Военная АльтерНатива - Квинтус Номен

Идиоты, прости господи, но я-то вообще ничего с этим поделать не мог. И понял, наконец, зачем Василий Михайлович все же за строительство нового металлургического завода взялся. Наверняка ведь понимал, что до зимы он завод этот разве что разметить успеет на выделенной площадке, колышки в землю вбить и даже, если повезет, веревки между колышками натянуть — но таким образом он эту площадку под себя резервировал и когда (если) обстановка нормализуется, он свои выгоду все же получит. Но тогда оставалось непонятно, куда он все забратые у меня миллионы тратить хочет — а он их на самом деле именно тратил. Причем довольно быстро, и я точно знал, что возле той самой станицы Магнитной началось строительство нового «жилого городка», вроде бы довольно большого, но куда утекали остальные деньги, я понять не мог. Впрочем, мне это уж точно было неинтересно, я твердо одно знал: у меня денег больше нет. И появятся хоть какие-то денежки только если я их где-то в другом месте заработаю — но у простого народа тоже денег не оставалось, им что-то «очень нужное» и даже на самом деле нужное, но без чего в принципе обойтись было возможно, не впаришь. Но ведь были в стране люди и не простые, у которых теперь денег просто куры не клевали. И людей таких было много: я случайно узнал, что по новенькой железной дороге из Мурманска больше всего сейчас перевозилось французских вин и автомобилей, уже не только французских. А ведь все это не мужикам с работягами продавалось…

И у меня новая мысль родилась, так что я, ее подумав, обратился к отцу:

— Пап, я вот что у тебя спросить хотел: ты же много лет копил на собственный дом, а теперь нам дом вообще бесплатно достался.

— Не бесплатно, Феденька, вовсе не бесплатно. То есть деньгами мы за него, конечно, не платили, но на этот дом ты только столько трудов положил! Да и я сейчас, если разобраться, за него отрабатываю. Да, раз уж о том разговор зашел… — отец сильно засмущался, но спустя несколько секунд смущение свое преодолел. — Если я в дом женщину приведу… новую жену то есть…

— Пап, мне кажется, что ты уже достаточно взрослый, чтобы самостоятельно вопросы такие решать. Хочешь приводить — приводи, я-то тут причем?

— Так ведь, если в суть смотреть, то дом-то этот твоим считать можно…

— Можно считать, а можно и не считать. А ты что, в самом деле жениться решил?

— Ну да, только она сама просила сперва у тебя спросить, как ты к этому отнесешься.

— Положительно отнесусь: тебе лет-то сколько, сорок всего? Еще успеешь мне братиков или сестричек настрогать. Но я вопрос вовсе не из-за этого задал, узнать хотел: а денег-то у тебя много в кубышке имеется? У меня тут мысль одна интересная появилась, а ее без денег не осуществить.

— Ну, сколько есть, все можешь забирать: мне и оклада жалования на жизнь вполне хватит. И самому хватит, и на жену, чтоб она себе ни в чем не отказывала, тоже хватит. А то и вправду: что деньги-то просто так лежат? Так что бери, не стесняйся.

— Пап, я не сказал «дай мне денег», я спросил, сколько их у тебя есть. И ни копейки у тебя брать не собираюсь… но если у тебя денег достаточно окажется, то я тебе скажу, на что их потратить чтобы потом с этого еще больше денег получить.

— А с чего так-то?

— А в того: все, что я зарабатываю для компании, господин Салтыков забирает: нынче в компании много нового строится и денег на все им не хватает. И это правильно, но вот если ты отдельно от компании будешь деньги зарабатывать, то из компания уже не заберет. И мы эти деньги потратим… я уже знаю на что.

— Ну хорошо, тебе виднее. Так что мне купить-то потребно будет?

Ну да, оказывается, Федька про отца своего многого не знал. В смысле, я не знал про своего родителя из начала двадцатого века — а он товарищем оказался очень бережливым и все деньги, которые я ему отдавал, он «на черный день» сохранял. Вообще все, так что жизнь для меня заиграла совсем уж новыми и очень даже радующими душу красками. Потому что одно дело — знать, что денег нет и не ожидается, и совсем другое — знать, что деньги есть и, возможно, их скоро станет еще больше. Правда насчет «станет» все еще оставались определенные сомнения, но я вроде уде смог уточнить менталитет нынешних нуворишей, так что обобрать их счел делом не самым обременительным. И снова: сам я их обобрать не смогу, но если люди мне помогут…

А люди — точно помогут, потому что я точно знал, кто поможет и чем. Не знал лишь когда — но жизнь действительно стала куда как радостней и оказалось, что мне даже долго ждать не требовалось. Самолет-то — он быстро летает, так что в Кучино я уже на следующее утро оказался, а там, когда я лишь заикнулся о возможности «разместить заказ», получил ответ «да забирай»: оказывается, если военные закупщики не получают желаемую копеечку (часто исчисляемую буквально тысячами рублей), то даже готовая продукция «не находит платежеспособного спроса». Ну да, армия — тот еще гадюшник, а если учесть, что закупками авиатехники занималось почему-то не военное министерство, а Генштаб, то ничего странного в том, что в кучинской мастерской простаивали сразу четыре полностью готовых самолета, не было.

У меня, правда, денег пока хватало только на один, но Дмитрий Павлович — владелец поместья, авиационной «мастерской» и руководитель созданного им у себя Аэродинамического института после обеда (мы с ним основательно так пообедали, часа три на это потратили) предложил мне все четыре машины забрать, а расплатиться за них уже потом:

— Вы, Федор Андреевич, человек уже легендарный, и я вовсе не об ордене вашем, за настоящий подвиг вам жалованный, говорю. Что Василий Михайлович, что Дмитрий Михайлович, да и многие иные инженеры в один голос говорят, что вы, хотя и несете постоянно чушь одну, из чуши сей всегда выгоду вынимаете немалую. Не столько в деньгах, сколько в пользу науки и техники, к тому же