Герой Кандагара - Михаил Троян

− А что, больше случаев не было? – Седой стал терять ко мне интерес. Его взгляд потерял фокус.

− Нет, больше ни одного.

Он встал и вышел в коридор. У меня уже отлегло от души. Хотя… расслабляться можно будет, когда я выйду отсюда за ворота.

Через пару минут седой открыл двери настежь. Взглянул пристально:

− На выход… он мотнул головой.

Когда я вышел в коридор, седой добавил:

− Телефон мы твой знаем. Если позвоним, должен будешь явиться. Возможно, тебя обследуют.

Я как можно беспечнее махнул рукой.

− А толку? Только время терять!

− Костя! Выпусти товарища! – громко сказал он в вестибюль.

И так я беспрепятственно, почти не веря своему счастью, вышел из этой страшной конторы. Когда страж в спортивке с каменным лицом щёлкнул замком боковой калитки за моей спиной, я замер на секунду, а потом всей грудью, до боли в лёгких, вдохнул воздух. Он был не просто свежим, а живой и тёплый, подогретый ласковым почти майским солнцем, пахнущий свободой.

Весна… Всё вокруг дышало, шелестело. Жаль, что акация будет цвести только через пару недель. Но скоро люди буду вдыхать аромат её медовых цветов.

На душе неописуемый прилив радости, лёгкости, будто с плеч свалилась бетонная плита.

Глава 15

Хотелось дышать этим воздухом глубже и глубже, пить его. С утра я не курил. Начал новую жизнь. Первое правило моей личной дисциплины: закуривать первую сигарету только после завтрака. Вот я так решил сегодня, а товарищи из конторы подзадержали меня, и время без табака волшебным образом растянулось. Но я сейчас не кинусь сразу хватать сигарету, как приду домой. У меня есть установка: закурю только после того, как поем. Это первый шаг к обузданию никотинового прожоры, который сидит в каждом курильщике.

Хотелось растянуть и этот момент, этот сладкий, чистый восторг в груди. Потому что после первой же затяжки всё это очарование растворится, забитое едким дымом.

Я чувствовал себя сейчас точь-в-точь как герой из комедии Не может быть. Тот чиновник, которого вызвали в прокуратуру. Он уже мысленно сидел в лагере, собрал нехитрые пожитки туда. А оказалось, он всего лишь вызван как свидетель. Правда, за время его ожидания брат успел распродать всё его имущество. Моё-то имущество пока цело, даже дверь. И эта мысль заставляла улыбаться.

Мимо шли прохожие, каждый в своём мире. Хмурая женщина лет пятидесяти тащила две авоськи с картошкой, её лицо было недовольно от натуги. Двое подростков хихикали на ходу, один из них рассказывал историю о приключениях на стройке. Молодой отец старательно вёл по тротуару трёхколёсный велосипед, на котором сияла русоволосая девочка с розовыми бантами.

Я не спеша дошёл до парка. Там стояли могучие каштаны, тоже пока не цвели. Но с акацией по красоте и запаху им не сравниться.

Присел на свободную лавочку, вдохнул воздух, густо напоённый ароматами земли, травы. Наблюдал за людьми: студентка с конспектами, старичок с палочкой, женщина в спешке догоняющая уходящий автобус… Все они были погружены в свой быт, в свои заботы, и от этого моё нынешнее безмятежное сидение казалось ещё ценнее.

Всё было хорошо… Но где-то в этом парке, совсем недалеко, лежали в траве выброшенные вчера часы. Немой, но красноречивый свидетель всех вчерашних проблем. Пусть лежат. Кто-то найдёт и порадуется.

После этой прогулки я вернулся домой. Позавтракал разогретым супом, выпил крепкого чая со сгущёнкой, глядя в окно на беззаботный двор. Потом вышел на балкон, облокотился о деревянные перила.

Солнце пригревало уже по-настоящему, но прятало нашу восточную сторону в тень.

На подоконнике лежит пачка Примы и зажигалка. Я достал сигарету, щёлкнул зажигалкой, вдохнул горьковатый дым первой за сегодня затяжки. Восторг свободы чуть померк, зато вернулось знакомое, спокойное ощущение обычного дня. Первого дня борьбы с никотиновым прожорой, остальное время которого я пока буду курить, но стараться отложить очередную сигарету при возможности на потом. Но сильно пережимать не стоит, а то пойдёт обратный эффект − большее желание курить.

Когда я бросал первый раз, получилось легко. Продавались сигареты Бонд, и они были разной крепости. Были даже красные семёрка, но я мог их курить, только если не было других.

В основном курил синие − пятёрку. Перешёл на тройку. Сначала не хватало дозы. И я бывало, курил больше. Но у меня была установка: придерживаться пачки в сутки. Через время уже курил, как обычно. То же произошло, когда спрыгнул на единицу.

После единицы бросить было легко, зависимость больше шла психологическая. Но тут есть одна закавыка. Человек курит, потому что он хочет курить, ему это нравится. А человек не делает что-либо, если оно ему не нравится.

Как-то странно всё происходит. Ещё совсем недавно я ничего не знал в этом времени. Да и не только времени…

Я точно знаю, что Чернобыль рванул в первой половине ночи. А тут меня поставили перед фактом, что здесь он взорвался вечером. Значит, это параллельная реальность. И тут события могут отличаться.

И поехав на посёлок, я там не встречу скорее всего ни себя маленького, ни матери с давно покинувшим этот мир отцом.

Но в этом водовороте событий я совсем упустил из виду, что со мной происходят странные трансформации. Этот рывок от опера в костюме. Он никак не укладывался в мою бывшую манеру поведения.

Самое странное, что меньше чем за двое суток прошлая жизнь отдалилась. Она стала будто далёкими воспоминаниями.

В принципе, что значит прожитая нами жизнь? Мы не помним каждый миг. Из детства наиболее впечатляющие события. Из школы также. Чем больше проходит времени, тем больше падают в пропасть беспамятства моменты жизни.

И получается, что прожитая жизнь оказалась короткой. И сейчас стала местами забываться как сон. Особенно после сегодняшнего пробуждения.

Зато в теперешней жизни я стал вспоминать всё больше и больше.

Может, оно так и должно быть. Поэтому задумавшись, я понял, что прожившему жизнь человеку не будет интересно жить так, как живут другие его молодые ровесники, если и у него будет тело молодое.

Разве интересно будет старику, который прожил семьдесят лет, ковыряться в песочнице или ходить в школу? Он скажет: ребят, то, что вы сейчас едите, из меня уже давно вышло. Он уже прошёл трепет первого секса, свадьбы. Первой драки, первого предательства и интриги. Он уже всё это видел.

Вот и я… Если по сути