– Уверена? – услышала она вопрос Мелины. – Я помню, как ты говорила, что Кэллам и Эмилиан абсолютно неотличимы друг от друга. А учитывая, что в разуме твоего принца несколько недель разгуливал его злобный близнец…

Делла задумалась. Риналец, которого она видела в тронном зале, был ей совершенно чужим, однако она не испытывала того странного чувства, как в последний вечер с Кэлом, когда внутренний голос пытался предупредить ее. Но тогда она отмахнулась от всех тревожных звоночков.

Что, если это был он?

Нет…

– Я разведала, где находятся темницы. Поэтому отвлеки принца, чьим бы он ни был, а я обыщу подземелье. – Мелина швырнула надкусанное яблоко в вазу с фруктами и прищурилась от тусклого луча, который источала единственная люстра из красного хрусталя.

Делла поджала губы.

– Тебя точно никто не заметит?

– Я тайно присутствовала на всех важных встречах в Виане и на особо секретных собраниях людей с ринальцами. Поверь, никто меня не заметит. – Увидев ее ошеломленный взгляд, Мелина пояснила: – А ты думаешь, Дарнил просто так сразу доверился Нику? Мы уже знали все о союзе вианцев и ринальцев, только Дарнил искал правильный способ донести эти сведения до отца.

Несколько мгновений в покоях стояла тишина.

– Что с тобой случилось? Как ты во все это ввязалась? – спросила Делла, даже не надеясь услышать ответ. Если ей приходилось делиться с давней противницей своими планами, то и Мелина должна была о себе хоть что-то рассказать.

Но та лишь поднялась с кресла, прислонилась к каминной полке из черного мрамора и стала рассматривать подсвечники искусной работы.

– Не думай, что раз я согласилась помочь, то вдруг начну откровенничать.

Делла поняла: разговор дальше не имеет смысла, поэтому распахнула дверцы шкафа, cнизу доверху набитого всякими нарядами, и достала первое попавшееся