Чудеса в раскрутке - Андрей Андреевич Уланов

натягивать свой горячечный бред на любую тайну природы. Магнетизм, электричество, теперь вот кейворит. Меньше верьте псевдонаучной чепухе, лейтенант, в наше время шарлатанов от науки развелось больше, чем фальшивых пророков при святом Лидле. Полет птиц вполне поддается объяснению при помощи законов механики.

— И для доказательства этого утверждения вам требовался воздуходувной тоннель? — с невинным видом уточнил Аллан.

— Не только и не столько для этого.

Порывисто вскочив из кресла, профессор торопливо вышел из гостиной. Где-то в отдалении хлопнула дверь, за которой почти сразу завязалась тихая, но эмоциональная перепалка: «Сколько раз просила… в детскую с трубкой… но, дорогая… гости… в дырявом шлёпанце… как ты мог!»

В итоге Хэмвен вернулся к нам примерно через минуту, слегка встрепанный и смущенный, но зато зажав под мышкой нечто прямоугольное.

— Работа со студентами наглядно показала, что, хе-хе, лучше всего понимают наглядные же объяснения, — с этими словами профессор выложил свой трофей на стол. — Что скажете об этом?

С первого взгляда даже я приняла этот предмет за грубоватое полено. Но при более детальном рассмотрении оказалось, что перед нами очередная модель какого-то судна, причем выполненная с кучей мелких деталей.

— Гномская самоходная баржа, — уверенно сказал О'Шиннах. — Точнее не скажу, но этот рубленый стиль коротышек сложно с чем-то спутать.

— В точку, лейтенант, — Хэмвен отложил трубку и взялся за кофейник, — наши подгорные друзья рассуждают просто: если мы хотим плыть быстрее или тащить больше груза, надо, — профессор наклонил кофейник, давая ароматной горячей струе пролиться в белоснежный фарфор чашки, — просто еще больше пара. То есть, поставить мощную паровую машину и вперед! К сожалению, мы привыкли полагаться на гномов практически во всем, хоть как-то связанным с технологиями. Хотя даже некоторые гномы… вам не приходилось встречать доктора Йенсена, лейтенант?

— Три месяца работал под его руководством.

— О, даже так? — профессор оценивающе глянул на Аллана, — определено, для вас еще не все потеряно. А он, случаем, не рассказывал, сколько сил и времени заняло убедить Адмиралтейство в полезности опытового бассейна?

— Нет, — отрицательно качнул головой лейтенант, — вообще не помню, чтобы доктор хоть раз поднимал эту тему.

— Вероятно, не хотел тревожить старые раны, — понимающе кивнул Хэмвен. — Между тем, нам уже давным-давно стоило бы поучиться делать корабли вовсе не у гномов, а у… — тот он сделал паузу, хитро глядя на меня, но я ощутила подвох и спряталась за чашкой, — орков и гоблинов.

— Зеленошкурых?

— Вы не ослышались, лейтенант. Эльфы, да простит меня присутствующая здесь прекрасная представительница этого народа, на мой взгляд, ударились в иную крайность. Их творения прекрасны и гармоничны, однако их погоня за красотой слепа.

— Красота не может быть слепа, — не выдержала я, — она радует глаз.

— Может, если за ней не стоит рациональность, — парировал Хэмвен и по скорости ответа я поняла, что попала в давно уже настороженную ловушку, — взять ваши «лебединые» корабли. Выглядит эффектно, не спорю. Но ведь лебедь птица, хоть и водоплавающая. Ему нужны крылья для полета, а длинная шея предназначена для сбора еды на дне водоема. Право же, мисс Грин, если вам и вашим сородичам так хочется черпать вдохновение в дикой природе, почему вы не смотрите на рыбов?

От последнего слова у меня непроизвольно дернулось ухо. Кажется, мне становилось понятнее, почему на заседании комитета по газам идеи профессора Хэмвена могли счесть не заслуживающими внимания. А вот что в нем сумел разглядеть Марк Бентинк, наоборот, все непонятней.

— Итак, — профессор тем временем сделал глоток из чашки, затем откинулся на спинку кресла, — у вас есть морально устаревший гоночный катер, и вы хотите выиграть с ним Королевские гонки. Что ж, многообещающее начало. Вы ведь наверняка в курсе, что регламент в этом году изменен и ряд прежних ограничений на силовые установки убрали? — мы с Алланом синхронно кивнули. — А что «Черная конюшня» лорда Дарема наняла главным инженером Кетиля Харальдссона? Того самого легендарного Кетиля, трижды бравшего «золотую гайку», не считая прочих призов и титулов.

— Я слышал, — прервавшись, Аллан кашлянул в кулак, — он уже несколько лет отошел от дел.

— Как видите, иногда прошлое возвращается, — развел руками профессор. — Иногда лишь с тенями былых заслуг, но иной раз и с новыми идеями, а также желанием снова потрясти мир. Кроме того, будет много и других интересных участников, например, я бы советовал внимательней присмотреться к сыновьям графа Росса.

— Значит ли это, — уточнила я, — что сами вы все же хотите наблюдать за гонкой со стороны?

— Разве я сказал что-то подобное? — нарочито удивился Хэмвен. — Отнюдь, я раздумываю над вашим предложением. Кстати, а кто возглавит команду?

— Мы… — Аллан оглянулся на меня, и я кивнула, — планируем пригласить на эту должность мистера Сибрука. Возможно, вы слышали о нем, сэр…

— О Старом Шкипере⁈ Еще бы я не слышал о Джоне Сибруке, лейтенант! Но вот он-то как раз всерьез отошёл от дел. Сидит на своей ферме в Нодхельме, и упаси вас Творец без спросу шагнуть к нему за ограду. Паре человек, явившихся к ему с весьма заманчивым предложением, он лично расквасил носы, а еще на пятерых натравил пчёл… да-да, выглядело они потом занято, эти бедняги. Пострадавшие, разумеется, не пчелы. Распухшие, от глаз узкие щели… в общем, — профессор с очень решительным видом встал, — подождите здесь, я оденусь, возьму саквояж и надо будет оставить кое-какие распоряжения жене… полагаю, уложусь в четверть часа.

— А что потом, сэр?

— Потом все вместе полетим в гости к Старому Шкиперу, — пояснил Хэмвен. — С вами он точно разговаривать не станет. А у меня хотя бы будет шанс попытаться его уговорить на еще одну последнюю авантюру.

* * *

Еще не став частью команды, профессор Хэмвен сэкономил нам несколько часов, а то и день, сумев точно указать дорогу к нужной ферме. Нодхельм отнюдь не самое крохотное из графств Арании, а имевшаяся у Аллана информация о местоположении Старого Шкипера звучала как: «сразу как увидите шпиль собора в Саруме, поворачивайте направо и до холмов, поросших дубами». Даже на воздушном катере с таким «точным» целеуказанием поиски нужного места могли бы изрядно затянуться. К счастью, профессор не только знал дорогу, но и умел ориентироваться на местности в полёте.

— А вот и хибара Джона. Садиться можно прямо во дворе, скотину он вроде не держит, поэтому риск приземлиться на кучу навоза минимален. По крайней мере, — озадаченно добавил профессор, глядя, как белое лохматое пятно поднялось на лапы и неторопливо потрусило в нашу сторону, — раньше не держал.

Крупный бобтейл сел на задние лапы в дюжине ярдов от катера и громко