Ловушка для мисс Паркер - Александра Шервинская

будет просто «госпожа». Я в глубине души даже посочувствовала этому человеку, оказавшемуся в затруднительной ситуации из-за отсутствия точных инструкций, но так как своих проблем у меня было множество, то сопереживать долго не получилось.

Лакей распахнул перед нами двери, и мы со Слоутером и фамильярами оказались в достаточно симпатичных апартаментах. Из светлой просторной гостиной через открытые двери просматривались спальня, что-то типа гардеробной и ванная. Ну что же, по сравнению с убежищем, которое предоставил мне Алекс, это было просто шикарно, но я отдала бы всё, лишь бы оказаться от этой роскоши подальше. Желательно — на другом конце королевства, а ещё лучше — в соседнем государстве.

Герхард спрыгнул с рук Слоутера и принялся сосредоточенно обнюхивать двери, стены, пол и углы. Через какое-то время он устало запрыгнул на кресло и, вздохнув, сообщил:

— Сигналки всюду, Ванесса, плюс следящий артефакт вон в том углу. Звук не передаёт, только изображение.

— Кто бы удивился, — я тоже почувствовала, как разом навалилась усталость, и без сил опустилась на диван, поставив корзинку на пол. — Посмотришь потом в остальных комнатах, ладно? Присаживайся, Слоутер, в ногах, как говорится, правды нет.

— Благодарю, — отозвался он и устроился в удобном кресле напротив меня, — отдохнуть действительно не помешает.

Какое-то время мы сидели, глядя друг на друга, и молчали. У меня было слишком много вопросов, и я никак не могла решить, с какого именно стоит начать. В итоге определилась и повторила:

— Зачем ты это сделал?

— Что именно? — Слоутер прикрыл глаза, а я неожиданно заметила, каким уставшим он выглядит: у висков залегли серые тени, сильнее стали заметны морщинки возле глаз. Сейчас он выглядел старше своих тридцати с небольшим лет, если, конечно, ему действительно столько, и он не соврал в очередной раз.

— Зачем ты устранил выбранных королём кандидатов в мужья, хотя сам же меня отыскал и притащил во дворец?

— Не путай круглое с мягким, Ванесса, — неожиданно доброжелательно ответил Слоутер, — всё на самом деле очень просто. Найти того, на кого указал его величество, — это моя прямая обязанность, я не могу не выполнить приказ, понимаешь?

— Это я могу понять, — не могла не согласиться я, — у каждого своя работа. Я даже могу понять, почему ты прикинулся контролёром. Но зачем было угрожать мне, шантажировать безопасностью мальчишек, которые ничего дурного не сделали?

И тут я поняла, что Слоутер и не думал расслабляться, так как, стоило мне произнести последнюю фразу, как он резко поднял голову, и светлые глаза сверкнули.

— Ванесса, ты, как и большинство людей, видишь ситуацию исключительно со своей стороны. Тебе они помогли, но это совершенно не значит, что они — законопослушные и безобидные граждане, понимаешь? Подростковые банды есть в каждом мало-мальски крупном городке, а уж в таком, как Корделин, они обладают реальной властью.

— Ты что, хочешь сказать, что Алекс и его друзья — преступники?!

Моему возмущению не было предела, и я посмотрела на подозрительно молчащего Герхарда, который, к моему огромному изумлению, молча отвёл глаза.

— Ещё раз объясняю, — терпеливо проговорил Слоутер, — ты помогла отцу Алекса, буквально спасла его от смерти, и за это парень тебе чисто по-человечески признателен. В этой среде долг жизни — одно из немногих святых понятий. Но можешь мне поверить, если бы не это, ни один из них даже пальцем не шевельнул бы ради твоего спасения, как бы ты ни умоляла. Просто потому что им это не нужно, не интересно. В отличие от тебя я прекрасно знаю этот мир, Ванесса. Поэтому, если бы потребовалось, я легко нашёл бы повод упечь за решётку всю компанию лет на двадцать, никак не меньше.

— И почему же ты этого не сделал?

Я чувствовала, как мой мир, привычный, уютный, который я с такой любовью выстраивала последние несколько лет, трещит по швам, и тот, кто разрушал, вызывал желание если не убить его, то хотя бы выгнать. Но я не могла себе этого позволить, так как слишком много вопросов накопилось у меня к господину контролёру.

— Наверное, потому что у меня не было соответствующего приказа? — прищурился Слоутер. — На тот момент у меня было совершенно иное задание. К тому же…

— Что?

— Ты и так от меня не в восторге, зачем же мне настраивать тебя против себя ещё больше? А небольшой шантаж — это вообще не считается.

Услышав такой ответ, я даже слегка растерялась, так как понять, когда Слоутер говорит правду, а когда врёт, было совершенно невозможно.

— Этих людей… Ну, тех, которых его величество подобрал мне в качестве мужей, действительно устранил ты?

— Ну что ты такое говоришь, Ванесса? — он всплеснул руками. — Как бы я смог это сделать за столь короткое время? Да и зачем мне усложнять жизнь всем этим, вне всякого сомнения, замечательным людям? Уверен, каждый из них стал бы для тебя прекрасной партией!

Он говорил, но светлые глаза его смеялись, и я вдруг заметила, что невольно улыбаюсь ему в ответ. И вообще, как-то я расслабилась, словно и забыла, кому я обязана нынешним «счастьем».

— То есть ты здесь совершенно ни при чём? Правильно я тебя понимаю? — зачем-то переспросила я.

— Абсолютно! — Слоутер прижал руку к груди, но почему-то не к левой стороне, как все нормальные люди, а к правой. Впрочем, какое мне дело до странностей лорда Стивена Лаверли?

— Ванесса…

— Слушай, называй меня Викторией, так как имя Ванесса только для своих, я ведь тебе уже говорила, — демонстрируя чудеса последовательности, заявила я, сделав вид, что это вовсе не я только что откликалась на это имя.

— Нет уж, я буду звать тебя Ванессой, а ты можешь называть меня Слоутером, — сообщил он и добавил, — и вовсе это не дурацкое имя, а очень даже симпатичное. Это будет наш маленький секрет…

Тут Герхард, героически молчавший всё это время, закашлялся, пытаясь скрыть смех, но когда Слоутер сердито на него взглянул, лишь поднял лапы, словно сдаваясь в плен.

— Вечерний чай обычно в половине седьмого, — с явным трудом выковыривая себя из уютного кресла, сообщил Слоутер, — я зайду за тобой в шесть, хорошо?

— Хорошо, — почему-то согласилась я и, подумав, добавила, — и… спасибо, Слоутер…

— Не очень понимаю, за что, но всегда рад помочь, — он устало улыбнулся и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Я какое-то время посидела, пытаясь осмыслить события, несущиеся словно санки во время зимнего катания с горы. Хорошо бы в результате не сломать себе шею ни в прямом, ни в переносном значении. И пусть его величество пока ведёт себя более или менее