Пузырь - Чо Ыно

мог вызвать Сонхо. Все еще в замешательстве, он послушно пошел за сотрудниками. Я же дождалась, пока шаги стихнут, осторожно вышла и вернулась в свою комнату. Но едва я повернула дверную ручку, как изнутри выскочил Хангёль.

– Ты меня напугал!

– Ты…

Хангёль осекся на полуслове, втянул меня в комнату и прижал к стене.

– Где ты была?

Меня охватила такая ярость, что я отбросила его руку.

– А тебе какое дело? Я сказала тебе убираться.

– Выслушай меня. – Голос Хангёля стал низким, серьезным.

Я нахмурилась, не понимая, в чем дело. В этот момент снова щелкнула дверная ручка. Я в ужасе расширила глаза и уставилась на дверь.

– Номер ноль семь, вы на месте?

За дверью стоял тот же самый человек, что приходил за Сонхо. Значит, собирали всех кандидатов. В голове тут же вспыхнула мысль: «Они ищут того, кто проник в запретную зону!»

Жар страха расползался по телу. Я ничего не могла сделать, только притворяться. Хангёль что‐то шепнул мне, пытаясь помочь, – наверняка он понимал больше, чем я. Мне отчаянно хотелось с ним поговорить.

– Не могли бы вы пройти с нами?

– Зачем?.. Почему?.. – Слова застряли у меня в горле.

Один из сотрудников скривил губы, глядя на меня сверху вниз. Презрение. Для них реакция вроде моей явно была привычной.

Я вдруг поняла, что Сонхо тоже растерялся, когда за ним пришли. Остальные, наверное, и вовсе ничего не понимали. Им требовалось время, чтобы собраться. Время, чтобы оценщик успел успокоить своего кандидата. Я отвела взгляд, глубоко вдохнула и отступила на шаг. Там стоял Хангёль, и сотрудники жестом предложили ему помочь мне.

Он наклонился, взял меня за плечи и заглянул в глаза, так что наши лица оказались закрыты от чужого взгляда. И так, чтобы все слышали, спросил:

– Все хорошо? Что‐то произошло?

– Это у тебя что‐то произошло, – напряженно шепнула я.

Хангёль слегка улыбнулся и так же тихо прошептал:

– У тебя моя вещь?

Я кивком показала на карман. Там лежал его значок, который я все это время носила при себе. Но если я достану его сейчас, сотрудники заметят! Хангёль понял без слов. Со стороны выглядело, словно он пытается меня успокоить. Он же едва заметно отсчитал: «Раз, два, три». Я уловила намек и, когда он сдвинулся, прикрыв мою руку, вытащила значок и незаметно уронила за спину. Теперь настала моя очередь отвлекать внимание.

– Куда мы идем? – Я шагнула вперед.

Взгляды мгновенно прилипли ко мне. Тем временем Хангёль незаметно наступил на значок и встал у меня за спиной.

– Пока не могу сказать. Пройдемте.

– А можно, я пойду с ними? – вдруг спросил Хангёль.

Я вздрогнула. Если он уберет ногу, значок обнаружат. Но его голос звучал так, будто он действительно хочет пойти. Получилось чересчур настойчиво, и сотрудники уловили это.

– Нет. Оценщики подождут. Спу́ститесь, как вызовут, – резко оборвал один из них.

Хангёль кивнул, будто смирившись. Умно. Если бы он молча стоял, как камень, подозрения только усилились бы.

Когда меня уводили, я успела в последний раз взглянуть сквозь закрывающуюся дверь. Хангёль носком ботинка подцепил значок и закатил его под диван.

«Ты знал все это время», – мелькнула мысль.

Я почти видела его нарочито невинное лицо.

– Пожалуйста, подождите здесь.

Сотрудник проводил меня в зал, где проходили занятия и где на четвертой неделе мы слушали лекции Хангёля. Я оказалась последней. Рядом с Сонхо оставалось свободное место. Остальные переговаривались, сосредоточенные и напряженные.

– Вот именно, я не понимаю, зачем нас вели по одному. Можно было связаться с оценщиками и собрать всех сразу, как раньше. Значит, была причина? – сказала № 60.

Я знала, что она права. Сотрудники хотели убедиться, что никто не спрятал пропуск, испугавшись неожиданного вызова. Я молчала и старалась быть незаметной.

Как я и ожидала, дверь закрылась за мной. В зал вошли двое сотрудников и старший оценщик – 51‐й, – за ними подтянулись остальные. Их лица были непроницаемы. Хангёль тоже сохранял холодную сдержанность, но, встретившись со мной взглядом, едва заметно подмигнул. Жест был почти незаметным, но для меня это значило больше, чем кто‐либо мог вообразить. Он словно говорил: «Я пришел. Все хорошо. Я рядом».

Внутри отчего‐то стало тепло, слегка защемило сердце. Внезапно захотелось расплакаться. Я злилась на него, и все равно он был мне дорог. Но я все‐таки зажмурилась: пока я не была готова его простить.

– Здравствуйте.

Голос 51‐го прозвучал настолько сурово, что обычное приветствие показалось приговором. В напряженной тишине кто‐то тихо всхлипнул. Я натянула на лицо испуганную маску.

– Поступило сообщение, что один из кандидатов в жители самовольно покидал территорию института. Сейчас сотрудники службы безопасности проверят каждого из вас. Ваши комнаты также обыщут.

Я выдохнула. Подозрения не должны пасть на меня. Теперь, когда у меня нет значка, и подавно.

– Для проверки мы используем этот прибор. Он безопасен, можете не волноваться, – продолжил 51‐й.

Охранник поднял устройство, похожее на жезл. Я узнала сканер для пропусков.

– Все поднимитесь.

Я встала нарочито спокойно. В аудитории поднялось шуршание. Только Сонхо остался сидеть, белый, как полотно. Я уже хотела подтолкнуть его, но вдруг поняла: что, если он взял не один значок? Если он припрятал еще?

Сонхо все‐таки поднялся, но с трудом. Его лицо было мертвенно-бледным, и я невольно посмотрела на Хангёля.

Его взгляд метнулся от меня к 95‐му, губы сжались. Он все понял. Мне хотелось броситься к нему, умолять о помощи, но Хангёль отвернулся, уставился в угол и едва заметно покачал головой, как бы требуя, чтобы я не предпринимала ничего сама.

Пальцы задрожали, я сцепила руки в замок.

Из-за меня…

Чем я лучше жителей Окраины, которые обманывали Центр? Я такая же, я пользуюсь чужой добротой, прячу тайны, лгу.

Охранник поднес сканер к Сонхо.

Это я прошла!

Губы дрогнули. Хангёль резко покачал головой: молчи.

Но слова рвались наружу.

Это я прошла…

Сонхо застыл, не отрывая глаз от прибора.

Пиииип!

Писк прибора рассек тишину. Все в аудитории оцепенели. Я не закричала, лишь крепко зажмурилась.

Глава 22

Сонхо с охранниками исчез за дверью. Я так и не смогла еще раз взглянуть на него.

Оценщик № 51, державшийся как главный, прочистил горло. Он явно был потрясен, но, немного придя в себя, заговорил:

– Завтра состоится допрос девяносто пятого, чтобы прояснить ситуацию. Каждого из вас я также приглашу к себе в кабинет. Прошу завтра оставаться у себя в ожидании вызова и не покидать общежитие без необходимости. Вы