Патент на выживание - Леонид Иеронимов

Утром мы вновь посетили рынок, где я забрал свой новый жилет. Синдар всё так же общался с различными торговцами и обменивал товары на другие. Ближе к обеду, когда фургоны уже были загружены, во двор Викрана пришёл давешний хозяин таверны и принёс мне восемь серебряных монет. Потом явился тот самый юноша в зелёном, в сопровождении крючконосого торговца солью. Юноша широко улыбался. А сухощавый соляной магнат внимательно посмотрел на меня.

— Значит, тебе, чужестранец, я обязан жизнью сына?

— Я не думаю, что столь умный молодой человек умер бы в той таверне, почтенный.

— Ха! Но ты избавил нашу семью от многих проблем, чужак. Я помню уговор! Возьми!

С этими словами юноша в изумрудном одеянии сунул мне приятно звенящий мешочек и расхохотался. Крючконосый ухмыльнулся и подозвал Синдара.

— Ты можешь закупить ещё соли с моих складов. Но поторопись. Сомневаюсь, что люди Фаттаха будут столь же благодарны, как мы. Говорят, над юным Метелом смеётся весь базар.

— Я понимаю, Сехмет-ган. Постараюсь сегодня до вечера решить все торговые дела и навещу вас, достойнейший.

Крючконосый медленно кивнул и покинул двор Викрана. Юноша на прощание помахал рукой. Я открыл кошелёк. Внутри лежало десять полновесных золотых.

— Это лигуры, или риданы, Синдар?

Торговец заглянул в мешок и рассмеялся.

— Риданы, Олег. Боюсь, ты даже более удачливый торговец, чем я! Деньги сами липнут к тебе!

— Тьфу-тьфу-тьфу, — сказал я и постучал по дереву.

— Зачем ты плюёшься?

— В нашей стране так принято делать, чтоб отвести беду или бороться со сглазом.

— Сглазом?

— Ну, это когда тебя сильно хвалят и наступает неудача в делах.

— И насколько этот ритуал помогает?

— На все сто! Меня ещё ни разу не сглазили, Синдар!

— Хорошо, я запомню. Плевать себе на спину?

— Нет, Синдар. Через левое плечо, три раза, и стучать по дереву. Тоже трижды.

— Какой странный обычай. Но я запомнил.

И тут в воротах появилась оранжевая фигура. Слегка напрягшись, я пригляделся. Нет, это был вовсе не тот юнец. Во двор шагнул намного более возрастной, плотный мужчина с курчавой бородой. Безошибочно выделив меня взглядом, он двинулся к нашему столику. Синдар низко поклонился. Я, на всякий случай, тоже. Не спрашивая разрешения, бородач налил себе в чашку из нашего кувшина, пригубил и сморщился.

— Значит, ты вчера не позволил моему племяннику убить сына Сехмета?

— Да, почтенный. Ваш племянник весьма вспыльчив.

— Ха! Это уж точно! Прям как я в молодости! Но ты оказался полезен. Держи!

Курчавобородый бросил мне ещё один кошелёк. Я не стал обижаться на его манеры.

— Ты Синдар из дома Иглаа?

— Да, достойнейший.

— И это твой человек?

— Да, он пришёл со мной, Фаттах-ган.

— Что ж, я дозволяю тебе торг с нашим домом, ахченджи.

— Благодарю, о достойнейший.

— Только спрячь своего человека до тех пор, пока вы не покинете Салендави!

— Последую вашему мудрому совету, достойнейший.

— Ха! Что ж. Жду тебя у складов.

— Благодарю, Фаттах-ган.

Толстяк поднялся и ушёл.

— Ну что ж. Олег, пожалуй, тебе и правда не стоит покидать дом Викрана, пока мы не выйдем в дорогу.

— Да без проблем, Синдар. Жаль, конечно, что не могу выйти на базар, но потерплю. Кухня у Викрана весьма хороша.

— И повара тоже, — засмеялся караванщик.

Я слегка порозовел. И открыл кошелёк. В нём лежало золото. Четыре маленьких монетки. Видимо, это были лигуры.

— А почтенный Фаттах не так щедр, как Сехмет, — заметил я.

Синдар поглядел внутрь.

— Ничего. Вряд ли я смог бы выручить хоть медяк за вонючий ветер, Олег!

— Ты прав. Мне грех жаловаться.

Мы посмеялись, а затем торговец кликнул Шангая, и они ушли. Я поднялся в комнату, пересчитал финансы и сгрузил в мешочек зелёного юноши. Никогда раньше не замечал у себя явных коммерческих способностей, но в этом мире за мной явно приглядывала богиня удачи. Или какой-нибудь Локи, что более вероятно. Эдак я и в олигархи выбьюсь к концу книги. Как усыновит меня древний аристократ, и я как спасу десяток принцесс! А в конце серии и вовсе императоров буду по носам щёлкать и богам советы давать. Чо я, хуже всех попаданцев, что ли? Вот, помнится, брали мы штурмом одну базу сикхов…

— Олег, Олег, спустись на землю! Читатель сейчас плеваться начнёт!

Я вздохнул и полез в мешок с артефактами. Уж больно интересно, как у них тут магия устроена.

— Система! Распознать артефакт и объяснить принцип работы!

Тьфу! Не прокатило. Повертев квадрат греющейся плитки в руках, я уставился на загадочный узор. Ничего не понятно.

— Привет, Искатель! Мир морей и пустынь предлагает тебе уникальную возможность приобрести редкий скин фарафарианского доспеха и базовый набор рун всего за 9999 кристаллов! Вместе с ним ты приобретаешь два фрагмента золотой будёновки, малиновую лыжу и доступ к Великому Магическому Колесу, плюс два бесплатных вращения и билет на Всемирный Чемпионат Пупыриков!

Замолчав, я вновь осмотрел плитку, вздохнул и сунул обратно в антимешок. Я даже отдельных символов не вижу, не то что слов. Какая-то вязь. Кружево, которое я с полпинка не повторю, не то что расшифрую. Я даже отличий между плиткой и зажигалкой не вижу. И на фонарике вроде то же самое вырезано. Нифига не понимаю. Не судьба пока мне в архимаги идти. Может, хоть академия тут есть какая? Или кошкодевочки. Пока не видать, но я не теряю надежды! Надо Синдара потеребить, как у них тут происходит обучение магии. Эх…

Остаток дня я плевал в потолок. Ну, не буквально, конечно.

Вернулся Шангай и забрал два фургона с парнями. Обратно приехали гружёные солью. Синдар то пропадал, то возвращался с людьми, заезжали другие фургоны, торговались прямо во дворе, тут же перекидывая товары из одной повозки в другую. Я превратился в молчаливую тень, наблюдающую за суетой жизни. Потом пришло время ужина, и разгорячённый Шангай позвал меня спускаться в трапезную. Сохраняя всё то же отрешённое состояние, я поужинал, вымылся и отправился спать.

Проснулся от голосов. За окном было ещё темно, но караванщики уже собирались. Ну, мои сборы были недолгими: повесил нож и топор на пояс, набрал свежей воды во флягу, закинул в рюкзак вместе с канатными шлепанцами, сунул кошелёк поглубже, закинул рюкзак и спустился. Позавтракал вместе с Шангаем и