Роанна Аньер. Путь на Север - Виктор Постоенко

и внимательно посмотрела на нее. Она понимающе кивнула и вышла из кабинета. Я смотрела в ларец и не знала, с какого свитка начать. Ладно, возьмем вот этот, из позолоченной, в дивных узорах, толстой жаккардовой ткани.

Развязала атласные тесемки и развернула. Это был Брачный договор между королевством Вальронд и королевством Энгер, согласно которому наследный принц королевства Энгер Фрэнсент Энгерский вступает в брак с наследницей герцогства Андольского герцогиней Клориндой де Анн. Далее в документе были расписаны земли, подарки с обеих сторон, какие обязательства берут на себя супруг и супруга.

Под документом стояли подписи короля Энгера; как свидетели подписались король Дарвинксвилла, герцог Дюссенский, герцог Андольский, все министры двора, и внизу — размашистая подпись старого Императора. И прикреплены три печати на шелковых шнурках — Энгерская, Андольская и большая Императорская.

Я помнила из рассказов отца Франциска и Нанке, что принц Энгерский и его супруга герцогиня Андольская были казнены во время переворота, что и послужило причиной выхода обоих королевств и герцогства Дюссенского из Империи. Из договора становится понятно, что они имели на это полное право. Старый король своими руками создал Империю, а непутевый сынок всё полностью разрушил.

Какое отношение это имеет ко мне? Наверно, всё же имеет, раз мама хранила всё это в ларце под двумя замками. Возможно, она как раз и служила казненному принцу, и он доверил ей на хранение такие важные документы, поэтому нынешний Император и его приближенные видят во мне её.

Свернула свиток и аккуратно завязала тесемки обратно. Следующий свиток был на малиновой плотной шелковистой узорчатой ткани, покрытый красиво вышитыми золотыми львами и тиграми, связанный белыми атласными тесемками.

А вот это уже было само свидетельство о заключении династического брака между королевством Вальронд и королевством Энгер. От королевства Энгер — наследный принц Фрэнсент Энгерский, а от королевства Вальронд — герцогиня Клоринда де Анн.

Далее следовали подписи, условия и всё такое разное политическое. И к прежним подписям добавилась витиеватая роспись специального посланника Северной Империи Великого князя Цаннена, младшего брата Императора, и большая круглая печать Императора Северной Империи.

Это какими же недалекими надо было быть старой Императрице и ее сыночку, когда они подняли руку на такую коалицию? На что они рассчитывали? Что ничего не будет? Или им было всё равно на собственную страну? И как следствие всего потом случился разрыв всяких отношений между королевствами, ликвидация самой Империи и резкое охлаждение в отношениях с Севером.

А ведь оттуда шли основные промышленные товары, включая такие, как порох, дорогие ткани и разные предметы с Запада. Королевство Дарвинсквилл и королевство Энгер вышли из состава Империи. Только герцогство Андольское, в котором давно стояли имперские гарнизоны, возглавляемые сторонниками нового короля, осталось в составе уже королевства Вальронд.

Аккуратно свернула свиток, завязала тесемки и положила на стол рядом с первым документом. Вытащила из ларца третий свиток. Он был поскромнее: темно-синяя жаккардовая ткань с серебристыми нитями, связанный красной тесемкой. Развернула и начала читать.

Мои ноги задрожали, в глазах потемнело, и я тихо опустилась на стул. Потом отдышалась, собралась с силами и стала читать дальше.

Это было Свидетельство о рождении, выписанное в Жемчужном монастыре, гласившее о том, что такого-то числа, такого-то года герцогиня Клоринда де Анн родила девочку, рост ее — пятьдесят три сантиметра, а вес — четыре тысячи триста граммов. Она имеет отличительные отметки в виде крупной родинки под левой грудью, а также симметричные маленькие родинки по обеим сторонам сзади левой стопы.

Отцом девочки записан принц и генерал гвардии Фрэнсент Давиль Энгерский. Девочку нарекли именем Роанна де Анн Энгерская. Под документом стоят подписи самого Святого Настоятеля Жемчужного монастыря, настоятеля монастыря Святого Духа, четырех священных монахов обоих монастырей (видимо, сан такой) и главного магистрата Жемчужного острова господина Сейла. А также Имперская печать магистрата и печати двух монастырей.

Это была самая настоящая бомба. У меня, конечно, были смутные догадки, что мама как-то была связана с дворцом. Но прочитанное полностью переворачивало все мои прежние представления. Родинку под своей левой грудью я видела, когда не раз смотрелась в зеркало. Аккуратно сняла туфельку, поставила ногу на стул и сняла носочек.

Обе черненькие точки на месте, сзади на стопе по обеим сторонам, как и написано в Свидетельстве. Вот, значит, как. Но ведь была же казнь, все видели. Сотни людей смотрели на казнь на дворцовом пирсе. Ладно, этому должны же быть какие-то объяснения.

Достала из ларца длинную деревянную шкатулку. Темно-красная, украшенная тисненым золотым андольским гербом. Я с замирающим сердцем открыла ее. Там лежала прекрасной работы заколка для волос, длинная, выполненная из серебра. А вот навершие заколки впечатлило.

Оно было из чистого золота в виде Андольского герба, вот только у льва глаза были рубиновые, сам он был украшен маленькими бриллиантами, а с кончика меча свисали три подвески в виде нанизанных на тонкую витую золотую нить ограненных бриллиантов. В самом верху маленькие, а внизу крупные.

(Для тех, кто не понимает: представьте себе длинную курительную трубку. Мундштук — это серебро, а вот там, где трубка загибается вверх, поместите золотого льва, всего украшенного драгоценными камнями, стоящего на задних лапах, с тремя коронами на голове, держащего в лапах меч острием вниз. И подвески свисали как раз с этого острия.)

Значит, это мамина родовая подвеска. И теперь она моя по праву моего рождения. Я положила ее обратно в инкрустированную гербом шкатулку. На дне ларца лежало еще два больших конверта и черная коробочка. Я взяла первой коробочку и открыла ее.

На бархатистой внутренней ткани расположилось золотое кольцо, украшенное редким крупным черным бриллиантом в золотой оправе, украшенной мелкими алмазами. На самом черном бриллианте расположился миниатюрный Андольский герб, выполненный из золота.

Я надела на средний палец — как будто на меня делали. Сняла, положила обратно в коробочку, убрала в ларец, как и все свитки.

Открыла первым синий конверт. Это было заверенное печатями и свидетелями завещание Святого Настоятеля Жемчужного монастыря, который оставлял всю свою долю из всего добытого помимо Императорского заказа жемчуга своей троюродной племяннице, герцогине Клоринде де Анн, а также ее потомкам. А именно — три десятых части. Завещание было написано еще при жизни настоятеля. Он отказался от своей доли ради племянницы. Вот и ответ, почему мама получала такую крупную финансовую поддержку от Жемчужного монастыря.

Последним остался красный конверт. Это было послание лично мне, от мамы. Защемило в груди, глаза стали почему-то влажными. Что это? Почему какая-то невидимая рука схватила меня внутри за грудь? К горлу подкатил ком, аж перехватило дыхание. Получается, это тело не только стало моим, теперь и я сама ему принадлежу