Спящие холмы - Ирина Владимировна Скидневская

Во-первых, у петуха были огромные стеклянные глаза чудного тёмно-красного цвета, и я почти уверена, что это рубины. Я недавно читала книгу о драгоценных камнях и минералах и внимательно изучила все фотографии. Во-вторых, из него вывалилась металлическая коробочка, мне кажется, латунная. Клад, настоящий клад! Я сунула коробочку в карман… как коршун, налетела на петуха, схватила за лапы, и бросилась в дом, пока соседи не увидели. Сын был на учёбе, так я сама выковыряла петуху глаза. Тяжёленькие! Красивенькие! Вы ж мои дорогие… Пожалуй, погожу радоваться, пока точно не установлю, что это не стекляшки. Чтобы не умереть от разочарования.

Коробочку открыла трясущимися руками. И?! Пришлось даже свои таблетки от давления принять. Внутри листок, исписанный красными чернилами. Слов — примерно пятнадцать. Буквы наши, а слова бессмысленные. Я не стала читать, я не дура, быстренько свернула листок и положила в коробочку. Даже ребёнок понял бы, что это заклинание.

****

Эсти, пережившая две полостные операции, окончательно утвердилась в моём сердце и на моей кровати. Старая она старушка. Новый ветеринар сказал, ей не шесть, а все десять. Но живучая и такая благодарная… Потому и борюсь за неё. Из-за рецидива болезни с сегодняшнего дня будем проводить противоопухолевую терапию, пришлось взять кредит.

Болтуша редкая. Докладывает со своего наблюдательного пункта, с кровати:

— Вот студент идёт к себе! Вот Мускат пришёл и сел на пороге! Вот студент идёт обратно, спускается по лестнице!

Невозможно лежать рядом и смотреть телевизор. Стоит пошевелиться или, не дай Мау, кашлянуть, сразу вопли:

— Что случилось?! Ты в порядке?! Помню, в прошлом году я подавилась и так же кашляла!

И не успокоится, пока не накроешь с головой пледом. Из-за этого ночует в ванной, ибо невозможно. А если сын её случайно выпустит ночью, она уже у меня, орёт в ухо:

— Это я!! Ты меня потеряла?!

…У соседского деда есть невидимое заклинание. О нём все знают, но никто не пытается отобрать. Дед покупает с пенсии кусок мяса, прикручивает к столу древнюю механическую мясорубку, потом, надев очки, читает с листка заклинание, и мясорубка начинает работать. Дед очень доволен, самому-то крутить ручку уже нет сил. И вдруг — то ли магия кончилась, то ли буквы стёрлись, мясорубка встала и ни туда ни сюда. Дед пришёл расстроенный, я его чаем с пирогом отпоила, предварительно закрыв Эсти в ванной, а то она всё пыталась его расспросить, в чём дело. Дедушка одинокий, я ему помогаю, продукты покупаю, иногда у него прибираюсь. Попросил меня съездить к одному человеку по имени Ворох — но только никому про него не сказывать. Тот, вроде, может буковки прорисовать.

…Нашла я этого Вороха. Плутала по переулкам в предместьях, но нашла. Пожилой, себе на уме. Оно и понятно, человек секретными делами занимается. Спросил удостоверение личности, я показала. Забрал мясорубку и листок с дедовым заклинанием и ушёл в другую комнату. Вернулся, улыбается. Велел передать деду, что нож мясорубки вконец затупился, а с заклинанием всё в порядке. Тут же при мне нож наточил и денег не взял.

Я сложила всё в пакет, достала свою коробочку, подаю ему. Спросил, откуда, я честно рассказала. Он открыл, повертел в руках петушиные глаза, рассмотрел сквозь лупу, поднял вверх большой палец. Ох… прямо от сердца отлегло.

Ушёл с листком в другую комнату, минут пять его было. Вернулся и ухмыляется.

— Так я и думал, что его Пио спёр, дед ваш. Он тоже был мастак чужое тащить. Помню, в доме всё перевернули вверх дном, искали это заклинание, не нашли. В общем, не пользуйся им, лучше продай. Хоть и ворованное, но теперь твоё, деньги дадут хорошие.

И дед вор? Я знала только, что он умер молодым. Ну и семейка у нас… Спросила, что за заклинание. Ворох ответил и добавил:

— Камни сейчас не продавай, начнёшь тратить, засветишься… сразу всё отберут. Хорошо бы тебе уехать подальше. Деньги переведут на счёт.

Я сказала, что подумаю. Сыну ещё год учиться…

— Надумаешь — мясорубку под мышку и ко мне. Не затягивай.

На том и расстались.

****

Постепенно пристроила всех котят и решила съездить к дочери, взяла отгул. Путь не близкий, два часа тряслась в автобусе. Приехала. Внучка в школе, а рыжий дома, валяется на диване.

— Чего спишь до обеда? — спрашиваю.

— Не тёща, а полицейский, — ворчит. — Я же со смены!

— Не выспался там?

Он у нас на тяжёлой работе, ночным сторожем на складе. Ещё не выгнали, значит, за пьянство?

Дочка засобиралась за хлебом, а у самой синяк под глазом.

— Пиво не забудь, — говорит из комнаты рыжий.

Ничего, думаю, мне бы только на минутку остаться с тобой наедине…

…Погостила у них, с внучкой вдоволь наговорилась- наобнималась, книжку почитали новую, что я привезла, — и домой. Рыжий как ушёл в спальню, так больше носа не казал.

…Коты на ночь глядя устроили тарарам. Буйство начали у сына, скакали там, гремели мослами, что-то уронили, не с первого раза были изгнаны, с воплями и шлепками, после чего переместились ко мне. Эсти хуже, я устроила её в удобном гнёздышке в ванной и в одиночестве смотрела телевизор. Коты нашли под кроватью лёгкие гантели, с которыми я делаю зарядку, и давай друг другу перекатывать — не обращая внимания на мои возмущённые крики. Гантели отобрала, говорю Мускату:

— Ну, ладно, Лоренс кот молодой, а ты-то куда со своим кашлем?

В этот момент позвонила дочка.

— Мама, беда, Май заболел…

— Что с ним? Пролежни?

— Пока непонятно, но боюсь, что он на работе упал и ударился головой. Вдруг сотрясение мозга? Я слышала, симптомы не сразу проявляются…

— Успокойся, нечего там сотрясать, — говорю.

Она в слёзы:

— Ну, зачем ты так?! Я же люблю его!

— Давно он тебя бьёт? — спрашиваю со злостью.

— Это случилось впервые и как раз перед твоим приездом…

— Ну, конечно!

— Мам… ты своих кошек тоже любишь, хотя они гадят по углам…

— Мои только по углам, а этот наглый котяра тебе на голову! Десять лет! Ты на двух работах, а он с дивана на диван! Пристроился с ложкой да ещё граблями машет!

Она рыдает:

— Что ж его теперь — бросить? Больного?! Даже пиво не пьёт…

— Да-а, это настоящая трагедия. А что с ним такое? — интересуюсь.

— Бояться меня стал, разговаривает вежливо, как с чужой… И всё время озирается по сторонам…

— Озирается? Это ж хорошо. Может, работу ищет.

— Ма-а-а-ма-а-а! Что мне делать?!

— Везти в психбольницу, что же ещё. Пусть лечат.

…Топонты начали