Фантастика 2025-161 - Мила Бачурова

— Что значит — добраться? — Стафка не отцеплялся.

— Ну, как? Вот захочет Шаман, чтобы ты меня убил, например...

— Что-о?! — ахнул Стафка. — Не буду я тебя убивать!

— А куда ты на хрен денешься? Он внушит, что ты меня ненавидишь. А в руках у тебя — вот, например, — Мрак похлопал по кобуре. — Подойдёшь ты ко мне и пристрелишь. А потом будешь думать, что так и надо, что это тебя Мать Доброты попросила. Что ты хорошее дело сделал, потому как я говно был, а не человек. Эльвиру вашу трахнул, Дмитрию рыло начистил, Матери Доброты в Круг нагадил... Не знаю, что там ещё. А может, ты вовсе меня забудешь. Тут уж без понятия, как Шаману больше нравится.

— Не может такого быть, — упрямо проговорил Стафка. — Я никогда так не сделаю!

— Сделаешь, — вздохнул Мрак.

Понял, что просто так от Стафки отвязаться не получится. Сел обратно на ящик и выдернул зубами из портсигара новую сигарету.

— Отец Серого командиром отряда был, который от нас на юг пошёл. Это уж, получается, больше года назад было. Уходило их пятеро, четыре мужика и женщина. Одного мужика зарезали в лесу — потому что Шаман внушил вашим, что мы у них детей отберём. Второй мужик в горах погиб, Шаман там ловушку устроил. Отец Серого и ещё один мужик, Джек, к Шаману в плен попали. А когда женщина, Олеся, пришла их освободить, Шаман заставил Кирилла её убить. Кирилл сказал, что ничего с собой поделать не мог. Ему дали нож, он подошёл к Олесе и в сердце пырнул. Хотя с детства её знал, она его наставницей была. И сам Кирилл — взрослый дядька, не пацан сопливый. У нас в посёлке его все слушались... А ты говоришь — «не сделаю». — Мрак замолчал. Закурил.

Стафка тоже растерянно притих.

— Но... Это ведь... Так нельзя! — выдавил после долгого молчания.

— А стрелять в тебя — можно было?

Стафка опустил голову.

— А ты ещё спрашиваешь, почему я так бегу, — буркнул Мрак. — Для того и бегу, чтобы помочь, если вдруг что! На меня-то Шаманова дурь не действует. Меня он точно не заставит на своих кидаться.

— А как ты узнал, что не действует?

— Эри сказала. Она когда-то сама пыталась ко мне в башку залезть, но не получилось. Она говорила, что будто на стену натыкаешься.

— А может, и я такой, как ты? — вскинулся Стафка.

Мрак пожал плечами.

— Может быть. — И тут же отрезал: — Только проверять не будем, ясно? Больше ты к Шаману на километр не подойдёшь.

— Ну...

— Хер гну! Всё. Теперь уж точно — хорош трепаться. Вали спать.

Глава 33

Мрак

На последних перегонах от сопровождающего Мрак отказался, до посёлка Шамана толкал дрезину сам. Плечо почти зажило, а лишние глаза и уши не нужны. Да и время дополнительное появлялось: ни ему, ни Стафке в комбезе рассветы и закаты были не страшны.

Что будет делать в посёлке Шамана, Мрак не знал. Плана у него не было никакого, и вообще соображалось плохо. Только будто толкало в спину, с каждой ночью всё сильнее: надо спешить. Уставал, как сволочь, но спалось плохо, Мрак заставлял себя вырубаться на несколько часов — иначе не восстановишь силы.

Карту он давно выучил наизусть. Если верить карте, путь должен был закончиться не в самом посёлке, а примерно в километре от него, на другой стороне реки, до того как всё случилось железнодорожная ветка проходила там. Мост на карте обозначен не был. Но ведь как-то Шаман в свой посёлок попадал?.. Ладно. Упрёмся — разберёмся.

Где останавливаться, гадать не пришлось: рельсы попросту закончились. Железнодорожное полотно уткнулось в «станцию», как две капли воды похожую на те, что они со Стафкой видели в посёлках по пути сюда. Строение просто выросло на пути, преградив дорогу.

— Всё. Походу, приехали.

Мрак спрыгнул с дрезины. Подхватил рюкзак. Дёрнулся было — открыть двери ангара, закатить дрезину внутрь, но плюнул. Хрен с ней, потом. Надо спешить.

Приказал Стафке:

— Со мной не ходи. Схоронись где-нибудь и сиди тихо. Я сам тебя найду.

Спорить Стафка не стал — успел привыкнуть к мысли, что бесполезно. Насупленно спросил:

— Где схорониться?

— Погляди, домов вокруг полно, — Мрак махнул рукой. Посёлок был явно нежилым. — Разберёшься, не маленький.

— А ты?

— Я до реки дойду. Мост поищу, или брод. Перебирался же как-то Шаман на свою сторону.

— А... — Стафка не договорил.

До них донёсся крик. Чуть слышный, приглушённый расстоянием, но этот голос Мрак узнал бы из тысячи. Посмотрел на Стафку — тот тоже стоял, разинув рот. Прислушивался.

Значит, точно не почудилось. Значит, не зря на сердце скребло. Не зря гнал, будто с цепи сорвавшись...

Мрак побежал. Напролом, не разбирая дороги, к виднеющимся вдали домам. Если бы спросили, откуда знает, в какую сторону бежать, не сумел бы ответить. Как не сумел бы сказать, что ему помогает ориентироваться.

Мрак начал ходить по лесным тропинкам раньше, чем научился говорить. Лес с самого рождения стал частью жизни, он чувствовал себя в нём так же, как отец или Джек среди бетонных развалин. И если в их детстве эпоха «до того как все случилось» казалась ушедшей недавно, о ней живо напоминали многоэтажные здания, линии электропередач, светофоры, дорожные ограждения и ржавые остовы автомобилей, то по мере того, как взрослел Мрак, остатки уходящей цивилизации всё увереннее захватывал лес.

Асфальт взламывали побеги молодых деревьев. Пустынные улицы городов и поселков заметало пылью, заносило снегом и заливало дождями. Сквозь щели в дорожных покрытиях, в стенах, крышах, фундаментах домов пробивались трава и бурьян. Столбы и провода оплетали вьющиеся растения. В провалах крыш вили гнёзда птицы, на газонах бывших парков и скверов лакомились желудями кабаны. Природе понадобились меньше сорока лет, чтобы вернуть себе то, что человек завоёвывал веками. «До того как всё случилось» стиралось с лица земли стремительно и неумолимо. «Лесом» в посёлках Цепи привыкли называть то, что начиналось за воротами. Сразу после того, как заканчивался посёлок, в свои права вступал лес. И Мрак в