Охотник. Лавка - Гоблин MeXXanik

боли, несколько видов успокаивающих сборов, обязательно средство от лихорадки, с разными пропорциями, раздельно для взрослых и детей. Это обычно самые востребованные позиции.

— Тоже думала об этом, — согласилась Агафья. — Но вот мне интересно, как их делаешь ты. Твои рецепты немного отличаются от тех, которые я знаю.

— Договорились, — ответил я.

Вскоре стол в лаборатории был заставлен травами и кореньями. И следующие несколько часов прошли куда спокойнее. После зелья превращения обычные травные отвары казались почти отдыхом. Никаких защитных кругов, перегонного куба и опасности случайно изменить себе форму черепа. Да и личина держалась без каких-либо проблем. Сначала я постоянно ощущал чужое лицо, словно на кожу надели слишком плотную маску. Но постепенно это ощущение исчезло. И вскоре я почти привык к новому «мне». Но то и дело, я ловил на себе удивленный взгляд Агафьи.

— Что? — уточнил я.

— Ничего, — ответила она. — Просто странно видеть чужого мужчину, который без спроса хозяйничает в нашей лаборатории.

Я улыбнулся:

— Можешь вызвать жандармерию.

Девушка покосилась на меня:

— А потом объяснять им, почему этот чужой мужчина носит одежду Егора Вельянова?

— И не поспоришь, — согласился я. — Давай начнем с бодрящего напитка.

Агафья кивнула и принялась перебирать ингредиенты, подавая мне нужные: сушёный корень золотника, листья северной мяты и ягоды кровника. Я внимательно осмотрел сырьё, растёр часть между пальцами и вдохнул запах.

— Прошлогодний сбор, — наблюдая за мной, пояснила травница.

— Сохранился отлично, — одобрил я и принялся за дело.

Настой варили маленькой партией, всего на два десятка флаконов. Для начала этого было достаточно.

Я следовал знакомой схеме, но немного изменил порядок закладки ингредиентов. Сперва прогрел корни на сухом дне котелка, затем добавил воду и только после первого кипения засыпал листья.

— Эфирная часть мяты выгорает при долгом кипении, — пояснил я, поймав удивленный взгляд травницы.

— Нас учили добавлять её сразу, — протянула та. — Хотя…

Она застыла, приоткрыв от удивления рот. А затем кивнула:

— А ведь и правда, — произнесла она. — И почему до этого никто не догадался?

— Потому что вас учат по одному шаблону, который работает, — ответил я, регулируя температуру под котелком.

Постепенно отвар начал менять цвет, с бледно-розового, до насыщенного янтарного. Я довольно кивнул и выключил горелку. Агафья набрала немного ложкой, подождала, пока остынет, и попробовала. Замерла, потом сделала ещё один маленький глоток.

— У тебя вышло сильнее, — произнесла она и поморщилась. — Хотя на вкус терпковатое.

Я пожал плечами:

— В моём мире травы использовались более концентрировано. Там не добавляли лишних ингредиентов ради вкусового баланса, это просто не нужно. Главное — практичность, вкус вторичен. Порция лекарства выходит меньше, но оно сильнее.

Сделал небольшой глоток. Тёплая волна почти сразу разошлась по телу. Усталость после бессонной ночи отступила, в голове стало яснее.

— Хорошо вышло, — заключил я и Агафья посмотрела на меня с лёгким подозрением.

— Хорошо? — переспросила она. — Да это превосходно.

Она намного помолчала, а затем с неохотой произнесла:

— Хотя, это и хорошо, и плохо. Если все твои рецепты будут сильнее обычных, у многих могут возникнуть вопросы.

Я понял, к чему она клонит.

— Значит, немного ослабим, — решил я. — Или снизим дозировку.

Мы поставили отвар охлаждаться и принялись за успокаивающий.

Здесь уже командовала Агафья. Местные растения она знала лучше, поэтому я только предложил изменить температуру настоя и добавить кору серебряной ивы не в начале варки, а ближе к концу.

Получившийся отвар был почти прозрачным, с лёгким зеленоватым оттенком. Агафья проверила его на свет. Капнула немного на специальную индикаторную бумагу, которая быстро окрасилась.И травница удивлённо подняла брови.

— Опять сильнее. Почти вдвое против того, что готовил отец.

— Возможно, дело в последовательности обработки? — предположил я.

— Или в тебе. Ты работаешь с травами иначе. Даже когда не используешь Силу. Всё время будто чувствуешь момент, когда нужно добавлять следующий ингредиент. Не по часам или наблюдая за изменением цвета. Просто берёшь и добавляешь.

Я задумался. Раньше никогда не обращал на это внимания. Для меня зельеварение было почти инстинктом.

— Нас так учили, — произнес я после паузы. — Результат-то хороший.

Я взглянул на нее, ожидая ответа.

— Слишком хороший, — подтвердила травница.

— Не понимаю вашу проблему, — каркнул устроившийся у окна Смутень.

Агафья повернулась к нему.

— Их много. От проверок Синода до интереса со стороны конкурентов.

Ворон не ответил. Только задумчиво взглянул в окно. Я же взял блокнот и рядом с рецептом поставил пометку, что нужно уменьшить концентрацию примерно на треть.

Следующим был бальзам для ран, и с ним пришлось повозиться дольше. Основой снадобья служили пчелиный воск и очищенное масло, куда постепенно добавлялись вытяжка кровоцвета, измельчённый серебролист и несколько капель настоя живицы.

Когда смесь загустела, по лаборатории поплыл приятный смолистый запах, означающий, что снадобье готово. Я взял со стола нож, сделал на руке небольшой надрез, подождал, пока из раны выступит капля крови. Взял чуточку остывшей мази и нанес на рану. Порез прямо на глазах начал стягиваться. Не мгновенно, конечно, но значительно быстрее, чем должен был. Через минуту осталась лишь тонкая красная полоска.

Девушка схватила меня за руку, несколько мгновений смотрела на затянувшуюся рану, затем медленно подняла на меня взгляд:

— Обычный бальзам так не работает, — растерянно произнесла она, и я пожал плечами:

— Значит, уменьшаем концентрацию.

Травница покачала головой:

— Ты очень спокойно к этому относишься.

— А что предлагаешь? Испугаться хорошего результата?

Она отпустила мою руку. И, как мне показалось, сделала это с явной неохотой:

— Я хочу понять, почему твои рецепты получаются настолько сильными.

— Потом, — отмахнулся я. — Сейчас нам нужно наполнить лавку товаром.

Девушка несколько мгновений смотрела на меня, затем растерянно кивнула:

— Да, потом. Давай доделаем отвары. Что там у нас по плану?

Последним сварили обезболивающий сбор.И здесь мы решили ничего не менять и приготовить его строго по рецепту Агафьи.

Травница сама взвешивала каждую порцию, я только помогал измельчать и смешивать.

Когда первая партия была готова, Агафья добавила несколько капель на бумажку. И застыла.

— Вышло… сильнее, — пробормотала она, глядя на результат.

— Но готовила ты. По своему обычному рецепту. Выходит, дело не в них?

Агафья медленно кивнула.

— Возможно, в сырье? — глядя на меня,