Государственный Алхимик - Анна Кондакова

Рысарь мотнул головой.

Весь вид зверя говорил о том, что он голоден и сожрал бы всё, что дадут, но одного моего взгляда хватило, чтобы рысарь понял чёткий приказ: ничего не есть. Ни в коем случае. Пока я сам не приду и не принесу еду.

Уж лучше быть временно голодным, чем навсегда мёртвым.

Даже наличие противоядия от няни никак меня не урезонило. Пока я не найду отравителя — не успокоюсь.

Ангелина взяла меня под локоть и торопливо повела в сторону кухни. Настолько торопливо, что это показалось мне странным.

Я не стал ничего спрашивать, поэтому дождался, когда мы останемся на кухне одни, когда няня тщательно проверит все подсобки, шкафы и даже русскую печь, затем плотно запрёт дверь и наведёт вокруг нас ауру Тихих Трав — особое магическое поле, чтобы никто не подслушивал.

Ну а потом, когда всё было сделано, она достала из шкафа мешок из-под картофеля, только внутри был явно не картофель.

— Вот, Илья, — сказала няня. — Я нашла это в саду сегодня вечером. Его тщательно спрятали в корнях старой яблони и если бы я специально не обыскала сад, то не нашла бы. Правда, искала я какие-нибудь мензурки с ядом или оружие, а нашла вот это.

Она сунула руку в мешок и достала оттуда… белый плащ.

Да, самый что ни на есть белый!

Его длинные полы были испачканы кляксами белой слизи — точно такой же слизи, какую я видел на поле у Хинских Рудников. А ещё на нём блестели золотые пылинки.

— Это не всё, — прошептала няня.

Она аккуратно сунула руку в карман плаща и достала вещицу, от вида которой меня сразу бросило в холод. Эту вещь я уже видел у одного человека.

И сейчас этот человек находился в усадьбе.

Глава 17

Это было золотое кольцо.

Без гравировок и камней. Совершенно простое на первый взгляд кольцо. Не знающий его секрета не увидел бы ничего подозрительного.

Но увы.

Это было Кольцо Транспозиции, принадлежащее Нонне Ломоносовой.

Только какого чёрта оно делало в кармане белого плаща?.. Даже если представить, что именно Нонна надевала плащ и вчера вечером ходила за ядом в Хинские Рудники, то зачем она сняла кольцо с пальца?

Чтобы что?

Чтобы быстро преодолеть большое расстояние от усадьбы до Хинских Рудников? Но тогда у неё должен быть сообщник. Из деревни, например. И почему она не надела кольцо обратно на палец, а оставила в кармане? Это слишком ценная вещь, чтобы бросать её где попало. Что-то сразу не сходилось.

— Ты совсем бледный, Илюша! — забеспокоилась няня. — Давай приступим к ранам, а уж потом будешь разбираться. Я знаю, ты разберёшься.

Она положила кольцо на стол, а плащ сунула обратно в мешок.

Я тут же сгреб кольцо и сунул в карман брюк. Оно, кстати, было холодным, а это значило, что кольцо не заряжено на Транспозицию.

— А где ты нашёл того шаньлинца, который лечил тебе раны? — спросила Ангелина, улыбнувшись. — Очень искусный мастер. Великолепный! Ох, какой уверенный магический стежок на ранах, какая профессиональная рука! Наверняка, этот мастер даже старше меня. Ставлю на то, что ему лет двести…

— Так где вы нашли этот плащ, Ангелина Михайловна? — перебил я и внимательно посмотрел ей в глаза.

Она медленно моргнула, не понимая, почему я спрашиваю об одном и том же.

— В корнях яблони, Илюша. У заднего забора и калитки, сразу за кладовкой и старой мозаичной мастерской.

Я продолжал смотреть в её большие глаза и уже понимал, что мне придётся сделать то, чего я никогда не позволял себе делать.

Просмотреть воспоминания своей няни.

Да, сейчас я мог увидеть только последние сутки, максимум двое. Но чтобы понять, что тут происходит, хватит и столько. Единственное, в чём я сомневался — получится ли у меня хоть что-то увидеть.

Моя няня была непростым магом, хоть и низкоранговым.

Одно дело, просмотреть память Эла или Виктора, но с няней всё могло выйти боком. Если она поймёт, что я пытаюсь залезть ей в голову, то, во-первых, возненавидит меня, а, во-вторых, догадается, что я владею не только магией алхимика.

Но мне всё равно надо было проверить.

— Вы не подадите мне стакан воды, Ангелина Михайловна? — попросил я, буквально наступая себе на глотку и ощущая себя последним моральным уродом.

Няня всплеснула руками.

— Ох, как же я сама не додумалась! Ну конечно, крошечка!

Она поспешила к посудному шкафу, а я сразу же задействовал Формулу Проверки Памяти. Сжатое заклинание отскочило от вызванной Вертикали и метнулось в сторону головы Ангелины. Искра влетела в её затылок — и воспоминания посыпались на меня, как из рога изобилия.

Я даже оторопел.

Так легко я не читал никого, даже простоватого Эла!

А тут всё, как на ладони. И не только за последние сутки, а как минимум за неделю! Возникло ощущение, что няня специально открывает для меня свои воспоминания или настолько мне доверяет, что ничего не хочет скрывать. А может, это просто из-за того, что Ангелина — маг низкого ранга.

Я не стал об этом задумываться, а начал просматривать всё, до чего мог дотянуться. Нужные мне дни, нужные мне места, нужных мне людей.

Сначала увидел всю прошедшую неделю поездки.

И то, как няня отбирала духовку у шеф-повара вагона-ресторана.

И то, как она месила тесто, делала начинки и пекла пироги, а потом угощала проводников и других работников поезда.

И то, как она смотрела на меня после схватки с колдунами в купе, а я глядел на неё, держа лабораторные щипцы, покрытые ртутной глазурью. Вид у меня был, прямо скажем, не самый испуганный, как бы я ни притворялся. И няня сразу это поняла.

Да, я увидел много чего.

Сборы няни в поезде и укладку в чемоданы утвари для стряпни, разговоры с пассажирами, рецепты из книги Чумной Природницы Агафьи, пересчёт баночек с зельями, кореньями и отварами, приезд в усадьбу…

Не увидел я только того, чего ждал — хоть чего-то подозрительного.

Оставалось просмотреть последние сутки — те самые сутки, которые начались вчера вечером, когда я уже ушёл спать в свою комнату, чтобы пораньше подняться и встретить прибытие своего рысаря.

Итак, вчера вечером няня провозилась на кухне допоздна.

Она подготавливала персики для пирогов и замешивала что-то в кастрюле, сыпала туда дрожжи, добавляла соли