Тихий шаг - Надя Сова

им требовалась срочная психологическая, нет, психиатрическая помощь. Алина погрузилась в себя и мало реагировала на разговоры. Захару не хотелось ее пугать, но было бы гораздо проще, если бы все видели то, что наблюдали они с Соней. Описывать словами – это одно, и совсем другое – пережить самому.

– А в целом, – Лапа посмотрела на бариста, – вернуться в деревню за вещами – дельная мысль. Только на чем?

– На «Ниве», – сказал Захар, а потом пояснил: – Соня нашла машину, на которой приехал Андрей-с-приветом. Не знаю, что за машина, но ездит как-то.

– Надеюсь, неворованная. – Галка поежилась.

– Я тоже считаю, что можно вернуться в деревню и забрать вещи, документы, – подал голос Наум. – Мы никуда без них билеты не купим, и уж лучше потратить полдня на катание туда-сюда, чем полмесяца на восстановление паспортов.

– Ты хоть раз восстанавливал документы? – будто между делом спросила его Галка.

– Нет.

– И я нет, и даже знать не хочу, сколько с этим будет мороки.

– Я туда не поеду. – Стася замотала головой.

– Поедут не все. – Алина вспомнила, что она планировала быть куратором выезда. – Стасе туда правда не надо. И я бы вас попросила с ней остаться. – Она повернулась к Науму и Галке.

– Я тоже туда не хочу, – сказала Соня. – Мне там делать нечего. Я лучше бы город посмотрела и за этими приглядела.

– «Эти» вообще-то рядом сидят! – возмутился Наум. – И зачем за нами приглядывать?

Соня устало покосилась на него, потом перевела взгляд на бариста. Тот отрешенно смотрел куда-то за окно кофейни.

– Опять разделяться? – неожиданно спросил Захар. – А можно без этого? Ничем хорошим это обычно не заканчивается, а считать трупы нам уже надоело, если честно.

– А что ты предлагаешь? – Соня следила за бариста и никак не могла понять, почему он буквально выключился из диалога.

Захар не ответил, тоже обратил внимание на странное поведение того, в ком, по идее, должна была прятаться Вика.

– Мне с вами надо, – вдруг выдала она своим голосом.

– Вот так? – Захар кивнул на чужое тело.

– Я уже говорила, что лично не путешествую, – сухо напомнила Вика. – Но с вами поеду.

Захар хотел что-то еще сказать, но передумал, спорить было бесполезно, зато появилась возможность попытать того, кто явно много знает и про сажу, и вообще про всю вакханалию, что происходит в последние часы.

Ехали молча. Алина села сзади и по пути то и дело хваталась за разряженный телефон. Захар видел, как ее беспокоит судьба Старха. Он сам втайне надеялся, что сможет узнать у оставшихся в деревне, куда Андрей-с-приветом мог потащить мастера. Погибший дядя Костя явно был в курсе, кто приходил и устроил весь этот микроапокалипсис. Самое сложное – разговорить этих упертых кошелок, которые так прочно застряли в своих правилах и устоях, что не хотели даже чуть-чуть изменить свое отношение к саже. Скольких бы жертв они тогда избежали. А знают ли они вообще о саже? Или это все для них просто нечеловеческие темные происки?

Возможно, потому, что дорога уже была им знакома, они доехали быстрее, чем ожидал Захар. Он не стал даже пытаться припарковать машину там, где ее в прошлый раз лихо спрятала Соня. Оставил на грунтовке, немного съехав колесами вбок.

Через лес тоже прошли быстро. Возле моста Захар остановился. Какие бы воспоминания теперь ни связывали его с этой деревней, тут было спокойно. Если бы сюда можно было приезжать в отпуск, оставив шумную Москву далеко за спиной, то он бы с радостью катался. Где-то в реке знакомая сущность плеснула по воде хвостом, анчутка встретил гостей.

Алина смотрела на дома на холме, пытаясь унять дрожь. Захар не придумал ничего лучше, чем просто взять ее за руку в знак поддержки. Лапа с благодарностью кивнула. Вика в теле бариста уже спокойно пересекла мост и ждала на той стороне.

– И почему ты все-таки не ходишь сама? – снова спросил Захар. – В чем прикол прятаться за чужими телами? Еще и оставлять после себя трупы.

– Я не оставляю после себя трупы, – возразила Вика.

– Да? – В голосе Захара послышалась ирония. – А Ясна, по-твоему, просто пораньше домой решила уехать?

– Ее гибель – не моя вина.

– Очень удобно.

– Молодой человек. – Вика посмотрела на него своими глазами. – Для того, кто управляет нечистью, в вашем голосе слишком много сарказма.

– И все-таки напомни, когда это я ей реально управлял? – упорствовал Захар.

Алина, слушающая этот разговор, была уверена, что начинает потихоньку ехать крышей.

Вика промолчала, но Захар только вошел в раж и не собирался отставать. Он быстро ее нагнал и пошел шаг в шаг.

– Значит, сажа – это люди. – Он задумчиво поправил очки. – Я – сажа, Соня – сажа, Старх – сажа. Алина…

– Алина не сажа, – успела вставить Вика.

– Уже радует. – Захар сделал вид, что хлопает в ладоши. – Ты сажа, но при этом, по твоим же словам, еще и челнок. Это что вообще? Вид сажи? Сажа, разбавленная водой?

– Сажа, разбавленная водой, – это тушь, – огрызнулась Вика. – Ты всегда такой невыносимый, когда чего-то не понимаешь? Неудивительно, что у тебя нет друзей, – Вика покосилась на Алину, – и девушки.

Захар замолчал. Вместо того чтобы отвечать на вопросы прямо, она стала юлить, что очень злило. И без того было страшно, непонятно и просто гадко. Алина сделала вид, что не услышала комментарий про девушку.

– Так что такое челнок? – Захар сам не понял, как задал этот вопрос голосом человека, который не терпит никаких возражений.

Вика остановилась, потерла виски:

– Там, где сила, там власть. – Она посмотрела на Захара. – И любой силой надо управлять. Сажей тоже управляют. Чтобы не было такого, – она махнула рукой в сторону деревни.

Чем ближе они подходили, тем заметнее становились разрушения. У дома, что стоял ближе всего к мосту, снесло крышу. У дома Акулины Игоревны обвалилось крыльцо.

– Но управлять сажей открыто нельзя.

– Почему? – вдруг спросила Алина.

– Негласное правило: что скрыто, должно оставаться скрытым. Сажа живет скрытно, силу не показывает, но при этом влияет на все, что ее окружает. Ты ведь мертвяков притягиваешь, Захар?

Шумнов поежился, вспоминая странную девушку в клубе.

– А все притягивают мертвых? – уточнила Алина.

– Нет. – Вика покачала головой. – Есть такие, что всю жизнь прожили, пользуясь силой, а источник так ни разу не встретили.

– И при чем тут челнок? – Захар уже начинал терять терпение.

– Есть три стадии в жизни: бездействие, наблюдение и воздействие, – напомнила Вика. – Бездействие – гарант. Наблюдение – модератор. Воздействие – челнок.

– Думаешь, стало понятнее?

– Сажа делится на эти три стадии. Кто-то