Ло. Подарок для принцессы - Лолита Моро

— Согласен, — толстяк кивнул опять, стал рассуждать вслух и раскладывать по полкам.

Макс присел на подлокотник моего кресла, забрал чашку из рук и спокойно продолжил беседовать с умником-аналитиком, отпивая горяченный чай мелкими глотками. Мне страшно хотелось прижаться щекой к его плечу, а лучше к пальцам, спокойно лежащим на спинке кресла слева от меня.

— Хабиб, Хабиб, — приговаривая себе под нос, Изя сунул в рот уголок полотенца и пошел к столу, заваленному, как положено, чем ни попадя. Стал рыться в пестрой куче, сбрасывая ненужное прямо на пол.

— Значит, ты веришь, что я поступил нечестно по отношению к тебе? — проговорил Макс.

— Я не знаю, — промямлила я.

— Разве я обманщик? Хотя бы раз сказал тебе неправду? — голос его сиятельства сделался предсказуемо ледяным.

— Нет, — я окончательно затихла. Разглядывала пятна неясного вида на паркете.

— Тогда, Неназываемый тебя забери! Почему ты мне не веришь!

Барон резко встал, грохнул антикварным фарфором об стол. Ложечка высоко подпрыгнула и улетела на пол, жалобно звеня.

— Веришь-не-веришь, устроили тут ромашку! — проворчал Кацман, усаживаясь обратно в кресло, — я же просил, Кей, не менять тему. Разбираться между собой вы будете потом.

— Хорошо. Тогда просто объясни мне, Герш! — хозяин планеты не желал отступать, вязкий, как ягдтерьер на заднице у дикой свиньи, — почему Ло пришла сначала к тебе?

— Ло, ответь, иначе мы не сдвинемся с места, — велел жирный командующий советом. Держал старый бумажный том под мышкой.

— Потому, что я никуда не хотела идти! Я спать хотела лечь! Но чертово помело прилетело в лоб! И! Изя выкладывай быстрее, что ты там нарыл. Я ухожу, я устала, — я забралась в кресло с ногами и закуталась в плед, противореча сама себе.

Кацман кивнул в сотый раз и развернул книгу в середине. На первый взгляд, это было иллюстрированное приложение к Последнему печатному изданию Большой Энциклопедии Великой Империи. Основательно засмотренное и замызганное. Толстый доморощенный аналитик просто обожал завтракать-обедать-ужинать на таких вещах.

— Вот, — он ткнул гордо пальцем.

На развороте пестрел натюрморт в стиле больших и малых голландцев. Я пригляделась. Резня. Кровавая баня. Один край стола заколол насмерть холодным оружием противоположный. Над ними уже рыдали приглашенные вдовы и уцелевшие родственники. Я в недоуменном ужасе сверилась с жанром. Действительно фотография реальных событий. Точная дата и имя фотографа. Попытка дворцового переворота двадцатилетней давности? О нет! Всего лишь празднование юбилея номерного принца.

— Поясни, — опередил меня Максим.

— Так. Это очередное покушение на наследника Великого Хана. Преданные защитники и грязные собаки-предатели. Бла-бла-бла. В самой гуще битвы оказался маленький Хабибула. Только он один смог уничтожить своим кинжалом больше девяти врагов, — прочитал Кацман, — на фото запечатлен в нижнем ряду четвертым справа. Ло, мне всегда интересно было узнать больше девяти врагов — это десять? Девять с половиной?

Я машинально взяла Макса за руку. Разглядывать в подробностях пресловутую картинку мне не хотелось.

— Ему тут лет восемь-девять, — ответил на невысказанный мой вопрос барон, — Ло, посмотри, похож?

— Похож, — эхом ответила я, мельком глянув на изображение.

Ткнулась лбом в плечо мужчины.

— Ну вот еще один красавчик, способный резать людей в порыве чувств, обнаружился, — проговорил хозяин дома, поглядел на замученное полотенце в своих руках удивленно. Поморщился и отбросил далеко в угол, словно оно в чем-то провинилось. Вздохнул: — знаете, друзья, мне нравится формулировка «преступления страсти». А вам?

Я обреченно согласилась.

— Это еще один аргумент в пользу Эспо. Свои порывы страсти он обычно оформляет по-другому. Цветами, конфетами, поездками к морю в красивой машине. И не воспринимает женские отказы, как катастрофы несовместимые с жизнью. Вот поэтому мы, — тут Изя глянул на Макса, тот подтвердил, — считаем, что ни колоть девок кинжалом в приступе чувств, ни тем более инсценировать подобное грязное и вонючее безобразие, не важно для каких целей, советник Эспозито не будет. Не его стиль. Отсутствие алиби — это ерунда! Месть, как мотив? Притянуто за уши. Тут надо проверять и проверять, как следует. Но! Сам расследователь, господин Хабиб, очень даже потенциален на роль палача и мстителя. Весьма вероятно, что мы пока не видим мотива, а возможностей и способностей у чиновника хоть отбавляй. Не понятно, зачем он тебя втягивает в свои дела, Ло. В консульство желает просочиться? Зачем? Знает про кинжал? Или простенько клинья подбивает?

Мужики уставились на меня с одинаковой пытливостью. Я отвернулась.

— Я теперь уже ничего не знаю и не понимаю. Восьмилетний пацан зарезал почти девять человек…

— Почему ты так расстроилась, девочка моя? — барон обнял меня, положил на плечи тяжелую руку, — разве ты сентиментальна?

— Скажи мне, Кей-Мерер, — я подозрительно громко шмыгнула носом, — когда я хоть немного начну разбираться в людях? Когда?

— Он тебе нравился? — его рука непроизвольно сжала мое плечо крепче.

— Я ему доверяла, — вздохнула я, — Хабиб — последний, на кого я могла бы подумать.

Пошла к черной лестнице, вела барона за руку за собой. Я хотела в свою спальню и в свою кровать.

— А я? — Макс остановился, глядел светлыми глазами непонятно.

— Когда ты в моем присутствии зарежешь хотя бы жареную курицу, Кей-Мерер, я сразу начну тебя подозревать, а пока извини, — я невесело засмеялась.

Дурацкая шутка. Барон — не трус и горячем деле ему бывать доводилось.

Я устала.

— Значит, я вне любых подозрений? — он полез обниматься.

— Что касается убийств — да. А про адюльтеры речи не было…

Я устала страшно.

— Давай-ка я тебя отнесу, а то еще повернешь не в ту дверь, — усмехнулся барон, подхватывая меня на руки, — бегай за тобой потом…

Я подчинилась. Как я соскучилась! Мммммм…

— Эй, вы двое! — крикнул нам в след Изя, — про помело подумать не хотите

— Что там еще? — недовольно проговорил мне в волосы Максим. Не обернулся.

— Да ну его, — я не хотела больше думать. Сколько можно!

Глава 18

Старые и новые счеты

Я проснулась в полной тишине. Сквозь тёмно-зелёные занавеси пробивалось настойчивое солнце. Чертило тонкими острыми лучами загадочные профили на желтом дереве пола. Я повернулась на бок. Вместо возлюбленного барона я уткнулась носом в шелковый гобелен. Ширина моего спального места едва достигала пары локтей. И тишина.

— Неназываемый, — произнесла я вслух. Села.

Что за ерунда? Когда я успела сбежать сюда снова от душки барона И для Изи у меня остались вопросы. Что за суета со мной? Суд над Иваном состоится только завтра, и то, если Великий Кади соизволит.

У тахты, а по-другому ложе мое именовать не