Последняя жизнь - Иван Солин

— Потом.

— А что ты, кстати, делаешь? — когда обернулась назад и увидела занятие Ильи, полюбопытствовала Тика, правящая в данный момент повозкой.

Солнце было уже высока, и их транспорт сейчас уверенно двигался по тракту на север, упорно сокращая расстояние до границы Заречного графства, дабы с утра оказаться уже в коронных землях. А там и до столицы не более двух суток пути.

— Что делаю? Да вот, решил проверить одну задумку, — отвлекшись от возни с наплечной сумкой своей рыжей магички, не сразу ей ответил сосредоточенный Волин. Ехал он не рядом с нею, а внутри фургона, но там, куда падал солнечный свет из-за частично отвязанного и подвернутого тента. — Потерпи, Тика — пока ещё не готово.

— Ты ж ведь не испортишь мою новую сумку, да? — напоказ насупилась она, недовольная не особо информативным ответом.

— Ничего с нею не станется, — отмахнулся рукодельщик, закрыв колпачком маркер. А показав его рыжей, спросил. — Как там он, кстати, не забылся? Не выветрился, случайно, из памяти его образец? А то жалко, знаешь ли, будет невосполнимо утратить такой удобный для нанесения рун инструмент.

— Я же уже говорила, что всё, запомненное мною, так и остается! Еще, во всяком случае, ничего не забывалось. Вот!

— И это замечательно! А то уж очень много всякого такого тебе пришлось на торге, хе-хе, «пощупать». Боюсь, как бы переполнения памяти не вышло. А для меня, чтоб ты знала, образ неумолимо тратящихся влажных салфеток куда ценнее будет, чем всяких там: муки, крахмала, мёда, фруктов, овощей, злаков, различных трав или даже дорогих специй.

— Ничего, повторяю, не забылось! Просто я это дело так называю, то есть словом «запомнила», но оно, вообще-то, не совсем и осознанно у меня происходит. Точнее, словно бы и не в голове всё хранится. Не знаю, в общем. Но уверяю тебя, без тех чу́дных платочков мы не останемся!

— Чё это сразу мы? Я понимаю, что они приятно пахнут, но у тебя ж и так обеззараживание руками есть. Так что нечего зариться на мои салфетки! — возмутился жадина. Ну или просто завидовал. Но увидев едва ли не слезы в огромных влажных глазах собеседницы, поспешил всё в шутку свести. — Да я ж не серьезно, Тика! Ты что, поверила? Совсем шуток не понимаешь. Что ж мне, по твоему, каких-то несчастных салфеток жалко? Не, не могу я так, хе-хе-хе(натужно), обидеть свою бесценную соратницу!

— Правда?

— Маглом буду! Век магии не видать!

— А? А, понятно. Слушай, Иль, а ты ведь говорил, что там, за океаном, только пользовался магическим оружием и броней, а именно как маг мало что можешь. Вроде как не нуждался, потому что в отряде всегда имелись, эм, профильные специалисты. Разве не так?

— Так.

— А что ж тогда это за руны у тебя такие? И что, кстати, с моей сумкой хочешь сделать с их помощью? Вон, весь ремень мне изрисовал. Пускай и лишь со стороны, которая к плечу обращена будет.

— Так-то оно так, Тика, и ты права, я не маг в классическом понимании. Ну, как это трактуют там, эм, за океаном. Вот только я всегда умел держать глаза открытыми да примечать всякие интересные и, смею надеяться, важные детали. Так и запомнил некоторые хитрости одной своей, эм, тогдашней спутницы, — в конце расплывшись в ностальгической улыбке и даже чуть подпустив слюну, припомнил похотливо заблестевший глазами экс-гаремовладелец. — Да, Лоли́нчик моя была умелица и… Ну то есть частенько, бывало, зачаровывала всякие бытовые мелочи, упрощающие жизнь в походе. В том числе и рунами. Вот. И именно у нее я просмотрел многое. Ну например, могу превратить почти любой клинок, да и броню тоже, в артефактные. Хотя, конечно, класс таких артефактов будет, мягко говоря, невысок. Но всё равно, это куда круче, чем просто железки. Правда, есть там некоторые(вздохнув) нюансы и сложности. Мда. Однако сделать такую вот сумку, облегчающую вес содержимого раза так в три — вполне по силам мне уже сейчас. Наверное. Надо проверять, в общем.

— К-как облегчать? — успешно отвлеклась на вовремя подсунутые ей подробности нахмурившаяся было рыжая, когда по-прежнему непоколебимый пред знаками ее внимания спутник едва не проговорился о своих былых любовных похождениях. Чудо-сумка, короче, захватила всё внимание Тики. — То есть как в три раза, Иль? Так разве бывает?

— Бывает-бывает. Только облегчение подпитывать придется. Но это уже твоя, как владелицы, забота будет.

— Как?

— Пока вот этой руны на ремне сумки касаешься, ну или когда просто на плече ее несешь, вес содержимого уменьшается. Иными словами, контакт с телом мага нужен для запитки артефакта маной. И тогда он, ну то есть сумка, будет исправно работать.

— Правда-правда?

— Если всё получится, то да.

— Как хорошо, что ты обучаешь меня управлять собственной маной. Учитель о таком даже и не упоминал. Спасибо, Иль!

— Не спеши — пока ничего не готово. Тем более нанесенную рунную цепочку ещё нужно будет ритуалом активировать. Спасибо, что хоть без жертвы(скривившись), как в случае с оружием. Так что впереди у нас самое скользкое, так сказать, место. Я хоть и запомнил рисунок той простецкой ритуальной схемы, но запитывать-то ее от своего резерва придется тебе. В общем, не до конца уверен, что у нас всё выйдет. Рано радоваться, короче, — задумчиво пробормотал Волин. — Но шансы все есть — не спеши унывать. Эх, вот бы ещё незримое расширение какое-нибудь там существовало, чтоб безразмерные сумки клепать. Или же карманы. И плевать, даже если объем таких будет, как и с облегчением, всего лишь в три раза больше. Хотя, конечно, необходимость в постоянной подпитке маной вносит ряд ограничений при эксплуатации. Но всё равно, с этим куда круче, чем когда без.

— Еще бы! Да, было бы, эм, круто, — подтвердила Тика, частенько теперь перенимающая лексикон удивительного, как она считает, Ильи. — А что еще ты, ну, заприметил? У той своей… спутницы(недовольно).

— Не так, увы, и много. Ну например, укрепляющие руны. В составе рунной цепочки на клинке, ну или на каком-нибудь ручном орудии труда, они весьма к месту. Правда, в нашем случе, то есть без встроенного накопителя маны, работать такой артефакт будет лишь у обладателя резерва, и разумеется, только пока