Кавитри - Аман Дж. Беди

Кави облегченно выдохнула.

– Благодарю…

– Кавитри, – сказал он, задумчиво глядя на нее.

– Сахиб?

– Ступай в кабинет и жди меня там.

Танула отправили к воротам, а Кави из кухни принесли кувшин воды. Девушка утолила жажду, умылась, вернула кувшин. И, получив взамен чашку чаю, поплелась по длинному коридору, неспешно прихлебывая теплую сладкую жидкость. Напряжение понемногу отпускало.

На обеих стенах коридора висели картины. Вот жена Битуна в большом мягком кресле, вот их дочь там же, вот жена с дочерью в саду. Вот череда портретов дочери в каждый из дней ее рождения… а вот совсем другая картина, выполненная угольным карандашом. Боксерский ринг в Бальтуре, крельской столице.

Кави встала как вкопанная, расплескав чай.

Три месяца… Столько занимает путь до Крелина морем. Раньше, до открытия Хизатского канала, плыли еще дольше, месяцев шесть или около того. А по суше? Кави покачала головой. По суше добраться почти невозможно. Единственный путь в Раайю и из нее лежит через обширные пустоши, соединяющие субконтинент с основным материком. Пустоши эти возникли не сами по себе. Со временем, конечно, Мертвые Земли стали не так смертоносны, вдоль границы ездить можно. Но чтобы их пересечь… Нужна магическая экипировка, нужны солдаты и маги. А еще изрядная доля безрассудства, как у искателей приключений, которые туда порой пробирались.

Но отважных рааянских первооткрывателей, пройди они через Мертвые Земли, вовсе не ждал на той стороне теплый прием и сладкий чай. Там, на границе, вечно грызлись друг с другом враждующие королевства. Чужаков их владыки не терпели и приказывали убивать на месте.

Оставалось только плыть. Три месяца до Крелина и столько же обратно. Полгода жизни. Битун, похоже, и впрямь любил получать кулаком по морде…

Кстати, о битых мордах – а где ее портрет? Тогда, в трущобах, аж три художника мучили ее своими придирками. Может, Битун все же купил какой-то из их набросков?

Продолжая прихлебывать чай, она двинулась дальше, уже целенаправленно выискивая картину, где избитая, грязная тэму сидит на корточках перед кучей мусора. А может, он, наоборот, снял портрет и спрятал, чтобы Кави не обиделась? С него станется.

Дверь в кабинет была приоткрыта, и девушка бочком, чтобы не разлить чай, протиснулась в щель. Стен не видно было за шкафами, полными книг, которые Битун успел собрать за свою долгую жизнь.

Один был целиком занят трудами по анатомии человеческого тела и строению мышц. Другой – по рааянскому праву. Еще были книги по истории, геологии, религии, музыке, философии, математике и паровому машиностроению. А вот из художественной литературы была лишь парочка романов Цубумани да любовная история рааянской принцессы и крельского посла, написанная каким-то подхалимом.

Кави подошла к огромному окну в дальнем конце кабинета, уставилась на идеально ухоженный сад. Если закрыть глаза и хорошенько прислушаться, можно еще различить отголоски криков, долетавших с берега. Ее собственных… и чьих-то еще. Криков того, кто остался в комнате с белеными стенами и ковриками на полу. Этой комнаты она не помнила, потому что никогда раньше не видела. Что это, последствия сотрясения? Или снова память прошлой жизни? А может, это Джинны хотят что-то до нее донести?

Аадхайер Тэму, сказал голос во тьме – тогда, на втором испытании. Он узнал ее и даже позвал по имени. А сегодня он… что он сделал? Открыл у нее в голове водосток, по которому туда хлынуло запретное знание? Нет, такого не может быть.

Она склонила голову набок. Или… может?

– Собака у целителя, – сообщил Битун, входя и закрывая за собой дверь.

– Благодарю вас, сахиб, – кивнула Кави. – У того же, что приходил ко мне?

– Нет, – выдохнул старик, опускаясь в кресло. – Есть одна женщина, она работает здесь, в крельском квартале. Берет чуть дороже, но у нее своя команда врачей. И костоправ тоже есть, так что твой пес будет в порядке.

Хвала Богам. Тому шарлатану из больницы она не доверяла.

– Костоправу я, кстати, заплатил. Моджан был здесь и предупредил, что пришлет кого-нибудь вправить тебе руку, – продолжал сахиб, скользнув взглядом по упомянутой конечности. – А еще сказал, ты повредила ее во время тренировки и, поскольку к Сифону подготовиться не успеешь, наш договор теряет силу. Попросил пожелать тебе всего наилучшего и посоветовать иное поприще.

Кави вздохнула. Несмотря на склочный нрав и постоянное пьянство, наставник был с ней честен. Ничем не оскорбил ее народ, ни разу не намекнул на ее происхождение. И верит, что делает нужное дело, хоть и очень по-своему.

– А теперь, – кашлянув, Битун указал на второе кресло, – я тебя слушаю.

Глава 20

– Эта? – Старик легонько коснулся тростью ее руки.

– Да, эта.

Он уставился на нее, скрежетнул зубами. Кави буквально чувствовала, как ему тяжело: знания, которые постигались годами, никак не вязались с пугающей правдой, что обрушилась на голову теперь. Идеальный рецепт «как создать чудовище». Такой простой, что даже она может объяснить.

Итак, вам понадобится: девушка из народа тэму, одна штука.

Добавьте возможную тягу к насилию, преступные наклонности и полное отсутствие моральных устоев.

Перемешайте.

Оставьте томиться на медленном огне.

Приправьте жутковатыми способностями, подрывающими нормальное представление о законах природы. Прибавьте жару.

Убедитесь, что грань между человеком и животным истончилась. Дождитесь, когда запахнет страхом.

Готовое чудовище подавайте горячим, с кокосовым чатни. Приятного аппетита!

– Так значит, ты способна исцелять только себя? – уточнил Битун.

– Именно так.

– Но если это правда, – понизил он голос, – никто не должен знать.

Кави кивнула. Это она и сама понимала.

– Если об этом станет известно, тебя убьют. А не дай Боги, попадешься крельцам – и того хуже…

– Крельцам?

– Да. Они сгноят тебя в какой-нибудь своей лаборатории. Нет-нет, – покачал он головой, – это должно оставаться тайной.

Кави почесала в затылке. Крельцы давно ушли с субконтинента, осталось только посольство в Азраайе.

– Но сахиб, их же здесь больше нет.

– Крельцы никуда не делись, – возразил старик. – Кому, думаешь, уходит львиная доля нашего чая? – Он ткнул пальцем в ее чашку. – А наши соль и уголь, наши руда и зерно? И откуда, по-твоему, взялись наши технологии, наши паровые механизмы? А?

Нет, наши экономики неразрывно связаны уже много столетий.

Он умолк, закашлялся в кулак. Потом продолжил:

– Во всяком случае, так было, пока Совет не подписал торговое соглашение с хамаканами и фумеши. Потому-то ответ из Азраайи и шел так долго – почтовые службы перегружены, все обсуждают, чем ответит Крелина на этот новый союз. Похоже, Империя уже вдвое увеличила военное присутствие на северных присоединенных территориях.

– Понятно, – мрачно кивнула Кави.