Новая жизнь Артура Савельича - Рафаэль Бази

семь тридцать пять я приеду сюда снова. И твой напильник мне больше не понадобится. Я за ночь пересчитаю термодинамическую матрицу твоего биокинеза по формулам Максвелла-Больцмана и докажу тебе, что цифровая автоматика может обжимать металл в три раза быстрее твоих голых рук. Посмотрим, чей хозрасчет окажется эффективнее, мастер.

— Флаг вам в руки и барабан на шею, гражданин Старк, — Фредди Савельевич удовлетворенно закрыл амбарную книгу и повесил ключ от кассы на щит. — Теория без практики — вещь мертвая, так что дерзайте, пересчитывайте.

Главное — завтра к началу смены без опозданий явится, и очки свои в машине оставьте. У меня по плану на вторник — профилактика подшипников на студийных магнитофонах Ampex, там пыль не прощается. По местам, товарищ Старк! Рабочий день окончен, предприятие закрывается на сегодня.

Тони Старк резко развернулся и быстрым, размашистым шагом направился к своему желтому Chevrolet Corvette. Его телохранители в строгих костюмах испуганно бросились открывать дверь кабриолета, но Тони бесцеремонно отпихнул их, прыгнул за руль чумазым, как кочегар, и со свистом резины рванул с места, уносясь в сторону центральных отелей Нэшвилла.

В его кармане тихо, победно звякали четыре серебряные монеты — первые честные, трудовые деньги будущего создателя Железного Человека.

Фредди, проводив взглядом желтую машину, спокойно запер замок на двери, выключил свет в цеху и поднялся в свою комнатку на верхнем уровне.

За окном Нижний Нэшвилл уже вовсю погружался в уетливое вечернее марево, а в мастерской «Крюгер и партнеры» воцарилась приятная, рабочая тишина, пахнущая печеными яблоками и солидолом.

Глава 21. Параллельный учет: Форма сдельно-премиальной отчетности № 10

Подольск, СССР, июнь 1984 года.

В Подмосковье сгущались тихие, напоенные ароматом цветущей липы сумерки. Над дачным кооперативом «Светлый путь» лениво плыл дымок от редких костров — садоводы жгли весенний мусор после субботника. В открытое окно веранды отцовского дома доносился ровный, сонный стрекот кузнечиков и глухой перестук колес дачной электрички, уходящей в сторону Серпухова.

Светлана Артуровна Савельева сидела у керосиновой лампы «Летучая мышь» (электричество в третьем секторе кооператива опять отключили за неуплату, что Артур Савельевич при жизни назвал бы «чистой воды саботажем и должностной халатностью»). На деревянном столе, покрытом старой клеенкой в крупную клетку, лежала всё та же синяя коленкоровая амбарная книга. Рядом, аккуратно прижимая её край, высился тяжелый чугунный утюг, притащенный Светой из чулана — как и требовала последняя отцовская инструкция.

Света сделала глоток остывшего чая с мятой и устало потерла глаза под роговой оправой очков. Прошла неделя с тех пор, как на страницах советской тетради проступили черные маслянистые строчки о «вашингтонской командировке» и заклинивании базы Щ.И.Т. а с помощью скрученного в рулон стального стола. В Подольске всё шло своим чередом: брат Виктор привел в порядок хром-ванадиевые ключи в гараже, младший Женька со вздохом сдал швейную машинку «Зингер» на хранение, а огурцы в теплице поливались строго два раза в неделю.

— Ну, папа, — тихо вздохнула Светлана, глядя на ровное пламя керосинки. — Надеюсь, ты там своего Старка окончательно с ума не свел. Миллионер всё-таки… Человек в Америке уважаемый.

В ту же секунду чугунный утюг на столе едва заметно звякнул, словно под ним шевельнулась живая страница. Коленкоровая обложка амбарной книги мелко, часто завибрировала, разорвав тишину веранды сухим, электрическим треском. Воздух вокруг стола в один миг стал душным, плотным и явственно потянул густым запахом американского картерного мазута марки Texaco, канифоли и печеных яблок.

Света инстинктивно пододвинула лампу ближе. Чернила на чистой, разлинованной в клетку тридцать второй странице начали проступать медленно, с тяжелым, сердитым нажимом невидимого пера. Почерк Артура Савельевича, ставшего на американском Юге Фредди Крюгером, был по-прежнему твердым, без малейших признаков ревизионной паники:

«Утверждаю. Председатель артели "Крюгер и партнеры" А. С. Крюгер. Отчет о выполнении плана по подготовке молодых специалистов и внедрению сдельно-премиальной оплаты труда за третью декаду июня 1976 г».

Света затаила дыхание, наклоняясь над столом. Строчки выдавливались на бумаге, на глазах превращаясь в матовую черную корку:

«Света, докладываю для ведения сквозного учета. Американское шпионское ведомство Щ.И.Т. перед лицом строгого советского регламента полностью капитулировало. Полковник Фьюри (тот, который без глаза) лично подписал акт возврата материальных ценностей артели. Дополнительно в качестве компенсации за простой цеха изъял в пользу артельного хозяйства министерский белый автомобиль "Линкольн Континенталь". Карбюратор я ему уже перебрал, жиклеры уменьшил, теперь расход ГСМ в пределах нормы. Будет служить для нужд снабжения.

Но главное не это. В понедельник ровно в 07:42 на объект артели прибыл молодой ученик — Старк Тони Говардович, сын нью-йоркского оборонного магната. Явился с чудовищным нарушением трудовой дисциплины: в темных очках, с ментоловой сигаретой в зубах и на ядовито-желтом спортивном автомобиле. Привез с собой кучу импортных цифровых приборов с лазерной калибровкой, думал удивить нэшвиллский рабочий класс. Барские замашки — стопроцентные».

Света нервно усмехнулась, представив, как её суровый отец встречает американского плейбоя-миллионера со шваброй наперевес. Перо на странице тем временем продолжало свой неумолимый бег:

«Провел с гражданином Старком-младшим вводный инструктаж по ТБ и противопожарной защите, после чего привлек его к общественно-полезному труду по первому разряду — заставил вымыть цех оцинкованным ведром. Парень сначала гонор выказывал, но после краткой лекции про сопромат и законы термодинамики швабру взял как миленький. Мыл яростно, со слезами на глазах, но норму выдержал — левый угол от мазута оттер удовлетворительно.

В 08:15 устроил ему квалификационный экзамен по материаловедению. Поставил перед ним наш (американский) армейский осциллограф Tektronix, на котором в калибровочном генераторе шла паразитная микромодуляция луча из-за магнитострикции анодного дросселя. Надо признать, теория у Старка на высоте, формулы помнит крепче, чем наш Женька. Люфт пластин трансформатора он определил верно за двадцать минут. Показал ему наставничество по высшему разряду: залез рукой под напряжение триста вольт и прямо голыми пальцами, через биоструктурный импульс (затраты организма — 45 калорий, ерунда), обжал стальные заклепки сердечника по месту. Заклепки уплотнились на три десятых миллиметра, люфт кристаллической решетки ликвидирован, синусоида на экране теперь стерильная. Выпускник Массачусетса от такой хозрасчетной нанотехнологии полчаса дар речи вернуть не мог… Конечно, это мои личные способности, но надо. Младший Старк- парень башковитый и, думаю, точно придумает и реактор и какой-нибудь пространственный принтер

Света перевернула страницу, чувствуя, как от бумаги исходит слабое, сухое тепло.

«Всю оставшуюся смену ученик Старк проходил производственную закалку у третьего верстака. Заставил его вручную, трехгранным напильником, выпиливать латунную втулку для разбитого стартера грузовика "Форд" папаши Билли. Пилил восемь часов, стёр руки в кровь, джинсы свои