Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

— Прочухаешься к полудню? — я натянул сапоги и вытащил из-под кровати сумку. Где-то там на дне лежал заветный кожаный свёрток, доставшийся мне в наследство от покойного мага. Привычка, конечно, дерьмовая, но больно уж хорошо его трубка и та дрянь, что к ней прилагалась, успокаивала нервы и помогала не утонуть в собственных мыслях.

— Постараюсь, — сквозь полудрёму пробормотала девушка.

— Это хорошо. Ты мне будешь нужна на совете командиров. Но пока отдыхай. А я, пожалуй, пойду прогуляюсь и проветрю голову.

Я вытащил свёрток наружу, запихнул его себе за пазуху и направился к выходу. Но на полдороги меня остановил голос девушки.

— Это точно необходимо? — она вновь приподнялась на локтях, а затем с сомнением и тревогой посмотрела на меня.

— Трубка то? — я достал свёрток и покрутил его в руках, — Пожалуй да. Сегодня необходима. Иначе я этот день просто не вывезу.

— Постарайся всё-же не увлекаться, — Айлин, покачала головой, — Конечно, таким, как мы, ещё не удавалось протянуть достаточно долго, чтобы их нагнали последствия… Но вдруг всё-таки в нашем случае кости выпадут так, что сложится «И жили они долго и счастливо».

— Ты сама то в это веришь?

— Я очень хочу в это верить, — девушка устало улыбнулась и снова прикрыла глаза, — Иначе, ради чего вообще жить?

Я ещё раз покрутил свёрток в руках, разглядывая его потёртые от времени изгибы, а затем всё-таки положил его на угол кровати. Как-никак, а в словах Айлин была своя логика. Да и я ведь как-то раньше справлялся без этого дерьма. Вот и сейчас вывезу без него. Тем более, что свежий горный воздух порой и сам творит чудеса.

Положил, кое-как нахлобучил на голову помятый берет с гусиным пером и молча вышел из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь. Девушка уже спала и мне не хотелось снова её будить.

В коридоре меня уже ждал наш вчерашний знакомый. Бертран. Наш личный камердинер. Он сидел на небольшой табуреточке, прислонившись спиной к стене и тоже тихо посапывал. Первым желанием было по-тихому проскользнуть мимо него и попробовать в одиночку добраться до замковой стены. Ситуацию осложняло то, что я вообще не представлял, как этот самый замок устроен и куда тут надо идти. А кроме того, оставался риск столкнуться в его коридорах, либо с самой баронессой и окончательно всё обосрать, не оставив Айлин и шанса разрулить дело миром, либо на кого-то из её людей. Нет уж, на одни и те же грабли второй раз мы прыгать не будем. Вчера достаточно накосячили.

— Кхм-кхм… — я откашлялся привлекая к себе внимание, — С добрым утром. И давно ты тут?

— Давненько, сир, — не размыкая век ответил Бертран. Так, будто и не спал вовсе, — Ещё с первых петухов.

— Можешь не обращаться ко мне «сир», — я прислонился плечом к стене и пристально посмотрел на камердинера. Тот и ухом не повёл. Продолжал делать вид, что спит, меж тем внимательно меня слушая, — Не знаю, был ты вчера в зале или нет, но я там как раз говорил, что мы из тех краёв, где человека ценят за его поступки и заслуги, а не происхождение.

— Из империи? — как бы невзначай поинтересовался Бертран.

— С чего ты взял?

— Просто император, когда упразднял старое дворянство провозгласил, что новое государство ждёт от каждого человека деяний, соразмерных его способностям, и каждому воздаст сообразно его заслугам.

Я аж поперхнулся, чуть было не выдав: «О-о-о, туда нам надо!» Не, серьёзно, эти ребята мне нравились всё больше и больше. Конечно в рамках средневековья, сквозь которое пускай и начала проклёвываться эпоха возрождения, такие вещи могли звучать, но вот их реализация… Как показывала история нашего мира, была попросту невозможной.

Хотя, за этим красивым лозунгом могло скрываться и нечто иное. Переход от «первого среди равных» к абсолютисской монархии и попытку сформировать новые, предельно лояльные лично себе элиты, в противовес старым родам. Честно говоря, такая версия смотрелась куда правдоподобнее, чем средневековые коммунисты. А значит, ничего принципиально не менялось. В империи нас по-прежнему ждали либо плаха, либо виселица. В конце-концов монополией на насилие готово делиться старое и увядающее государство. А вот новое, в период своего подъёма, никогда не позволит себе выпустить его из своих цепких лап.

— Нет, мы с далёкого севера.

— Территория кланов? Или Мархия?

— Кланы, — я ткнул наугад, предположив, что в Мархии, отколовшейся от Эйденвальда, остались те же самые порядки, что и в королевстве. И заодно для себя подметил интересный момент. Камердинер сказал «Мархия», хотя такое название распространено только среди знати. Почти все простолюдины называли её Маркой. Да ещё и в имперской политике разбирается. Интересного человека нам подсунул барон. Очень интересного. А ещё интереснее вопрос — он сам то в курсе о таких обширных познаниях этого хмыря? Надо будет расспросить Байрана на досуге.

Блин, насколько же наивной теперь смотрится моя вчерашняя попытка этого самого Бертрана подкупить. И насколько мастерски он мне подыграл, потом переменившись почти до неузнаваемости… Нет, я точно перекинусь с Бароном парой ласковых на этот счёт. С другой стороны, стал бы шпион настолько явно прокалываться, обладай он такими талантами? Или он прощупывает почву, пытаясь нас вербануть? Зараза…

— Это многое объясняет, — хмыкнул камердинер, — У кланов и правда, довольно своеобразные… порядки. Впрочем, прошу меня извинить. Я что-то увлёкся. Куда вас отвести? Что показать?

— Тебя, — поправил его я, — Я ещё не настолько старый и меня не так много, чтобы ко мне на «вы» обращаться, — шутка получилась нервной, но мне нужно было выиграть хоть пару секунд времени, чтобы попытаться уложить в голове этот начавший было собираться и тут же рассыпавшийся паззл, — Ну, если ты не против, пойдем прогуляемся на замковую стену. Мне надо подышать свежем воздухом.

— Как вам… Прошу прощения, тебе будет угодно, — в голосе камердинера мне на секунду почудились лёгкие, насмешливые нотки. Он встал со стула, протопал мимо меня и на ходу бросил, — Прошу за мной.

Глава 13

«Нравы севера, нравы юга»

Мы немного попетляли по узким коридорам донжона и вышли, наконец, к узкой винтовой лестнице, в одной из