Охотник - Борис Вячеславович Конофальский

того, вокруг волдырей появилась тоненькая черная окантовка. Светлана много раз обжигалась, но такое видела впервые. Но к этой боли она уже почти привыкла и решила подождать, а тут и время будить братьев пришло. Пора было их собирать в детский сад и бежать в магазин, а то папе на завтрак есть уже нечего.

В школу Света опять надела новый наряд. Одноклассницы, конечно же, это опять заметят. Перед дверью класса она остановилась, прислушалась – урок уже начался – и стала поправлять свою непривычную для себя одежду. Света даже пожалела, что у нее нет косметички с зеркалом. Зеркало бы ей не помешало. Наконец она открыла дверь.

– Наталья Константиновна, можно войти?

Пожилая учительница взяла очки и нацепила их на нос, чтобы рассмотреть, кто это пришел, она даже не узнала Светлану.

– Фомина? – Учительница и не скрывала, что удивлена. – Ты хоть берет свой сними.

– Ого! – крикнул Дима Ковкин. Он сидел на последней парте и первый рассмотрел Светлану. – Фома, ты ли это?

И весь класс как по команде обернулся на Свету.

«О господи!» Девочка покраснела, она чувствовала, как горят щеки.

– Берет, Фомина, берет! – напомнила ей учительница.

– Она не может! – кричали мальчишки.

– Наталья Константиновна… да пусть в нем сидит…

А девочки? Все девочки класса на нее смотрели. Некоторые даже вставали со своих мест, чтобы получше видеть. И удивлялись. Переговаривались. И сразу все вместе начали комментировать ее наряд:

– Фомина… Стоячий воротничок! Пипец! Блузку с бабушки сняла?

– Она в чулках, что ли?

– Анимешница в классе! Фомина, кого косплеишь? Сейлор Мун?

– Была спортивная и вдруг… чулки! С чего бы вдруг? – интересовалась Люба Бельских, одна из самых модных девочек класса, по слухам, уже посещавшая ночные клубы.

– Это гормоны! – констатировал завзятый троечник Никоненко.

– Девочка созрела! – резюмировала Лиза Марфина.

– Да-а… – Егор Коротков не отрывал от нее взгляда. – Не думал я, что доживу до такого! Теперь у нас в классе анимешница.

– Фомина, все супер! – крикнула ей обычно тихая Илонка Войнович. – Кавайный лук.

– Это она на деньги с монетки закупалась! – подводила итог Лиза Марфина. – Господи, Фомина, хоть бы спросила, что покупать!

– Не слушай их, Фома, – успокаивал ее Митя Глушко. – Это они от зависти. Чулки – форева!

– Так, успокоились! – Наталья Константиновна постучала ручкой по столу. – Все прокомментировали новый наряд Фоминой? Фомина, а ты, если собираешься и в будущем всех удивлять, приходи за десять минут до начала урока.

– Извините, Наталья Константиновна. – Лицо Светланы пылало огнем, она была так возбуждена, что позабыла про боль в пальцах.

Да, именно на такую реакцию девочка и рассчитывала. Все, все в классе только и делали, что тихо обсуждали ее, пока учительница рассказывала, на какой странице учебника нужный параграф. Света снимала берет, стягивала перчатки и, наверное, от волнения, буквально затылком, шеей почувствовала, что парень, сидящий сзади нее, Мурат Сабаев, буквально сверлит ее взглядом. Пальцы стало покалывать. Волдыри словно иголочками кололо. Свете было ясно, что он хочет ей что-то сказать. Она обернулась как раз в тот момент, когда Мурат тянул к ней линейку, чтобы ткнуть в спину.

– Ну чего? – шепотом спросила Света.

– Свет. Да я… – Сабаев даже растерялся. – В смысле, ты круто выглядишь!

Если бы можно было покраснеть еще сильнее, она бы покраснела. Следовало поблагодарить одноклассника за комплимент, но Света находилась в смятении и лишь произнесла:

– Угу.

Хотя девочка отметила, что он назвал ее по имени. И это было неожиданно и приятно. Она посчитала, что разговор окончен, и хотела уже отвернуться, но Мурат продолжил:

– У тебя же день рождения скоро?

День рождения! Точно! Но откуда он узнал? Девочка опять еще больше удивилась.

– Ну да… – отвечала она.

– А ты отмечать будешь?

На этот вопрос она ответа уже не нашла. Просто пожала плечами: фиг его знает.

Он еще что-то хотел спросить, но в разговор вмешалась учительница:

– Сабаев, Фомина, до перемены не можете подождать? – Светлана отвернулась от Мурата, а учительница продолжила: – Сабаев, иди-ка к доске, дорогой мой, ответишь мне на пару вопросов.

Мурат встал, вздохнул невесело и отправился к доске, а Света стала приходить в себя после такого феерического появления в классе. И все бы было прекрасно, но вот пальцы еще покалывало.

На перемене Светлана разговаривала с Илоной Войнович и еще одной девочкой из параллельного класса, разговор шел о новых Светиных туфлях. И опять ей было приятно, а тут к ним подошел Митя Глушко и сказал:

– Я сейчас с Пахомом разговаривал. Он хвастал, что ты ему позавчера шавуху в больницу приносила.

– Ну да, приносила, – согласилась Светлана.

Митяй расплылся в ехидной улыбочке:

– Так вы чего, мутите с ним, что ли?

– Что? Я? – Свету снова залила краска и приятное волнение. – Да нет, мы не мутим.

Но Илона и девочка из параллельного класса все слышали. Они вытаращились на Светлану. И на шкале их удивления отметка поднялась до уровня «Ошарашены!» Спортивная носит шавермы в больницу Пахомову? Обалдеть! Это неслыханное дело, которым нужно было срочно поделиться со всеми. Тут к ним подошел Мурат, он тоже хотел узнать, что здесь интересного происходит. Но объяснить Света ничего не смогла – зазвонил телефон.

Глава 20

Раньше ей почти что не звонили. Разве что сиделки, лечащий врач мамы, Камаева, или папа. А сейчас девочка, доставая телефон из рюкзака, гадала с волнением: папа? Сиделки? Или… Пахомов? Она не угадала, это звонила ее новая знакомая Анна-Луиза.

– Хай, сестра! – Голос в трубке был весел.

Светлана сразу подумала, что Анна-Луиза уже что-то приняла из своего списка.

– Привет. – Света старалась отвечать нейтрально и отошла в сторону от ребят. Ей не хотелось, чтобы они слышали разговор.

– Ты что делаешь?

– Я в школе.

– В школе?! Это пипец как уныло. Давай ты задвинешь свою школу… Пойдем пожрем чего-нибудь вкусного. А потом по магазинам. Съездим в «Галерею». Там все есть.

Даже несмотря на то, что Свете очень нравился торговый комплекс «Галерея», она скорее всего отказалась бы, но тут Анна-Луиза добавила:

– Хочу одеться так же круто, как ты, поможешь мне шмот подобрать?

Ни одна девочка