Нартуган: Из огня и магии - Ануар Нурланулы Кошкарбаев

рукой по своему новому облику, словно осознавая его заново. — Проектор лишь отображал мою незавершённую форму. Но мой сын, Далагуд, смог довести её до конца и оставить мне информацию, которая сработала, как только я её увидел. Библиотека жадно заглатывает любую информацию, поглощая её, как ненасытное чудовище. Подбросить ей то, что нужно, оказалось несложно. Глаза старика вспыхнули холодным огнём, и голос стал твёрже.

— Более того, он знал, что однажды ты, Мардан, придёшь сюда за помощью. Ведь Далагуд — главная угроза для всех бахсы, и рано или поздно ты бы оказался здесь в поисках ответов о нём. Его ловушка сработала безупречно.

Мардан едва заметно напрягся, его пальцы сильнее сжали трость.

— И что дальше?

Старик наклонил голову, будто изучая их реакцию, прежде чем продолжить:

— Мне остаётся лишь следовать указаниям моего сына.

Он провёл рукой по страницам книги, и символы на ней вспыхнули багровым светом, словно пробуждаясь.

— Он оставил для меня инструкцию… — Его взгляд резко метнулся к Мардану, в глазах мелькнул холодный блеск. — Поймать и уничтожить Мардана Касымулы. А раз твой друг тоже здесь, я убью вас обоих.

По краям зала загорелись лампы, их свет образовал сеть тонких линий, сплетающихся воедино. Они озарили пространство розовым свечением, и в следующую секунду библиотека начала проявлять то, что скрывала в своих глубинах. Сначала одна фигура старика. Потом ещё. Через мгновение целая армия, точных копий Хранителя, стояла перед ними, мерцающая и нереальная, но пугающе живая в своём движении.

— И что ты сделаешь? Ты всего лишь проекция, Хранитель.

И вдруг перевёрнутая пирамида вспыхнула ослепительным светом, заливая помещение яркими разрядами энергии. Световые линии, пробежавшие по её граням, соединились в единую точку, и из этой вспышки перед ними вновь возникла огромная голова слона.

— Мне кажется, хоботом будет куда удобнее вас раздавить, чем если бы я остался в форме человеческой головы. — Гигантские глаза вспыхнули холодным электрическим светом.

— А что касается твоего вопроса, мальчик… — Он медленно наклонился, нависая над ними. — То, что я голограмма, даёт мне лишь преимущества. Вы не сможете меня ударить, а я с удовольствием прижгу вас электричеством и лазерными лучами.

После этих слов он резко взметнул свой гигантский хобот, и по его поверхности пробежали голубые линии энергии, вспыхивая яркими разрядами. Воздух наполнился глухим гулом, вибрации прокатились по залу, стены задрожали, а световые панели начали мерцать, словно сама библиотека готовилась разрядить накопленную мощь в смертельном ударе.

В тот же миг бесчисленные клоны, окружившие их, пришли в движение. Их фигуры, мерцающие и полупрозрачные, двигались с пугающей точностью, синхронно переступая по гладкому полу, словно единый механизм, созданный для уничтожения. Они шли со всех сторон, сомкнув плотное кольцо, перекрывая любой путь к отступлению.

Глава 17

Непостяжыме чары

Турсын-хан — так звали голограмму старика. Он и сам не знал этого до сегодняшнего дня. Его память была предана забвению, стёрта временем и долгие годы он не подозревал, что когда-то был правителем истреблённого народа Катаган, что всех его близких вырезали за предательство.

Но теперь, словно завеса спала, Турсын начал вспоминать. Перед его внутренним взором проносились лица, голоса, события далёкого прошлого. Восстанавливая свою личность, он вкладывал всю доступную энергию в этот процесс, и чтобы не отвлекаться на подростков, оставил их на своих клонах. Огромная голова стояла неподвижно, её глаза были закрыты, а лицо лишилось тех символов, что украшали его раньше. Казалось, он медитировал, уходя всё глубже в своё прошлое.

Мардан заметил изменения, но не успел задуматься об этом — напряжённый голос Нартугана вывел его из раздумий.

— Мардан, не отвлекайся! К нам идёт толпа. — подросток уже держал свои снаряды, заряжая их силой, готовясь отбиваться до последнего.

— Так это же просто голограммы. Они не могут нам навредить.

— Не уверен, что розовый слон делает пустые угрозы. Лучше будь начеку. Надо найти выход отсюда.

Мардан резко развернулся, окидывая зал скользящим взглядом в поисках хоть какого-то пути к отступлению. Но всё, что находилось дальше десяти метров, тонуло в густом, непроницаемом чёрном тумане. Казалось, что проекции на стенах создавали эту завесу, не позволяя им выйти.

Трость Мардана была больше, чем просто оружие. В нижней части, скрытый от глаз, находился наконечник копья, которым он призывал демонов. На противоположной стороне, на массивной каменной рукояти, был высечен древний символ его рода, несущий в себе печать силы, передаваемой из поколения в поколение. Стоило ему приложить ладонь к знаку, как древняя магия пробуждалась, открывая путь тем, кто покоился в загробном мире.

— Правом последнего хана, защитники Отрара, всадники Тэмуджина, направляю вас своей волей — явитесь!

Воздух задрожал, наполненный эхом далёких голосов, которое напоминало ветер, гуляющий среди древних руин, затем вновь утихало, переходя в шёпот, звучащий на неизвестных, давно забытых языках. Сначала рукоять трости лишь слегка нагрелась, но вскоре по её поверхности побежали тонкие линии света, заполняя гравировку на каменной рукояти живым огнём. Они пульсировали в такт биению сердца Мардана, словно отвечая на его зов, пробуждая древнюю силу, запечатанную в символе рода. Как только он крепче сжал рукоять, энергия начала скапливаться в её центре, а затем, словно прорывая печать, вырвалась наружу в виде густой тьмы, которая, закручиваясь, приобрела очертания множества фигур.

Одна за другой сотни духов начали покидать границу между мирами, выходя из портала, скрытого в камне, их полупрозрачные силуэты постепенно приобретали очертания воинов прошлого. На их телах проступали доспехи, украшенные резьбой и символами кочевых народов, а в руках, сжимающих оружие, вспыхивал слабый синий свет. Они не были просто тенями или безликими призраками; каждая фигура двигалась осмысленно, будто воины прошлого вновь встали под боевые знамёна, повинуясь зову потомка.

Мардан чувствовал, как его мышцы наливаются тяжестью, как по руке, всё ещё сжимающей трость, прокатываются волны напряжения, а в висках отзывается приглушённый гул, расходящийся по черепу. Использование силы требовало огромных затрат, и даже если вызов был успешным, он знал, что не сможет удерживать портал слишком долго.

— Это пока что мой максимум… — Он чуть наклонился вперёд, вцепившись в трость, не давая себе потерять равновесие.

Около сотни духов кружились над ними, образуя вихрь, наполненный мрачной энергией. Они двигались хаотично, но в их беспорядочности чувствовался скрытый порядок — они ждали приказа.

Некоторые носили доспехи, их руки крепко сжимали сабли и копья, словно они вышли на последний бой, который не смогли закончить при жизни. Другие держали луки, их силуэты были легче, движения быстрее, а третьи выглядели как обычные крестьяне,