Чудеса в раскрутке - Андрей Андреевич Уланов

третий раз, довольным не выглядел, но и оставить нас до утра снаружи все же не посмел. Пока мы поднимались по лестнице, я, как и обещала, кратко изложила историю со злосчастным фейерверком.

— И что, так никого и не поймали?

— Почему же… поймали всех, кроме самого Кэла и его ближайшего помощника. То есть две дюжины ничего не подозревающих работяг, нанятых для устройства салюта в парке лорда и получивших за это щедрый аванс. Фургоны краденые, — тут я на мгновение задумалась, затем решительно свернула в коридор на втором этаже, — надписи на бортах сделаны несколько дней назад, тогда же закуплена пиротехника. На воротах он показал поддельный бланк, спокойно заехал, распорядился, как и что установить, лично поджег шнуры и уехал со своим дружком, якобы за второй партией.

Собственно, нанятые рабочие тоже могли уйти, если бы понимали, что происходит. Даже присутствующие на балу гости сочли, что Дарнли просто решили устроить необычный фейерверк — немного рискованный, зато эффектный, ведь огненная буря отгремела не где-то в небе, а прямо за окнами зала. Еще и захотят повторить этот «незабываемый опыт».

— Да, похоже на этого гада, — согласилась Клэр, — наглости ему не занимать… стоп, это же кухня?

— Надеюсь, запертая дверь тебя не остановит?

— Меня-то⁈ — наклонившись к замочной скважине, полуэльфка выдернула из волос две шпильки, — Дверь, за которой спрятали вкусняхи⁈ М-м-м, даже я чувствую аромат медового бисквита. Да я её… вот!

— Медовик не трогай, это на утро, — предупредила я, — но с вечера должен был остаться фруктовый торт, печенье, пирожные… и лимонад. Свечи справа от входа.

— Правильный подход, — распахнув шкафчик, полуэльфка радостно взвизгнула и принялась набивать рот чем-то хрустящим, — обобряю! Крабить надо по-умному.

В первый мой ночной визит я вообще обошлась без света, но, как выяснилось впоследствии, некоторые следы все же остались. Даже хваленое ночное зрение эльфа не всегда выручает, хотя в лесу при лунном свете я различаю ничуть не меньше деталей, чем днем. Но мы-то не в лесу и на окнах плотные шторы, поэтому во второй раз я зажгла свечу, а в этот… а почему бы и нет? Хоть я уже и собрала себе «малый набор для ночного дожора», ориентируясь главным образом на запахи, но вдруг упустила из виду что-то вкусненькое?

Что удобно, газовые рожки во дворце везде, даже в помещениях прислуги, стояли гномские, с поджигом при повороте вентиля. Пусть и не всегда срабатывающие с первого раза, но всяко лучше, чем пытаться сунуть в струю газа горящую спичку.

Обеспечив нам освещение, я огляделась — и едва сдержала удивленный возглас.

С моей точки зрения «по-умному» означало, в числе прочего: разумно подходить к оценке собственной грузоподьемности. Небольшой поднос, вазочка печеньками, лимонад… ладно, еще тарелка с чизкейками, пудинг… и хватит на этом. Клэр же взяла поднос раза в полтора больше и сейчас пыталась надстроить на нём второй этаж.

— Ты ж это не унесешь. И не съешь.

— Ты прошто не предштавляешь шебе, нашколько я шильная, — прогундосила полуэльфка сквозь зажатый зубами претцель, миндальный, в сахарной глазури, — и нашколько голодная.

— Тут на четверых тебя хватит.

— Шпорим?

Спорить я не стала. Но по дороге внимательно проследила, чтобы след из крошек не привел жаждущих крови мстителей к моей спальне. Ковры и дорожки в дворце подметали уже после рассвета, чтобы видеть процесс и результаты, а кухарки являлись на работу еще затемно. К счастью, прочие улики не требовалось вернуть на место. Подносы, чашки, блюдца и прочая посуда циркулировали по дворцу без постоянного контроля, ближе к вечеру собираясь на полках в ожидании загрузки в очередной венец паровых технологий — посудомоечную машину. Редкий случай, когда техническому прогрессу радовались все. Прислуга оказалась избавлена от постоянной возни, а господа избавили свой драгоценный фарфор от повреждений при мойке. Но, конечно, больше всех радовались гномы из компании Гимли-Кочран, заполучившие выгодный контракт не только на саму машину, но и её установку, подключение к водопроводу и регулярное обслуживание.

— На кровать только не лезь! — предупредила я, — не хочу снова спать на крошках.

— Устроюсь подле твоих ног, — хихикнула Клэр, — как и подобает преданной служанке. Марилену с вином звать не будем?

— Обойдемся. Докладывай.

— Калеб еще в Клавдиуме, — полуэльфка начала расставлять содержимое подноса на ковре, — нашли еще троих желающих за ним поохотится. Верней, двоих и одного предположительно, там трупак обструганный лучше любого полена, даже опознать не смогли. Мне клерк из лечебницы Святого Дурсля отчет хирурга за пару грошей дал глянуть, жуткое дело… пишут, покойнику сначала острым лезвием голосовые связки перерезали, а потом кожу срезали, а потом…

— Давай без подобных деталей, — поморщилась я, — у меня еще чизкейк нетронутый.

— Шлушаюшь, шар! — самой полуэльфке кровавые подробности аппетит явно не портили. — Тогда про двух остальных тоже не буду, там хоть и опознали, но… в общем, Ночной Король, как говорят, рвет и мечет. Удвоил награду, но желающих гоняться за Кэлом особо не видать. Гнев Короля он такой, общий, а Кэл на ленточки распустит конкретно тебя. Я тут перекинулась парой слов кое-с-кем… осторожно, — быстро добавила Клэр, увидев мое движение, — просто в паре мест высказалась, мол, денежки-то большие, а все одно лезть головой в капкан боязно. Пустей трёп, такое куча народу болтает по пьяни. Так вот, Головастик, есть у нас такой умник, студент-недоучка, сказал, что у Кэла уши больно длинные.

— Мы встречались, — перебила я, — и я уверена, чистокровным Перворождённым он точно не является.

— Да не те уши! В смысле, знает Кэл больно много. Ты ж в полиции служила, сама знаешь, без хороших стукачей даже простому констеблю тяжко. А уж если повыше брать… понятное дело, Ночной Король доносчиков не любит, да и остальные тоже, как вскроется, могут и… ладно, я поняла, ты таких подробностей слышать не хочешь.

— Остальное я тоже поняла. Доносчиков никто не любит, но их все равно полно.

В полицейских сводках, пристойности ради, таких обычно именовали «озабоченными добропорядочными гражданами Клавдиума». Или просто информаторами, если добропорядочность вызывала слишком большие сомнения. На этих информаторов даже выделялись какие-то деньги, но большинство полицейских их просто присваивали, считая, что сплетни со слухами не стоят и доброго пинка.

Впрочем, информацию можно не только выколачивать, но и обменивать. А благодаря хорошему слуху и зрению товар для обмена у меня обычно имелся. Да и хорошее отношение инспектора полиции тоже иной раз чего-то стоит.

— Навряд ли кто-то докладывает лично Кэлу, — полуэльфка отставила в сторону пустое блюдце и подтащила вазочку с марципановыми шариками, — он же птица перелетная, сегодня тут, завтра