Кавитри - Аман Дж. Беди

меча застил собой все. Давай-давай-давай, парируй, ну же! Но руки и ноги не слушались, тело будто сопротивлялось. Кави сама не заметила, как отскочила туда, где он не достанет.

Но Моджан не отставал: одним скользящим движением снова оказался рядом.

Он ее испытывал. И Кави знала, что должна делать. Но она столько лет уворачивалась от плевков, пинков и ударов дубинки, что сейчас эти рефлексы включились сами собой. Она снова крутанулась, уходя от удара, и опять отскочила подальше.

Моджан остановился, в глазах мелькнуло удивление. Он еще сильнее нахмурился.

– Перерыв.

Кави опустила меч, уставилась на трясущиеся руки. Да что с ней происходит?

– Боевые маги, – начал наставник, снова достав флягу, – не такие, как все остальные. Что-то в них Харит меняет. Там меняет, внутри, – добавил он, отхлебнув. – Они убивают без колебаний. Своих ли, чужих, женщин или детей, людей или животных – им все едино. Мы для них ничто.

Где-то она это уже слышала…

– А Сифон, – продолжал Моджан, которому, видно, пришла охота поболтать, – не похож на другие военные учения. Никаких бараков, никого не объединяют в команды или отряды. Ты один, сам по себе. Приходишь на тренировку, а вечером уходишь – если остаешься жив. А ты слышала, – сощурился он, – что в прошлом году до конца дожила только половина?

Кави сглотнула.

– А адепты – те, что еще учатся, – вообще кровожадны, как сраные демоны, – проворчал он. – На кой ты туда лезешь?

– Я…

– Допустим, ты сдюжишь. Выживешь в Сифоне, отучишься три года в Вэйголе. А дальше что?

– Я буду…

– Ты будешь до конца жизни служить Республике, – провозгласил Моджан, отсалютовав ближайшей пальме. – И защищать мага, который сам даже ссать прямо не может.

Он глотнул еще, поморщился.

– Скажу тебе честно: ты молодец, стараешься. И сахиб платит исправно, но вот какая штука: у нас просто не хватит времени. Четыре месяца – это ерунда.

Четыре месяца – это целая жизнь.

Кави подняла меч.

Вздохнув, Моджан убрал флягу.

– Только теперь давай уж дерись.

Кави крепче стиснула пальцы на рукояти. Пот ручейком заструился по подбородку, закапал на песок.

Он – просто человек. И в руке у него просто деревяшка. А она, Кави, не боится боли, вот только… Она облизнула пересохшие губы. Тэму больше не сражались, перестали быть воинами. Привыкли прятать глаза, научились смирять свою ярость и подчиняться. Заползать в самые грязные дыры и с трудом выживать там – только бы никто не трогал. Она хотела драться – о Раэт и его божественные яйца, и еще как! Душой, но не телом. Тело не было готово преступить негласные законы, по которым жил теперь ее народ. Она почувствовала, как стучат зубы. Бхагу прикончил бы ее там, в Управлении, не вмешайся Грима.

Моджан уже встал в позицию и ждал, недовольно поглядывая на ученицу.

Кави сглотнула слюну, каким-то чудом скопившуюся во рту, и покрепче стиснула мокрую от пота рукоять. Наставник явно ждал, чтобы начала она.

Ну давай же. Левую ногу вперед, замах и удар сверху вниз.

Кави согнула колени, ступни чуть глубже ушли в песок. Она медлила, не решаясь.

Моджан успеет уклониться. Он ведь гораздо подвижнее, чем кажется на первый взгляд. Нет, сверху бить нельзя, ничего не получится. Он просто шагнет в сторону, и…

И что? Что такого, если не получится? Это всего лишь первый тренировочный бой, его и нужно проиграть, чтобы запомнить свои ошибки. Ну, давай!

Стиснув зубы, Кави сделала крошечный шажок вперед.

Моджан досадливо цыкнул и бросился в атаку.

Она снова поднырнула под его меч, уходя от удара, развернулась и нацелилась на открывшийся бок. И мгновенно отскочила далеко в сторону – только пыль поднялась.

Моджан выдохнул сквозь зубы, воткнул меч в песок.

– Да, ты шустрая. Шустрее многих, с кем я бился. Но ты боишься.

Он потянулся было за флягой, но передумал.

– Как ты защитишь своего мага, если все время уходишь от ударов? Эх, будь ты хоть чуток помладше… Нужны годы, чтобы убить… то есть изменить инстинкт. Особенно если он сидит так глубоко. Когда я атаковал, что он тебе велел сделать?

Бежать. Кави опустила глаза. Ее уверенность пошла трещинами, сквозь которые засочился липкий страх.

– Нет. – Моджан покачал головой и сплюнул. Вытер рот рукавом. – Не быть тебе Клинком.

Кави стиснула зубы.

– Виновата, сир-джи, – прошептала она. – Простите.

Наставник со вздохом вытянул меч из песка.

– Сахиб, конечно, человек щедрый, вот только у меня терпения не хватит учить того, кто не хочет драться.

Инстинкт… Было бы хоть немного времени, чтобы привыкнуть. К мысли, что этому человеку можно и нужно сделать больно. Что, если она собьет его с ног, из моря не выскочит отряд хавальдаров с дубинками и не переломает ей все кости.

– Попробуйте еще раз. Ну пожалуйста.

Моджан пожал плечами и ухватил меч обеими руками.

Кави тяжело выдохнула. Ноющие, одеревеневшие мышцы не хотели слушаться. Выпрямила колени, расставила ноги пошире. Для правильной позиции нужно было сделать все наоборот, но иначе она не могла.

Моджан медленно, мягко шагнул к ней.

Колени дрогнули, на лбу выступили капельки пота. Что она творит? Он же убьет ее, надо спасаться! Вон какие у него могучие плечи и руки со вздутыми венами, вон какие кровожадные глаза!

Она отшатнулась было, потом замерла. Нет-нет-нет! Нельзя. Стой на месте. Думай о финале Сифона.

Да какой, к демонам, финал? Она до него не доживет! Ладно, тогда подумай, чего хочешь прямо сейчас.

Уважения наставника. Его удастся заслужить, если драться как надо. Потом можно будет зализывать раны – ну, или прыгать от радости, это уж как получится. А уж после – вернуться в бунгало, отведать бириани, над которым так трудился повар. Утром, проходя мимо кухни, Кави жадно глядела, как он толчет в порошок специи и тщательно втирает их в мясо. От этой мысли рот наполнился слюной, и Кави благодарно сглотнула. Она уже чувствовала на языке…

Моджан сгорбился и напал, взмахнул мечом снизу вверх.

Кави застыла.

Песчаный берег, пальмы, зеваки, изумленно чешущие в затылках, – все поплыло перед глазами, слилось в сплошное белесое пятно. Остался только меч, со свистом летящий к цели. Челюсть. Он нацелился ей в челюсть. Но удар можно отразить – напрячь локти, чуть опустить запястья и встретить его меч своим. А потом что? Обычная драка, в которой понятно, кто победит. Или все-таки парировать? Нет, не под таким углом. Так не выйдет отвести от себя его меч. Единственный выход – отступить. Да, только так. И это вовсе не