Шипы кровавой розы - Джек из тени

затих. На стенах Крейгхолла шла обычная гарнизонная жизнь, разве что после вылазки часовых стало больше, а магов охраняли как собственных детей. Каэлан ждал, когда мы совершим следующий ход.

На исходе вторых суток я уже начал терять надежду. Мысли в голове были самые мрачные. Что, если туннель оказался ловушкой? Что, если там обвал, и весь отряд Скритча погиб, замурованный заживо? Или, что ещё хуже, они наткнулись там на нечто, с чем не смогли справиться? Я сидел за столом, тупо глядя на пламя свечи, когда полог шатра откинулся, и внутрь, шатаясь от усталости, вошёл Корин.

— Никаких вестей? — спросил он, тяжело опускаясь на стул. Гном тоже был измотан, он лично руководил всеми инженерными работами, и напряжение последних дней сказалось и на нём.

— Тишина, — я покачал головой. — Как в склепе.

— Плохо, — пробасил гном. — Не люблю я эти прогулки в глубину. Газы, обвалы, твари, что спят тысячи лет…

Он не договорил. В шатёр, без стука, почти бесшумно, скользнула Лира. Её лицо было, как всегда, непроницаемо, но в глазах я увидел блеск.

— Они вернулись, — коротко сказала лисица.

Я вскочил так резко, что опрокинул стул.

— Где они⁈

— Уже идут сюда. Вернулись не все, но Скритч жив.

Через минуту в шатёр вошёл сам крысюк. Грязный, измождённый, в поврежденной броне. Его обычно живые глаза покраснели и ввалились, а хвост безвольно волочился по земле. Но он стоял прямо, и в его взгляде была все та же решимость. За ним, молчаливые и мрачные, вошли ещё пятеро ратлингов. Всего шестеро из пятнадцати.

— Скритч, рад, что вернулись — шагнул к нему, пожав руку.

— Сначала доклад, командующий, — его голос был хриплым и уставшим. — Потом всё остальное.

Он подошёл к столу, отодвинул карты и разложил на нём большой, изрядно потрёпанный кусок пергамента. Это была схема, набросанная углём.

— Ты был прав, командующий, — начал Скритч, водя по карте грязным пальцем. — Это часть древней, огромной системы туннелей, гномьей постройки, кстати.

Корин, услышав это, подался вперёд, с живым интересом разглядывая схему.

— Кладка арочная, без раствора, на замковых камнях, — подтвердил он, узнав характерный стиль. — Так строили в Эпоху Первых, до Великого Раскола. Этим туннелям не меньше двух тысяч лет.

— Они в ужасном состоянии, — продолжил Скритч. — Почти везде обвалы, затопленные участки, трещины. Мы потеряли пятерых в первый же день. Один провалился в скрытую пропасть, троих завалило при обрушении свода, еще одного утащили какие-то твари, что живут в подземных озёрах. Мерзкие, слепые, похожие на гигантских пиявок с зубами.

Он сделал паузу, переводя дух. Я молча налил ему в кружку воды, ратлинг залпом осушил её.

— Но мы шли вперёд, и нашли транспортный туннель. Он ведёт прямо под Крейгхолл. Но…

— Но? — не выдержал я.

— Прямые подходы к крепости замурованы, — Скритч ткнул пальцем в несколько точек на карте. — Новой кладкой, судя по тому, что я такой никогда не видел, это дело рук темных. Похоже, когда они восстанавливали крепость, то обнаружили эти туннели и предусмотрительно запечатали все входы. Кладка толстая, метров пять, не меньше. И наверняка усилена магией. Пробиться через неё будет почти невозможно. По крайней мере, быстро и тихо.

В шатре повисла тишина. Моя надежда, которая ещё минуту назад казалась такой реальной, начала таять.

— Но, — Скритч поднял на меня свои покрасневшие глаза, и в них блеснул огонёк. — Мы нашли кое-что ещё.

Он провёл по карте новую линию, тонкую, извилистую, уходившую в сторону от основного туннеля.

— Это дренажная система или вентиляционная, точно не скажу. Узкие обветшалые лазы, шириной едва ли в плечах разойтись. Он идёт в обход основного туннеля, петляет, несколько раз обрывается, но… он выводит нас прямо сюда.

Его палец остановился на точке, расположенной аккурат под северной стеной Крейгхолла. В том самом месте, где, по данным Лиры, находился наименее защищённый участок, мёртвая зона для баллист.

— Там нет выхода на поверхность, — продолжил Скритч. — Лаз заканчивается тупиком, упираясь в фундамент стены. Но оттуда до поверхности не больше десяти метров камня и земли. И грунт там почти весь вымыт. Оставшийся камень не гранит, из которого сложены стены, а мягкие породы.

— Ты хочешь сказать… — заинтересованно сказал Корин.

— Я хочу сказать, что если заложить там хороший заряд, мы сможем устроить им большой бада-бум прямо под ногами, — закончил за него Скритч. — Но есть проблема.

— Какая?

— Этот лаз… он в ужасном состоянии, еле держится. Провести по нему большой отряд штурмовиков невозможно. Он просто рухнет. Даже моим парням там было не по себе. Мы потеряли там ещё пятерых, их просто завалило от того, что мы мимо оползня крались. Пройти по нему смогут только самые лёгкие и ловкие.

Он замолчал, и я понял, что он имеет в виду. Пройти по этому смертельно опасному лазу смогут только ратлинги.

— Но мы сможем пронести заряд, — добавил Скритч, как будто прочитав мои мысли. — По частям, это займёт время, но это возможно. Мои парни протащат его, установят, а потом…

Он посмотрел на меня, ожидая решения. Решения, от которого зависела не только судьба нашего штурма, но и жизни его оставшихся в живых сородичей. Это была смертельная миссия, но другого выхода у нас не было.

Я посмотрел на Лиру. Она молчала, но в её глазах я прочёл тот же самый ответ. Это наш единственный шанс.

— Скритч, — я подошёл к нему и положил руку ему на плечо. — Сколько тебе нужно времени, чтобы подготовить этот… сюрприз?

— Если работать без остановки, и если Корин даст нам достаточно мощную, но компактную взрывчатку… дня три-четыре.

— У тебя два дня, — твёрдо ответил ему. — И я дам тебе лучших сапёров Корина в помощь.

Я посмотрел на карту, на эту тонкую извилистую линию, которая была нашей единственной надеждой. В голове уже рождался план…

* * *

Скритч не дрогнул, лишь коротко кивнул, его глаза впились в моё лицо, словно пытаясь прочесть, есть ли в моих словах хоть тень сомнения. Не найдя её, он так же молча развернулся и вышел, оставив нас троих с этой новообретённой смертельно опасной надеждой.

— Два дня… — первым нарушил молчание Корин. Гном задумчиво потирал свою бороду, его взгляд был прикован к карте, к той тонкой линии, что начертил Скритч. — Это почти невозможно, Железный. Протащить по этому кротовьему лазу несколько сотен килограмм взрывчатки, установить её, обеспечить синхронизацию… Это адская работа даже для моих лучших сапёров в идеальных условиях. А там…

Он осёкся, но я понял, что он хотел сказать. Там, в темноте, в тесноте, под постоянной угрозой