Сестра грифонам - Джен Уильямс

Краем глаза Каэто уловил быстрый сигнал Белизы и, подняв глаза, увидел человека, который шел прямо к его столу. Незнакомец был худощав и жилист, ростом чуть ниже Каэто, с гладким, совсем не татуированным лицом и живыми, блестящими глазами. Свободную шелковую безрукавку, заправленную в серые штаны, украшали тонкие полоски чего-то похожего на цветное стекло; Каэто не сразу понял, что это не стекло, а крошечные кусочки жучиных надкрыльев. На ремне у человека висел короткий меч. Судя по его потертой рукояти, оружие часто бывало в деле.

Человек остановился у стола и криво усмехнулся. Каэто вежливо поклонился, но сам левой рукой уже тянул из-за пояса кинжал.

– Прекрасно выглядите, господин. – Язык Хураки совсем немного отличался от общеимперского, а для Каэто, который полжизни служил посланником в самых глухих уголках Эноны и был знаком с разными диалектами, понимать его и вовсе не составляло труда. – Разрешите угостить вас выпивкой?

– Я жду друга, – ответил Каэто.

Он знал, что Белиза внимательно наблюдает за ними с другого конца таверны.

Незнакомец ничуть не смутился. Он сел за стол напротив Каэто и вальяжно откинулся на спинку скамьи, положив на нее руку.

– Вы знаете, как здесь все устроено, господин? Берете свободного жука, который ползет мимо, пишете свой заказ на клочке бумаги, кладете ему в корзину, и он чешет с ним в бар. Вы ведь не из Хураки, я угадал?

– Я здесь проездом с женой и дочерью, – ответил ему Каэто. – Задержался, чтобы встретиться со старым другом. Сами мы с запада, путешествуем по частному делу.

– Вот как? – Незнакомец наклонился к столу и тихо добавил: – Кинжал, да? Значит, так принято угощать друзей в тавернах там, откуда вы родом? – И он подмигнул.

Каэто медленно выпрямился и откинулся на спинку. Свободной рукой он передал короткое сообщение Белизе, а сам тепло улыбнулся незнакомцу.

– Мы знакомы?

– Вряд ли. Я никогда не выезжал за пределы Хураки.

Белиза тенью возникла за плечом развязного незнакомца, и Каэто с удовлетворением увидел, как тот окаменел. Правда, непринужденная улыбка не покинула его лица, только глаза слегка сузились.

– Снова кинжал. Ох и любите вы ножички, а, господин?

– Это одна из любимых игрушек моей дочери. Не двигайся, друг мой.

Вокруг них оживленно шумела таверна.

Незнакомец поднял руки:

– Вы ждете здесь проводника, господин. И этот проводник – я. Простите меня за неуместную шутку, но вы сидели с таким серьезным видом, что я не удержался и решил вас разыграть.

– Ты проводник? Мне описали тебя совсем иначе.

Человек, назвавшийся проводником, пожал плечами.

– Я хотел рассмотреть вас поближе. Вы бы удивились, узнав, какое количество проезжающих в наши дни нанимают проводника, а потом грабят его, едва выехав с ним из города. Эта игра требует осторожности, вот как. Мое имя Риз. Я буду рад отвести вас… туда, куда вам нужно.

Каэто не отвечал, внимательно разглядывая этого Риза. Тот спокойно смотрел ему в глаза и вообще выглядел удивительно безмятежным для человека, к пояснице которого где-то в районе почки приставлен короткий, но смертоносный кинжал. Кожа у Риза была медно-красная, блестящая, как почти у всех хураканцев, а волосы, глянцевые, черные, как вороново крыло, доходили до подбородка. На мизинце левой руки сверкало гладкое золотое кольцо.

– Отец, – тихо спросила Белиза, – мне ударить его?

Каэто слегка покачал головой, и Белиза расслабилась. Риз повернулся и взглянул куда-то ей под ноги.

– И ты расслабься, Ри-Ри.

Взгляд Белизы тоже метнулся вниз, и она вдруг отскочила, вытаращив глаза. Каэто нечасто доводилось видеть, чтобы его подопечную застали врасплох. Риз похлопал себя по коленям, и огромный жук размером с кошку взлетел с земли и устроился на них. Его темно-красный панцирь в черную крапинку блестел так, словно его регулярно полировали, а длинные усы подрагивали, пока создание топталось на коленях у человека.

– Это огненный жук. Его укус особенно неприятен. Да, моя радость? – Риз нежно погладил жука по панцирю. – Вызывает что-то вроде кратковременного паралича, который проходит очень мучительно. Ничего хорошего, если честно, – ухмыльнулся Риз. И добавил, глядя на Белизу: – А еще Ри-Ри не любит маленьких девочек, которые пытаются ткнуть в меня ножом. Очень не любит.

Каэто видел, что Белиза с удовольствием воткнула бы в него сейчас кинжал.

– Хватит баловства. Если ты проводник, то давай о деле. Когда мы можем выйти из города?

Риз побарабанил пальцами по столу.

– Пойдем отсюда, поговорим в другом месте.

* * *

На улице Риз сразу свернул на узкую тропинку, отходящую от главной дороги и скрывающуюся в густом лесу, где, казалось, кто-то подстерегал их на каждом углу. По крайней мере, Каэто сразу почувствовал себя неуютно – если и было на свете отличное место для засады, то именно здесь. Но Риз спокойно шел по тропинке, петлявшей между высокими деревьями, которая наконец привела их к небольшой постройке из красновато-коричневого кирпича. Кирпичи были такими старыми, что выкрошились по углам, будто обгрызенные; казалось, они и вместе-то держатся только благодаря мощным лианам, оплетавшим стены со всех сторон. При этом постройка гудела и звенела благодаря множеству насекомых, в основном жуков-пожарников не крупнее тех, которых Каэто видел в таверне. Они ползали по лианам, а древняя кирпичная кладка кишела ими так, что казалась живой. Посреди фасада, частично скрытый большими глянцевыми листьями, виднелся узкий открытый вход, а в нем стояли три фигурки из глины, раскрашенные в яркие цвета.

Риз сорвал с лианы крупный розовый цветок и положил его перед ними. Вокруг никого не было, по крайней мере, Каэто не видел ни души.

– Можем поговорить здесь, – сказал Риз.

Лукавое веселье, которым прежде звенел его голос, исчезло, а когда он повернулся к своим спутникам, те увидели, что и самодовольная улыбка тоже погасла.

– Ты хочешь отправиться в очень опасное место, друг мой, – продолжал проводник, перейдя на «ты». – Опасность там будет грозить не только тебе, но и твоему ребенку. А также мне.

– Мы это прекрасно понимаем, – ответил Каэто.

– Ты знаешь, что это? – Риз кивнул на глиняные фигурки.

– Домашние боги, – сказал Каэто. – В Хураки их множество.

Риз кивнул:

– Значит, ты кое-что почитал перед тем, как отправиться в путь. Это хорошо. Тогда ты знаешь, что в Хураки смертей не меньше, чем богов, а их на каждом углу по пять-шесть. – Улыбка вернулась на лицо проводника, хотя и не такая нахальная, как раньше, но, по мнению Каэто, гораздо более уместная. – Огненные жуки, дикие кошки, ядовитые змеи, голодные пауки, речные ящеры, внезапные наводнения, оползни и землетрясения подстерегают здесь путника на каждом шагу.