Степи Эреду. Часть 2 - Archer

Это был океан! Синий, безмятежный, безграничный. Конечная точка, где река перестает быть рекой, но становится чем-то большим. Что Ему — вечному, с юности этого мира вбирающему в себя всю силу рек и поныне хранящему молекулы воды, впервые появившиеся в Эреду, что Ему какая-то там жалкая тварь, захватившая город?

— Помоги! Великий! — вслух произнес я, заваливаясь на колени, уже не в силах терпеть возникшую в голове боль.

Секунду я чувствовал на себе изучающий взгляд — тяжелый, пристальный. А после все пропало. Мое сознание мгновенно вернулось назад, но боли уже не было, а вместо этого появилась праведная ярость.

— Мы есть Единое! — выкрикнул я во все горло, поднимаясь с колен. — Я и ОН!

«Иди сюда, мерзкое отродье!».

Глава 22

— Ты был прав, друг мой, — говоривший едва шевелил губами. Его голос был тихим и дрожащим. — Я видел его… снова. Это был уже не человек, а тварь. Они все — твари, несущие скорую погибель Сопряжению Миров.

Говоривший разошелся кровавым кашлем и отвернул голову вбок, оставляя красные пятна на белоснежной наволочке. А его собеседник — Таммуз эт-Рив-Иштар — не сразу нашелся с ответом. Его разум до сих пор был угнетен внешним видом одного из сильнейших м'ер-Са'эри. Того, кто считался несокрушимым столпом мощи всех темных и дома Иштар в частности. А сейчас его обезображенное и покалеченное тело внушало только страх. Нет, не своим видом; Таммуз видел раны и похуже, а грядущими последствиями.

«Малые Дома начнут роптать», — лихорадочно соображал он. — «Они начнут искать выходы на А'тэри. Будут лебезить и договариваться с ними, чтобы сохранить свои никчемные жизни, когда Измененные начнут всеобщую войну».

Таммуз неприятно поморщился от собственных мыслей, но со стороны показалось, что его взору неприятен внешний вид лежащего перед ним искалеченного существа. Именно что существа, потому что от человека там остался только торс с головой — сплошь обожжённые, в некоторых местах до костей. Но самым страшным было то, что мир-камень Исцеления не справлялся. Вместо того чтобы начать регенерировать тело, он боролся за сохранение жизни владельца. Боролся с той дрянью, что завелась в крови Шамаша при атаке Извращенной Тьмой А'тэри — той самой, что когда-то оставила незаживающие уродливые ожоги на его лице. Но только эта Тьма уже была доведена до абсолюта, а потому стала более ядовитой и смертоносной.

А еще Таммуз не знал, как это лечится, как не знал и никто из сильнейших лекарей дома Иштар. Поганую тьму не удавалось вывести из тела Шамаша ни одним известным способом. Не помогали ни эликсиры, ни заклинания, ни приспособления техномагов. Был только один способ, но Таммуз каждый раз отвращенно морщился при его упоминании.

— Мы не А'тэри и уподобляться им не станем, — каждый раз говорил он, при этом всегда почему-то вспоминая того мальчишку. Он знал, что Шу способны исцелять все. Все, кроме душевных болезней. Половина из них прекратила существование именно из-за многовековой духовной усталости. Они ушли из жизни тихо и добровольно, а остальных убили. К счастью, у м'ер-Са'эри такая усталость наступала гораздо позже. Настолько позже, что срок жизни приближался к бесконечности.

— А что, тот мальчишка-Шу? — осторожно спросил Таммуз. Ему очень не хотелось беспокоить истощенное тело лишними расспросами, но именно эта тема была крайне важна. Услышанная из первых уст, она могла раскрыть неизвестные ранее детали.

— Он силен… — усталым шепотом произнёс Шамаш. — Но сломлен и безумен.

По докладам Уннары и Ашшура, который провел тщательное расследование произошедших во Дворце Набу событий, Таммуз знал, что маги Гирсы заманили Шу в ловушку и заковали в кандалы, подавляющие дар, и многочисленными пытками повредили молодой разум. А еще Уннара рассказала со слов наместника какого-то из городов Эреду, что парень прибыл из мира Истока, и Таммуз очень надеялся, что там еще остались Шу, и они достойно встретят вторгшихся в их мир А'тэри. Хотя шпионы докладывали, что дела у местных идут паршиво: они уступают территории и несут колоссальные потери.

Задумка с привлечением юного Шу на свою сторону таяла прямо на глазах. Полубезумный союзник, владеющий Арканой, может оказаться опаснее заклятого врага.

«Его нужно нейтрализовать!» — твердо решил номарх дома Иштар. — «Или стравить с А'тэри. Пусть поубивают друг друга».

В том, что мальчишка истинный Шу, сомнений уже не осталось, хотя до того, как услышать отчеты Уннары и Ашшура, Таммуз не верил, что все это время по Эреду бегает самый настоящий Са'эри дэ'ви.

«Стоит мобилизовать все силы на отлов мальчишки», — продолжал размышлять Таммуз. — «Он явил себя, и теперь А'тэри знают, что в Эреду находится живой Шу, и вероятно, слетятся в этот мир. В мой мир, между прочим, и терпеть присутствие Измененных на своей земле я не намерен».

* * *

Давление на разум полностью не исчезло, но сопротивляться ему стало намного легче. Сила Сфирот не шла ни в какое сравнение с безграничной мощью целого океана. Именно он принимал и рассеивал в своих водах большую часть ментального давления. Рассеивал без следа и без последствий, а я и близлежащая река выступали лишь проводниками.

Вернув контроль над телом, я перешел к активным действиям. Побежал. Вся доступная мне вода превратилась во внушительную волну, которая, набирая скорость, двинулась по достаточно широкой улице, сметая все на своем пути. Многочисленные завалы осыпавшихся зданий, одурманенные монстры, камни, грязь и трава — все разом смешалось, превратившись в огромный ком.

А потом я увидел его. Представлял всякое — и дракона, и демона, и что угодно, но не огромную гору окровавленной плоти с парой десятков зубастых пастей и, наверное, сотней глаз. Тварь заметила и меня. Огромное тело всколыхнулось и дернулось. Послышался скулящий речитатив сразу из нескольких глоток, а я почувствовал новый болезненный укол под черепом. На секунду дезориентировался, но быстро взял себя в руки. Океан во мне принял и рассеял и это воздействие. Но блокировать направленный звуковой удар, вырвавшийся из пасти, смотрящей в мою сторону, пришлось уже самому.

Удар был чудовищный, но та плотная мешанина, что недавно была волной, приняла его на себя. Ее разметало во все стороны, но свою задачу она выполнила.

Всю разлетевшуюся воду я остановил, призвал к себе и добавил к ней все, что успел насобирать. Следующий звуковой удар я встретил, подготовившись. Вода мгновенно перешла в лед, образовывая клин. Тряхнуло, но физика сделала свое дело. Звуковая волна была разрезана острием клина и