Инженер в Грей-Рок, или Эльфийка на мою голову - Дэниэл Фокс

авторитету. Его хищное внимание мгновенно привлек быстро вращающийся промежуточный вал, на который с легким свистом наматывался широкий кожаный привод. Кот низко припал к каменному полу, прижал уши, яростно зашевелил хвостом и приготовился прыгнуть прямо на движущийся ремень, намереваясь поймать «неведомую змею».

— Куда?! Полосатый, брысь! Назад! — истошно рявкнул Райан. Не раздумывая ни доли секунды, он коршуном бросился вперед, распластавшись по грязному, покрытому опилками полу, и в самый последний момент перехватил кота поперек живота прямо в воздухе, буквально в полуметре от безжалостных, сминающих все на своем пути шестерен. Кот обиженно зашипел, яростно вырываясь и пытаясь полоснуть спасителя когтями по лицу, но Райан держал его железной хваткой. Сердце парня бешено колотилось в горле. Он тяжело перевел дух, окончательно осознав, что фэнтези-мир решительно ничего не знает о промышленном травматизме и банальной охране труда.

— Так, стоп машина! Работа стоп! — гаркнул Райан притихшим мастерам, поднимаясь на ноги и брезгливо отряхивая разбитые колени.

— Всем слушать меня внимательно. Пока мы полностью не закроем все открытые валы, шестеренки, ремни и шкивы глухими деревянными кожухами, к машинам никто не подходит ближе чем на три шага. Запишите, высеките на камне, запомните на всю жизнь: пункт первый правил безопасности Грей-Рока — никогда, ни при каких обстоятельствах не совать пальцы, лапы, хвосты и, особенно, ваши длинные бороды туда, где что-то крутится! Жизнь дороже любой стали. Торин, немедленно выделить двух лучших мастеров на изготовление защитных экранов!

Глава 38. Металлургический прорыв

Результаты автоматизации сказались на производительности Грей-Рока на следующий же день, растоптав последние сомнения самых закоренелых скептиков. Механическая камнедробилка, непрерывно грохочущая на берегу подземной реки, выдавала столько измельченной железной руды и известнякового флюса, сколько целая артель опытных рудокопов не могла наколоть тяжелыми ручными молотами за неделю.

Поток подготовленного сырья вырос в пять раз, прифабричные склады ломились от подготовленной шихты, но главное, решающее испытание ждало их впереди — у обновленного горна. Райан стоял перед огромной, до неузнаваемости модернизированной доменной печью. Ее каменные стены были надстроены в высоту почти вдвое, укреплены толстыми железными обручами и изнутри выложены двойным слоем особой, привезенной нагами огнеупорной глины. К основанию печи, к самым фурмам, теперь подходили массивные кованые воздуховоды. Они тянулись напрямую к поршневым мехам нового типа, которые непрерывно, мощно и без устали качало водяное колесо через кривошипно-шатунный механизм. Воздух со свистом и ревом врывался в горн, поднимая температуру внутри до ослепительного белого каления. Уголь внутри печи не просто горел — он яростно пожирал кислород, превращая внутренность домны в бушующий филиал ада.

— Тот чугун, который вы получали раньше в своих старых печищах, слишком хрупкий, — громко объяснял Райан Торину, защищая лицо рукавом куртки от летящих из горловины яростных искр. Старый гном теперь смотрел на парня не просто с уважением, а с каким-то благоговейным трепетом. —

В нем слишком много углерода, серы и шлаковых примесей. Из него нельзя делать паровые магистрали — их разорвет в клочья при первом же пуске давления. Чтобы получить по-настоящему прочную, вязкую сталь, нам нужно выжечь все лишнее. И мы применим земную технологию — обогащение расплава кислородом. Мы пустим мощный поток воздуха прямо вглубь кипящего жидкого металла!

Когда нижняя заслонка была выбита тяжелым ломом, и ослепительно-желтый, дышащий нестерпимым жаром поток жидкого чугуна хлынул в приемный конвертер, Райан дал резкий знак стоявшему на рычагах гному. Воздушный клапан открылся с коротким, свистящим хлопком. Нагнетаемый мощными поршнями воздух под колоссальным давлением сквозь специальные донные сопла ворвался вглубь расплавленного металла.

Печь не просто зашумела — она издала яростный, оглушительный рев, похожий на крик смертельно раненного дракона. Из горловины конвертера вырвался гигантский, ослепительный сноп искр и яростного, чистого белого пламени. Углерод внутри металла выгорал с бешеной скоростью, запуская бурную химическую реакцию окисления. Воздух вокруг мгновенно раскалился так, что за загородками начал тлеть сухой мох, металл кипел и бурлил, выплескивая лишний шлак прямо на земляной пол. Гномы в ужасе зажмурились, прикрывая лица грязными руками и инстинктивно отступая назад, но никто не мог отвести глаз от этого завораживающего, пугающего и величественного зрелища. Торин сжал свои кулаки-молоты так, что побелели костяшки пальцев, исступленно шепча старинные молитвы подземным богам-кузнецам. Спустя несколько часов, когда металл наконец успокоился и принял благородный, ровный оттенок, его бережно разлили по заранее подготовленным длинным формам. Когда формы окончательно остыли и были разбиты тяжелыми киянками, взорам изнуренных мастеров превзошли первые готовые секции труб. Это были идеальные, гладкие стальные цилиндры. На их поверхности не было ни единой микротрещины, ни одной скрытой раковины или шлакового наплыва.

Металл звенел под точными ударами проверочного молотка чистым, высоким, хрустальным звуком, доказывая свою невероятную структурную прочность — такая сталь была способна выдержать любое, даже самое экстремальное давление пара из глубин горы. Гномы попробовали дружно сдвинуть первую трехметровую секцию, но лишь натужно покряхтели и повалились с ног — труба была чудовищно, неподъемно тяжелой для их невысокого роста. И вот тогда на сцену вышли те, чья колоссальная физическая сила дремала до этого момента. Слисс величаво шагнул вперед из глубокой тени грота. С легким, почти небрежным изяществом он подхватил массивный стальной цилиндр, обвил его своим мощным чешуйчатым хвостом для идеального распределения веса и уверенно закинул на плечо, даже не поморщившись. Его сородичи-наги, следуя примеру вожака, слаженно, словно звенья огромного живого конвейера, начали подхватывать трубы одну за другой. Тяжелая чешуйчатая кавалькада безмолвно и уверенно двинулась вглубь темных, сырых туннелей замка, унося металл к местам будущей укладки. Первая техническая революция Грей-Рока официально началась, и остановить ее движение было уже невозможно.

Глава 39. Первый запуск тепла

Гул в подземельях древнего замка Грей-Рок стоял такой, словно в самых глубоких расщелинах мира просыпался первородный дракон. Но это был не мифический монстр, требующий золота и человеческих жертв. Это была чистая, бескомпромиссная победа земной инженерной мысли над вековой сыростью, плесенью и закостенелым фэнтезийным бытом, к которому местное население привыкло за сотни лет и считало его неизбежным злом.

— Правее бери, чешуйчатый! Ещё правее! Куда ты её тянешь, это же магистральный отвод, у него радиус изгиба строго рассчитан под гидродинамическое давление! — Райан, по уши измазанный в саже, графитовой смазке и какой-то липкой подземной глине, сорвал голос окончательно, перекрикивая гулкое эхо каменных сводов.

Наги оказались поистине незаменимыми помощниками в этой адской, тяжелой работе. Там, где коренастым гномам не хватало гибкости в узких лазах, а людям — чистой физической силы, наги справлялись играючи.