Резонанс любви - Роберт Фадер

Луис подошёл к краю платформы и посмотрел вниз. Город под ними казался слишком далёким, слишком хрупким.

— Значит, идти напрямую к Зингеру нельзя.

— Нельзя, — подтвердила капитан. — Лучи реагируют на крупные символические сущности. Грифоны слишком заметны. Если подлететь к центру, он их может перехватить.

Грифон Натальи недовольно рыкнул.

— Он не любит, когда его называют заметным, — сказала Наталья.

Капитан посмотрела на грифона без особого восторга.

— Пусть привыкает. Сейчас его заметит весь город.

— Что ты предлагаешь? — спросил Луис.

Наталья снова услышала это «ты» и почувствовала, как внутри неприятно кольнуло. Он даже не подумал перейти на более официальный тон при ней. А капитан, конечно, не подумала тем более.

Капитан разложила карту прямо на каменной плите. Ветер пытался вырвать листы, но женщина-агент удержала углы. На карте были отмечены золотые линии, уходящие от Зингера к нескольким точкам.

— Двигаться по островам, — сказала капитан. — Не по земле и не напрямую по воздуху. По фрагментам, которые уже подняты. Они связаны между собой энергетическими мостами. Нестабильными, опасными, но проходимыми.

Наталья посмотрела на парящие вдалеке куски фасадов, лестниц и колоннад.

— То есть вы предлагаете прыгать по украденным кускам города?

— В общих чертах — да.

— Замечательный план.

— У вас есть лучше?

Наталья хотела ответить, но промолчала. Лучше плана у неё не было. Был только страх, раздражение и странное ощущение, что город ждёт от неё не паники, а решения.

Луис наклонился над картой.

— Нам нужно попасть к центральной связке?

— Нет, — сказала капитан. — Не сразу. Сначала к промежуточному узлу. Там можно будет нарушить цепь и выиграть время. Но путь туда проходит через несколько островов. Один из них уже начал дрейфовать. Второй держится на слабой нити. Третий связан с театральной памятью, и я понятия не имею, как он себя поведёт.

— Великолепно, — сказала Наталья. — Я всё больше скучаю по своему московскому отпуску.

Луис посмотрел на неё чуть мягче.

— Вы правда скучаете?

Она встретила его взгляд и на мгновение забыла, что собиралась съязвить. Он спросил это тихо. Без шутки. И в этом вопросе вдруг оказалась не только усталость, но и тревога: не пожалела ли она, что осталась рядом с ним.

Наталья отвела глаза первой.

— Я скучаю по ситуации, в которой здания стоят на земле.

Капитан перевела взгляд с Натальи на Луиса. Что-то заметила. Разумеется, заметила. Такие женщины ничего не пропускают.

— Нам нужно спуститься на нижний фрагмент, — сказала она. — Оттуда есть безопасный переход к следующему острову.

— Безопасный? — уточнил Луис.

— Относительно.

— Сегодня это слово уже стало подозрительным.

Они подошли к краю парящей платформы. Ниже, метрах в двадцати, висел другой фрагмент: часть крыши с балюстрадой и каменной лестницей, которая заканчивалась в воздухе. До него можно было добраться на грифонах быстро и аккуратно.

Капитан посмотрела на своих агентов.

— Вы остаётесь здесь и страхуете связь. Если платформа начнёт уходить к Зингеру, уходите по аварийному каналу.

— Капитан… — начала женщина-агент.

— Это приказ.

Та кивнула.

Капитан повернулась к Луису.

— Мне нужен транспорт вниз.

Наталья сразу поняла, что сейчас произойдёт.

И ей это не понравилось ещё до того, как Луис успел открыть рот.

— Садись ко мне, — сказал он капитану.

Наталья медленно повернула голову.

Конечно.

Разумеется.

Иначе ведь никак.

Капитан, не тратя времени на лишние слова, подошла к грифону Луиса. Тот посмотрел на неё без особой симпатии, но, видимо, решил, что одна неприятность на спине всё же лучше двух отдельных неприятностей в воздухе. Луис помог капитану подняться.

Помог.

Очень аккуратно.

Наталья села на своего грифона с таким выражением лица, что её крылатый страж даже повернул голову и посмотрел на неё с осторожностью.

— Всё хорошо, — сказала она.

Грифон тихо фыркнул.

— Я сказала, всё хорошо.

Грифон, кажется, не поверил.

Луис устроился впереди капитана. Та держалась за него одной рукой, другой сжимала карту. Расстояние между ними было совершенно служебным, необходимым и, если рассуждать разумно, не заслуживало никакого внимания.

Наталья рассуждать разумно не хотела.

Грифоны оттолкнулись от края платформы и плавно спустились вниз. Ветер ударил в лицо. Каменный остров Русского музея поднялся над ними, огромный и мрачный. Под ногами появилась другая платформа. Грифоны приземлились почти бесшумно.

Капитан спрыгнула первой.

Луис спустился следом и сразу посмотрел на Наталью. Видимо, что-то всё-таки понял по её лицу.

— Всё в порядке?

— Конечно.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Тогда почему ваш грифон смотрит на меня так, будто собирается столкнуть меня с острова?

Наталья погладила грифона по шее.

— Он очень тонко чувствует атмосферу.

Капитан развернула карту у каменной балюстрады.

— Если закончите семейную сцену, я продолжу.

Наталья медленно посмотрела на неё.

— Это не семейная сцена.

— Пока нет, — сухо сказала капитан.

Луис закрыл глаза на одну короткую секунду.

— Давайте сосредоточимся на городе.

— Отличная идея, — сказала Наталья. — Город хотя бы не предлагает бывшим коллегам садиться к нему на грифона.

Капитан чуть приподняла бровь.

Луис покраснел.

— Это была необходимость.

— Разумеется.

— Наталья…

— Мы сосредоточены на городе, помните?

Капитан неожиданно улыбнулась краешком губ. Очень слабо, почти незаметно. Но Наталья заметила и это.

Они находились на нижнем фрагменте, который оказался частью крыши и фасада с узкими окнами. Здесь было тише. Золотые лучи проходили выше, а каменная балюстрада давала укрытие от ветра. Снизу доносился глухой шум пробуждающегося города. Вдалеке дрожали другие острова — один с колоннадой, другой с обрывком театральной лестницы, третий похожий на кусок старого зала, где в воздухе плавали пустые рамы.

Капитан положила карту на камень.

— Слушайте внимательно. Путь к Зингеру теперь не прямая линия, а цепь. Дмитрий Петрович поднимает город не хаотично. Он строит маршрут для энергии. Каждый остров передаёт импульс следующему. Если мы прервём цепь в слабом месте, у него начнутся задержки. Если найдём эмоциональный узел, который он ещё не успел подчинить, у нас появится шанс остановить ритуал.

— Эмоциональный узел? — спросила Наталья.

— Место, где город хранит не власть, не искусство и не славу, а человеческое чувство, — ответила капитан.

Наталья почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.

— Любовь?

Капитан посмотрела на неё внимательно.

— Возможно.

Луис молчал.

Наталья заметила это молчание. И, как ни странно, в этот раз оно не раздражало. Скорее настораживало. Он будто понял что-то, но не хотел произносить вслух.

— Вы знаете это место? — спросила она.

— Нет, — сказал Луис.

Капитан сказала одновременно:

— Возможно.

Наталья посмотрела на обоих.

— Прекрасно. Один не знает, другая возможно знает. Очень надёжная команда.

Капитан сложила карту.

— Пока название не важно. Более того, лучше его не произносить раньше времени. Некоторые места в Санкт-Петербурге откликаются на собственные имена слишком сильно.

— Очень удобно, —