Три письма в Хокуто - Анни Юдзуль

Впрочем, один магазин, кажется, должен был их удивить.

Гоюмэ зашла в стеклянные двери последней. В помещении было прохладно; шумел новенький кондиционер, стояли при входе бамбуковые стойки. Сэнко остановилась возле нее и склонилась к ее уху:

– Думаешь, это тот же бамбук, который был в супе?

Гоюмэ пожала плечами.

– Кажется хорошей идеей поискать значение слова «ферментированный»… тут.

За прилавком книжного магазина «Канэато» стоял немолодой мужчина. Он приветливо улыбнулся вошедшим и поклонился. Девушки повторили его движения в точности. Он скользил по ним отсутствующим взглядом, будто рассматривая что-то за их спинами.

Магазинчик был крошечным. Одно неглубокое помещение, до потолка забитое книгами. Часть из них были еще довоенными; Бенни с чувством глубокого трепета дотронулась до корешка «Пузырей на воде». От нитей, держащих бумагу и побитый временем изогнутый картон, тянулся запах пылевых клещей. Воздух пронизывали тончайшие световые лучи, проникавшие снаружи через тонкие щели.

Сэнко и Гоюмэ, отстав от подруг, вытащили с полки огромный толковый словарь.

– Фу, это что же, гнилость?! И мы это ели?

– Должно быть, это пригодно в пищу. – Гоюмэ присела на корточки, тяжело балансируя с огромным томом на коленях, и перевернула страницу. – Это делают с чаем и водорослями. Много с чем. А натто[13] я, кажется, даже ела.

Сэнко нахмурилась. А после резко склонилась к Гоюмэ и втянула носом у ее уха.

– Вроде не умираешь.

– Смотри! – продолжила Гоюмэ, совершенно не обращая внимания на ее действия. – Соевый соус и паста для мисо-супа тоже ферментированные!

– Нет… – сокрушенно протянула Сэнко. – Только не соевый соус…

Они немного помолчали в память о падших в борьбе с ферментацией бобах.

Хёураки завороженно двигалась вдоль книжных стопок. Сотня зарылась где-то в кипе старых журналов, переругиваясь с Бенни на предмет моды. Обе ничего в ней не понимали – это все, что Хёураки смогла различить. Ее гораздо сильнее манили к себе великаны, в которые собрались книги, целые горы разноцветной бумаги. Что-то пряталось между тонких, точно острие ножей, листов, что-то невидимое, неуловимое, нездешнее.

Она остановилась у дальних полок. Среди корешков, глядящих на нее однообразными до мигания в глазах иероглифами, располагалась чудесная картинка; она не смотрела, но дышала, Хёураки ощущала это невесомое прикосновение к своей коже будто легкий ветерок. Тот самый первый зрительный контакт с книгой, которая тебя выбрала.

Она взяла ее в руки – это было новехонькое издание «Мастера игры в го». Охристыми росчерками отображалась на обложке тихая, смиренная земля; взрывались синим и белым волны над ней. Блики солнца, игравшие на них, казались своими, скользившими по ее собственной коже. Она протянула руки и дотронулась до острого уголка пальцами. Книга будто сама собой опустилась в руки: ее тяжесть приятно нагружала запястья.

– Эту я не читала, – заметила Бенни, появившаяся за ее плечом. Хёураки подняла книгу перед собой, как картину, а после скосила на Бенни жалобный взгляд.

– Что? – Бенни вскинула брови.

– У меня нет денег.

Бенни охнула. А ведь и правда! Откуда цукумогами вообще могут взять деньги? Они ведь… не работают, да? Она обернулась на Сотню: та склонилась над присевшими Сэнко и Гоюмэ и что-то терпеливо объясняла. Она ведь… оплатила платье Хёураки, верно? Бенни взяла книгу из рук Хёураки и уверенно потопала к прилавку. В ней огнем горела решимость посоревноваться в тратах.

Она захватила еще пару книг – которые Хёураки стоило бы прочитать.

Пронзительные ангельские глаза продавца уперлись взглядом в Бенни. Она ощутила, будто по ее лицу мазнула мягким крылом птица. Продавец взял в руки книгу и разложил на прилавке немного крепкой коричневой бумаги.

– Для вас могу порекомендовать… – Он склонился к прилавку и вытащил из-под него потертую бледную книжку с загнутыми, как у крыши пагоды, уголками. Это был перевод европейской книги сказок: она была тонкой, длинной, и на обложке у нее красовался схематичный рисунок девчонки верхом на козле. Бенни бросило в дрожь. Она хорошо знала эту сказку: «Рваный чепчик». О девочке, родившейся из уродливого цветка. Бенни прикусила губу и протянула к книге руку.

– Благодарю. Дамы, вы выбрали, что хотели?

Когда Бенни вышла из магазина, позабыв о всякой осторожности, ее встретил перелив фар: вдалеке, устроившись между держащих провода столбов, притаился темно-синий автомобиль. Бенни остановилась в дверях, перегородив остальным ход.

– Постойте здесь. Я отведу их за поворот.

– Ты вернешься? – Сотня осторожно высунула голову.

– Не знаю. Куда вы теперь?

Сотня пожала плечами. Бенни нахмурилась, торопливо соображая. Сэнко привалилась к дверному косяку.

– Я могу увезти вас.

– Точно! – воскликнула Бенни. Она едва не подскочила на месте, но быстро взяла себя в руки и принялась показательно возиться в пакете. – У северо-западной границы города, за больницей, есть площадка. Там гоняются на машинах. Я приеду туда через полчаса.

О, Сэнко это понравилось. Бенни двинулась вдоль батареи крошечных магазинчиков по узкому тротуару, неторопливо, будто гуляя. Дойдя до поворота, она потеряла автомобиль из виду, но еще некоторое время брела нога за ногу. Блеск, которым дышал асфальт далеко впереди, исчезал, стоило ей приблизиться. Так было всегда: так было и в ее родной Франции.

Бенни свернула в проулок и пробежала его насквозь. Она вынырнула у пожарного гидранта через три квартала и прыгнула в первое попавшееся такси.

– Знаете, где тут гоночный круг?

– Я один из тамошних чемпионов, если спросите, – улыбнулся худой мужчина за рулем. – Довезу за пять тысяч.

Бенни выругалась на французском, но передала деньги. В этой стране наемные машины стоили непомерно дорого – вот уж к чему было сложно привыкнуть.

– Только быстрее, ладно?

Водитель не стал задавать вопросов. Бенни захлопнула дверцу автомобиля, когда тот припарковался у широких ворот за полосой леса. Ее отгораживал пружинистый металлический забор. Пара табличек приглашала испытать на себе пьянящую силу высокой скорости (строго до девяти вечера). Бенни огляделась и, накинув на голову капюшон, торопливо сбежала по съезду.

Остальные уже были внутри. Кто бы сомневался. Сотня переговаривалась с учтивым господином под навесом; Сэнко ощупывала, чуть не облизывая, припаркованные гоночные автомобили. Они были лишены поворотников, а еще очень занижены. «Изменен центр тяжести», – подумала Бенни. Гоюмэ копошилась, присев у обочины. Приглядевшись, Бенни поняла, что та записывает что-то в крошечный клетчатый блокнот. Хёураки, сидя на водительском сиденье, беспощадно выкручивала руль. Так по-детски.

– Подскажите… – заговорила Бенни, едва поравнявшись с Сотней. – Есть у вас тут что-нибудь очень безопасное?

Господин улыбнулся.

– Забавно, но ваша подруга спросила меня о том же. Дайте мне пару минут, я закончу оформление и покажу вам картинг.

– О. – Бенни вскинула брови. Только сейчас она заметила большой крытый