Академическая станция Пульсар. Испытание Плеяд - Анна Кейв

на данный момент исследуемая учеными), академическая станция Пульсар (альтернативная версия). Прямое восхождение: 12h 28m 24.9s. Склонение: +31° 28' 38″. Красное смещение (z): 2.219.

Статус миссии: активна

Описание: TON 618 является одним из самых массивных известных квазаров, со сверхмассивной черной дырой массой около 66 миллиардов солнечных масс.

Каждый квазар ведет в свою собственную мультивселенную. TON 618 — один из древнейших и мощнейших квазаров во Вселенной. Он служит порталом в альтернативную реальность, где существует иная версия академической станции Пульсар.

⚠ Цель миссии:

Собрать данные об альтернативной вселенной и выявить ключевые отличия.

⚠ Условия испытания:

Безопасное прохождение через квазар возможно только при соблюдении точных условий входа:

Угол вхождения — 24,7° ± 0,1°.

Скорость — 0,77c (77 % скорости света).

Резонансный импульс — синхронизация с пульсацией квазара (период: 2,4 часа).

Потенциальный контакт с альтернативными версиями — возможно столкновение с другими версиями самих себя или знакомых существ. Их мотивация и знания могут отличаться.

⚠ Внимание: путешествие через квазар опасно. Малейшая ошибка при вхождении в черную дыру может привести к расщеплению шаттла и членов команды на частицы. Обратный путь возможен только через тот же квазар, но в другой точке входа он может быть нестабилен из-за отличий внутри мультивселенной.

⚠ Помните: любое нарушение условий входа в квазар приведет к фатальному расщеплению шаттла. Взаимодействие с альтернативными версиями существ (в особенности самих себя) может иметь непредсказуемые последствия.

Акоста высказывается первой:

— В целом, не так уж и сложно.

Таллула скептически выгибает бровь:

— Если не считать пересечения порога мультивселенной. Нет, серьезно, если мы ошибемся хотя бы на две десятые угла вхождения, то нас разорвет на части! Рандом специально подкидывает нам самые отстойные испытания?! У пятой команды три раза подряд были гуманитарные миссии, это несправедливо.

Закусив губу, с удивлением перечитываю описание испытания.

— Мультивселенные существуют? — вырывается у меня. — Я думала, это научная фантастика.

На меня устремляются снисходительно-насмешливые взгляды.

— Это проходят в конце первого курса, ты еще не доросла, — улыбается Лэм.

— А в других черных дырах, которые не обзавелись квазаром, тоже существует альтернативная реальность? — смутившись, уточняю я.

— Пока еще не доказано, есть ли внутри них что-то кроме гибели, — отвечает он.

Таллула саркастически добавляет:

— Возможно, просто не нашли нужный угол вхождения. Надеюсь, в следующем испытании нас не отправят тестировать черные дыры.

Мы привычно сосредотачиваемся каждый над своим видением стратегии. После споров между Лэмом и Акостой было решено, что каждый тиммейт должен внести свой вклад, который будет использован в общем плане после анализа Яичницы. Благодаря этой тактике ссоры прекратились, и мы начали действовать более слажено.

— Итак, капитан, решающее слово? — Акоста передает слово Лэму, когда все варианты рассмотрены и оценены шансы на успех.

— Для начала нам нужно отследить резонанс квазара. Период пульсации всего 2,4 часа, если промахнемся, придется ждать следующего окна.

— Если мы вообще доживем до следующего окна. Одна ошибка в две десятые градуса, и у нас не будет ни второго шанса, ни даже наших останков для захоронения, — мрачно подмечает Таллула, но теперь в ее голосе больше черного юмора, чем паники, как в начале Плеяд.

Лэм соглашается:

— Верно, но мы уже проходили сложные миссии, справимся и с этой. Главное, не ошибиться, вбивая координаты и параметры в систему шаттла. Поэтому переходим к делу. Акоста, Яичница — на вас навигация и точный расчет входа. Я займусь стабилизацией системы на случай угрозы гравитационного разрыва. Тальма, Таллула — займитесь составлением индивидуальных планов исследования альтернативного Пульсара. По прибытии мы разделимся. Есть вопросы?

Я киваю:

— Есть предложение. Давайте придумаем пароль на случай, если встретимся с альтернативной версией кого-либо из нас. Например, я начну кодовую фразу, и, если Таллула или кто-то другой ее не продолжит, значит, он из мультивселенной.

Таллула, хлопая в ладони, подхватывает мысль:

— Давайте используем старый детский стишок, я его обожаю! Кот Маркиз, усевшись в таз, заорал: «Я водолаз!».

Кажется, у каждого из нас вскинулись брови от поэтических предпочтений Таллулы.

— Ну, в этом что-то есть, — бормочет Лэм.

— Звучно, такое не забудешь, — комментирует Акоста. — Все запомнили? Тогда за дело.

Через полтора часа наш шаттл отделяется от доков и прокладывает курс к квазару TON 618.

Голографический экран отображает приближающийся квазар — сверхъяркий и красивый, закручивающий завихрения миллиардов частиц. Все их поглощает массивная черная дыра, темнее самого мрачного уголка во Вселенной. Абсолютная чернота, несравнимая даже с космическим угольком TrES-2b.

— Скорость 0,76c, — докладывает Лэму Акоста, не отрывая взгляда от приборов управления. — Угол вхождения 24,6°. Приближаемся к гравитационному полю.

Шаттл начинает трясти. Мы с Таллулой вжимаемся в спинки кресел.

— Осталось две минуты до входа, — спокойно сообщает Лэм и проверяет данные на экране навигационной панели. — Скорость стабилизирована на 0,77c. Угол вхождения 24,7°. Резонансный импульс стабилизирован.

— Готовимся! — предупреждает Акоста. — Три… Два… Один…

В глазах вспыхивает свет и мир разрывается на части. Шаттл нещадно трясет, но он не разваливается ни на детали, ни тем более на атомы. Это хороший знак, верно?

Кажется, будто мое тело изменило структуру, став резиново-желейным. Таллула начинает пронзительно визжать, перекрикивая гул квазара.

Внезапно все стихает — звуки, слепящий свет, странные ощущения, дрожь шаттла. Голограмма, мерцая, перенастраивается после встряски.

— Мы внутри? — испуганно шепчу я.

— Да. — Подтверждает Лэм, сверяясь с навигационными данными. — Держим путь на альтернативный Пульсар.

На голограмме появляется точка прибытия. Вместо привычной эмблемы академической станции красуется незнакомый знак, даже цветовая гамма другая.

— Вот и первое отличие, — нахожу я.

Таллула, обхватив себя за плечи, бормочет:

— Кот Маркиз, усевшись в таз…

— …Заорал: «Я водолаз!», — заканчиваю я, надеясь, что испытание не подкинет нам неприятных сюрпризов.

Глава 12. Плен

Пульсар. Границы существуют, чтобы их расширять. Будь как Вселенная — не знай границ

— Кот Маркиз, усевшись в таз… — громко скандирует Лэм.

— …Заорал: «Я водолаз!», — подхватываем мы после успешного прохождения через квазар.

Мы снова в нашей вселенной. В нашей реальности. Осталось всего лишь вернуться на Пульсар и доложить о прохождении четвертого испытания.

Уж не знаю, на сколько оценят наш отчет, но мы знатно повеселились в альтернативной реальности. Чего только стоило проникновение в химчистку по трубе, чтобы украсть форму! Мы не могли разгуливать по станции с нашей эмблемой, пришлось выкручиваться.

Жаль, что не вышло заскочить в космотерий и изучить его отличия — мы побоялись использовать свою биометрию. Было бы нехорошо обкрадывать наши альтернативные версии и пить космофий за их счет.

В остальном все шло по плану — ну, насколько вообще можно назвать «планом» наше импровизированное