Майор. Назад в СССР. Книга 18. Часть 3 - Максим Гаусс

— Ты подумал правильно, — перебил меня Игнатьев, и в его голосе я услышал настойчивость, с которой он всегда мог убедить кого угодно. — Максим, ты не обязан возвращаться на службу! Но ты можешь помочь нам как гражданский аналитик. С недавних пор у «Спектра» есть разрешение от руководства Генерального Штаба привлекать внешних консультантов для работы с архивами и данными. Ты будешь анализировать, а не стражаться. Если кто-то из афганских командиров перешел к террору, с тобой наши аналитики сделают это быстрее! Многие сотрудники здесь хотя и хорошие специалисты, а горный Афганистан видели только на картах!

— Кэп! — сказал я, чувствуя, как внутри все возмущается. — Давай так, я сначала прилечу, а уже на месте будем соображать, что делать дальше! Хорошо?

— Да, именно это я и хотел тебе предложить! Кстати, ты помнишь, как мы работали вместе? — продолжал он, и в его голосе послышалась теплота, которую я не слышал давно. — Там, в Афганистане, в Пакистане и Сирии — мы работали как одно целое. Ты никогда не подводил меня, Максим. И я знаю, что сейчас ты сможешь нам помочь!

Я молчал, переваривая его слова. Он говорил правду. Мы прошли столько операций вместе, что я их все и не вспомню. И каждый раз я знал, что мы можем положиться друг на друга. Между нами была не просто служба, да дружба. Это была крепкая мужская связь, несмотря на то, что он старше меня лет на десять. Эта связь прошла все испытания!

— Максим! — сказал он тихо. — Просто приезжай. Посмотришь на ситуацию изнутри. Если решишь, что не сможешь помочь, вернешься обратно к семье! Договорились?

— Хорошо, — сказал я наконец. — Я приеду. На неделю, не больше. Исключительно, как гражданский специалист. Я посмотрю на ваши данные, следы и улики, поработаю с архивом. Но я не беру оружие в руки, Кэп! Это условие!

— Договорились! — ответил он, и я услышал в его голосе облегчение. — Пришлю машину в аэропорт! Когда будешь в столице?

— Ну, пока сложно сказать. Думаю, что не раньше послезавтра, — сказал я, уже представляя себе план дальнейших действий. — Ближайшим рейсом! Дам знать, когда буду вылетать!

— Договорились, — ответил он. — И, Максим… Спасибо за понимание!

Я положил трубку и вышел из здания почты. Начинался восход, перые лучи солнца уже показались на горизонте. Я постоял несколько секунд, глядя на небо, чувствуя, как новый груз ответственности ложится на плечи.

Вернувшись домой, я застал Лену на кухне — она готовила завтрак, Егор сидел на стуле и что-то бормотал себе под нос, тарахтя погремушками. Увидев меня, он улыбнулся.

— Папа! Ты где был?

— На почте, сынок, — ответил я, подходя к нему и целуя в макушку. — Отправил важное письмо.

Лена подняла на меня взгляд. Она ничего не спросила, но я знал, что она ждет. Я подошел к ней, взял ее за руку и подвел к столу.

— Я принял решение! — сказал я, глядя ей в глаза. — Я поеду в Москву. Всего на неделю, не больше. Обещаю, просто так не рисковать и не геройствовать!

Лена смотрела на меня несколько секунд, затем вздохнула — с облегчением и грустью одновременно.

— Я знала, что ты так решишь, — сказала она. — И если ты считаешь, что это правильно, значит, так и должно быть. Мы будем ждать.

— Я вернусь, — сказал я. — Обещаю!

* * *

Дорога до Краснодара оказалась довольно быстрой.

Машину брать не стал. На автовокзале взял билет на автобус до аэропорта, и через час уже сидел в зале ожидания, глядя на табло с расписанием рейсов. Самолет на Москву вылетал ровно в восемь вечера.

Сидя в зале, я лениво осматривал пассажиров вокруг. Все они казались обычными мирными людьми. Но я знал, что террорист тоже может быть таким. Где-то там, в точно таких же залах ожидания, на станциях метро, даже в обычных автобусах, может скрываться тот, кто убивает.

Я внимательно смотрел по сторонам и думал — кто из них может быть опасным? Кто из них несет смерть? Возможно, это была странная, почти параноидальная мысль, но она сидела в моей голове.

Когда объявили посадку, я поднялся быстро позвонил Кэпу, того не было на месте. Перезванивать не стал, сразу направился к выходу.

Взлет Ту-154 прошел хорошо, без нареканий. Через четыре часа мы приземлились в Шереметьево.

Я вышел из здания аэропорта и направился к выходу. В конце марта в Москве было еще холодно, мокро и пасмурно, моросил мелкий противный дождь. Я остановился на несколько секунд, раздумывая, как добраться до места встречи. Игнатьев сказал, что я пришлет служебную машину, что отвезет меня на базу «Спектра». Но вряд ли он про меня вспомнил, учитывая, что я не дозвонился. Да, до нужной точки можно было доехать и на метро, правда, сначала до метро нужно было доехать на рейсовом автобусе. Мысль о поездке в подземке, где совсем недавно прогремели взрывы, заставила меня слегка притормозить.

Я стоял у выхода из аэропорта, глядя по сторонам, и думал и том, как же добираться. Савельев говорил, что взрывы сначала происходили в разных городах, а затем и в Москве. Что если… Да нет, ерунда! Я смотрел на людей, входящих в подземный переход, и чувствовал, как внутри спадает напряжение.

— Ладно! — пробормотал я и направился к остановке.

Дождавшись автобуса, занял место в конце. Проехал три остановки, вышел у станции метро Речной вокзал.

Спустившись на платформу, я смотрел по сторонам, глядя чуть ли не на каждого прохожего. Женщина с тяжелой сумкой, парень в кожаной куртке, старушка с палочкой — все они казались безобидными. Я знал, что это нездоровое подозрение, но не мог избавиться от него. Я смотрел на рюкзаки, на сумки, на лица, пытаясь угадать, кто из них может быть тем, кого мы ищем. Маловероятно, но вдруг⁈

Когда поезд прибыл, я вошел в вагон и сел у окна. Я смотрел на пассажиров — женщина читала книгу, мужчина дремал, пара стариков что-то обсуждала. Все они выглядели спокойными.

Поезд прибыл на станцию, я вышел и поднялся на поверхность. Нужно было пройти около полукилометра до закрытой территории военного объекта.

Дождь усилился, и я ускорил шаг, направляясь к зданию «Спектра». Оно стояло на окраине, за старым парком, почти скрытое деревьями. На КПП меня пропустили без проблем, потому что удостоверение было при мне, а оба сотрудника знали меня в лицо.

— Товарищ майор, — сказал он, улыбнувшись. — Проходите!

— Спасибо, — ответил я, и вошел