Фантастика 2026-85 - Stonegriffin

Створки распахнулись. Пятеро охранников, покинувших зал минутой ранее, ворвались обратно с автоматами наперевес. Ведущий группы, увидев перед собой командира, замешкался всего на мгновение — ровно на один вдох.

Этого хватило.

Пит открыл огонь из-за спины заложника. Два выстрела — первый боец упал замертво, второй, выронив оружие, схватился за пробитое горло. Капитан дернулся, пытаясь вырваться, но Пит оглушил его ударом рукояти в затылок. Тело обмякло, но офицер остался жив — он еще мог пригодиться.

Третий охранник нажал на спуск. Пит швырнул тело командира вперед, принимая на него свинец, а сам нырнул в сторону, за терминалы. Очередь прошила офицера насквозь и вгрызлась в приборную панель. Живой щит перестал быть таковым.

Пит перекатился вправо. Короткий выстрел из-под консоли — и третий противник рухнул с истошным воем, прижимая руки к перебитым ногам.

Четвертый и пятый открыли шквальный огонь одновременно. Консоль разлеталась в щепки, экраны лопались с оглушительным звоном, искры летели снопами. Пит полз вдоль бесконечных рядов оборудования под градом пуль и битого стекла. Добравшись до края, он осторожно выглянул.

Четвертый как раз ушел на перезарядку. Два точных выстрела. Грудь, голова. Готов.

Пятый резко развернулся, наводя автомат на Пита. Длинная очередь. Боль.

Пуля прошла сквозь правое плечо по касательной. Рубашка вмиг потемнела от крови. Но Пит не замер. Боль была лишь сигналом, который можно отложить на потом; сейчас имело значение только движение.

Он бросился вперед, сокращая дистанцию до стрелка. Тот, не ожидая такой наглости, попятился, и ствол автомата задрался вверх — пули ушли в потолок. Пит врезался в него плечом — раненым, кровоточащим, плевать. Он сбил врага с ног, и они вместе повалились на пол. Автомат отлетел в сторону.

Пальцы охранника сомкнулись на горле Пита. Хватка была железной, удушающей. Пит с силой вдавил большие пальцы в глаза противника. Тот взвыл от боли, и хватка ослабла. Последовал удар локтем в висок. Еще один. И еще.

Всё затихло.

Гулкий топот множества ног. Остальные — те, кто находился на верхних этажах, — уже спешили на подмогу.

Пит подхватил брошенный автомат. В магазине оставалась едва ли половина — но этого должно было хватить. Он переместился к лестничному пролету, занимая позицию.

Первый миротворец возник в проеме — пуля раздробила ему колено. Солдат с криком повалился на ступени, скатываясь вниз; второй выстрел, контрольный, оборвал его мучения. Второй противник проявил смекалку и прыгнул прямо через перила, надеясь застать Пита врасплох. Расчет был верным, но пуля оказалась быстрее: Пит снял его еще в полете. Тело с глухим ударом врезалось в стену и безвольно сползло на пол.

Третий и четвертый ворвались одновременно, заходя с разных флангов. Зал наполнился неистовым грохотом автоматов, пули со свистом разрезали воздух. Пит нырнул за перевернутый массивный стол — металл загудел и задрожал от шквального огня.

Щелчок. Магазин пуст.

Он выхватил пистолет. В обойме оставалось всего шесть патронов. Пит дождался едва уловимой паузы — противники ушли на перезарядку — и стремительным перекатом вышел из укрытия. Два выстрела — третий замертво. Еще два — четвертый.

В стволе осталось лишь два патрона. На лестнице воцарилась тишина.

Пит тяжело поднялся. Реальность по краям начала расплываться: сказывались кровопотеря и запредельный выброс адреналина. Плечо полыхало огнем, правая рука медленно теряла чувствительность. Сейчас это не имело значения.

Он подошел к центральному пульту и нашел нужный тумблер — массивный, ярко-красный, скрытый под прозрачным защитным колпаком. Пит смотрел на него лишь секунду. Одним этим движением он дарил двум тысячам солдат жизнь и безопасный путь через этот проклятый квартал.

Он откинул колпак и до упора повернул рычаг.

На огромных экранах сотни желтых точек — смертоносные поды — мигнули и начали гаснуть одна за другой, точно свечи на ветру. «Деактивировано. Деактивировано...» — бесстрастно рапортовала система.

Прошло всего сорок семь секунд с момента его прыжка из шахты. В зале замерли четырнадцать тел.

Пит медленно опустился на пол, привалившись спиной к холодному металлу консоли, и позволил векам сомкнуться.

— Лин, — произнес он в микрофон. Его голос звучал хрипло, чуждо, словно принадлежал не ему, а какому-то механизму. — Пульт под контролем. Можешь подключаться к системе.

Ответ Лин был полон такого облегчения, что в нем почти физически ощущались слезы:

—Уже в пути.

Голос Джоанны отозвался иначе — в нем слышалась острая, колючая тревога:

— Ты цел, пирожочек?

— Царапина.

— Врешь.

— Совсем немного.

Пит открыл глаза и окинул взглядом пультовую: тела, распластанные в неестественных позах, пятна крови на полу, изуродованное пулями оборудование. Четырнадцать жизней, оборванных за сорок семь секунд. Обыденная рабочая рутина.

Именно это пугало его сильнее, чем само сражение.

Он поднял руку и тупо уставился на ладонь. Своя кровь смешалась с чужой в единый багровый узор, который уже невозможно было разделить. Пальцы начали мелко, едва заметно дрожать — адреналин стремительно испарялся, уступая место нахлынувшей боли.

Скоро здесь будут все. Лин займет место за консолью, окончательно деактивирует оставшиеся поды и передаст обновленные карты Боггсу. Джоанна будет яростно ругаться, накладывая повязку на его плечо. Китнисс будет просто молчать, глядя на него тем самым особенным взглядом, от которого не скрыться.

А он так и будет сидеть среди мертвецов, размышляя о том, как пугающе легко ему всё это далось. Как привычно.

«Монстр», — прошептал в голове знакомый, почти родной голос. — «Ты стал именно тем, кем они так долго пытались тебя сделать».

Может быть. Но остается ли монстр монстром, если ценой своего падения он спасает две тысячи душ?

Пит не знал ответа. И не был уверен, что действительно хочет его услышать.

***

Лин работала в сосредоточенном безмолвии. Ее пальцы порхали над клавиатурой с той уверенной быстротой, что свойственна лишь истинным мастерам: она почти не смотрела на монитор, вводя строки кода и переключая протоколы. Желтые маркеры на карте гасли один за другим, словно звезды, растворяющиеся в лучах рассвета.

— Сто двадцать три пода деактивированы, — доложила она, не отрываясь от консоли. — Сектор семь, сектор восемь, часть девятого... Еще пятьдесят один... сорок... двадцать...

Она на мгновение замерла, вглядываясь в финальные строки отчета.

— Готово. Сто семьдесят четыре ловушки. Все объекты в радиусе действия этого центра управления обезврежены.

Китнисс стояла у проема, который еще недавно был окном. Сквозь щербатый остов рамы она смотрела вниз, на улицу. Там, в блеклом