Крылатая война 1915. Книга 2 - Антон Дмитриевич Емельянов

взгляд на летчиков с техниками, потом снова в небо. Вторая русская двойка действительно меняла траекторию полета. Если до этого они шли со стороны солнца, то, оказавшись ближе к земле, предпочли отказаться от удачного ракурса, чтобы не попасть даже под случайный выстрел… Вот только Макс не верил, что русские испугались. Нет, в моменте, когда, например, в их окопы врывались штрострупперы, даже эти варвары могли поддаться панике. Но именно в моменте. А сейчас в происходящем не было ни капли случайности.

Четкие действия сразу нескольких аэропланов говорили о плане. И новый совместный маневр не оставлял сомнений: пока все идет именно так, как задумали атакующие. Но что у них в головах? Их четверо против пятерых! У них нет прикрытия на земле! Они отказались от позиционного преимущества! В чем же тут план? Даже возможные потери не раздражали Макса так, как осознание того, что он просто не видит задумки врага.

Триста метров, двести, сто… Макс сжал зубы, оценив хладнокровие противника, который не стеснялся резать дистанцию почти вплотную. «Фоккеры» увидели русских и открыли огонь, но разогнавшиеся с высоты аэропланы просто не получалось удержать в прицеле. А потом небо словно кто-то расчертил белыми красками.

— Ракеты!

— Они выпустили по нашим ракеты!

Даже на земле зрители запаниковали, а уж что творилось в небе… «Фоккеры» начали уходить в стороны, подальше от летящих в них огненных зарядов, и Макс невольно оценил, как же медленно это было. Германские самолеты и до этого проигрывали врагу в скорости, а теперь словно и вовсе замерли на месте… Заработали русские пулеметы, и сразу два «Фоккера» полетели вниз.

Идущая сверху атакующая пара проскочила мимо оставшейся тройки и снова начала набирать высоту. Макс невольно подумал, что, в принципе, после такой операции потеря только двух аэропланов — это даже не критично. Всего пятьдесят тысяч марок, а вот пилотов, конечно, было жалко. Их готовить выходило гораздо дольше. Вот только еще ничего не было кончено. Увернувшиеся от ракет «Фоккеры» ушли в стороны и неожиданно оказались под прицелами чуть раньше свернувшей в этих же направлениях первой русской двойки.

Снова залп ракет, снова пулеметные очереди, и уже вся пятерка отправилась на землю. Это был самый настоящий разгром! Очень обидный — Макс скрипнул зубами, подумав, что должен сделать все, чтобы эта история не попала в прессу. Однако его следующая мысль была уже о другом. Да, потери неприятны, но то, что он своими глазами увидел новую русскую тактику в момент ее зарождения — это было даже неплохо. Теперь ее можно будет обдумать: найти способы противодействия, а главное, какие-то удачные моменты взять на вооружение и себе. Если сами русские к подобным атакам наверняка будут готовы, то вот французов и англичан подобный налет уже германских летчиков может очень неприятно удивить.

На лице Макса даже появилась улыбка, но быстро исчезла. Русские аэропланы, разобравшись с врагами в небе, не собирались так просто улетать. Они разошлись, набирая высоту, а потом, выдерживая безопасную дистанцию, прошлись над аэродромом и сбросили на тот каждый по легкой бомбе. Свист летящих вниз снарядов долетел до Макса раньше, чем кто-либо смог их разглядеть. Еще один обидный укол. Шансы попасть по чему-то с такой высоты были крошечными, и было очевидно, что русские проводят эту атаку, просто чтобы пройтись по германскому самолюбию…

Однако, даже понимая это, Макс все равно был недоволен. Идеальное планирование, идеальное исполнение, материальный и моральный урон. Что ж, теперь ему будет на что и на кого ориентироваться, пусть враг никогда об этом и не узнает. Генерал-квартирмейстер штаба главнокомандующего Восточного фронта Карл Адольф Максимилиан фон Хоффман задрал голову, чтобы каждый солдат запомнил, что он не боится смерти. Вот только одна из стремительно приближающихся черных точек летела прямо к нему.

Десять метров в любую сторону, и он бы отделался в худшем случае парой осколков. Увы…

— Неужели мне опять не везет? — выдохнул он, а потом разогнавшийся в полете снаряд ударил ему чуть ли не прямо под ноги. Злой рок?

* * *

Это было невероятно.

Операцию проверили прямо-таки по часам — я за этот бой чаще смотрел на секундную стрелку, чем по сторонам. Выманили врага, ушли от обстрела, вышли на ударную позицию… Я предлагал атаковать при первом же спуске, но Ткачев заранее рассчитал скорость взлета «Фоккеров», сектора обстрела с земли, и при заходе против солнца ну никак не получалось закончить пикирование в безопасной зоне. А учитывая, что мы шли почти с двух километров и нужно было выдержать серьезную такую дугу, чтобы не сломать крылья — в общем, мы бы действительно спустились слишком низко и подставились.

С другой стороны, это было в чем-то даже приятно. Выходило, что именно моя идея с ракетами позволила в итоге обойти все обычные методы защиты, давая серьезное преимущество даже при лобовом столкновении. Что немного грустно — мы свои ракеты выпустили, потом расстреляли по целому барабану, а сбили только один «Фоккер» из пяти. И это несмотря на все тележные тренировки!

— Как, сбили один? — удивился Ткачев, когда мы вернулись и начали по горячим следам разбирать результаты вылета.

— Так точно, один, — подтвердил мои слова Микаелянц. — Второй сам упал.

— Он же и так вверх летел, почти критический угол атаки, — пояснил я. — А тут еще поворот заложил, не заметил, как замедлился больше, чем можно… Или осознанно пошел на риск, решив, что спасает самолет от неизбежного столкновения с ракетами, вот воздух с крыла окончательно и сорвался. У вас, кстати, один тоже… Сам.

— А ведь и правда, — задумался Божич. — Он начал падать еще до того, как мы открыли огонь. Тогда не обратил внимание, а вот сейчас… Надо будет теперь самим еще внимательнее следить за скоростью, если подобные свалки начнут случаться все чаще.

— Может, тогда попробуем собрать спидометры для самолетов? — быстро предложил я. — Инстинкты — это хорошо, но у нас же скоро будет все больше и больше новичков появляться. А им так будет гораздо проще. Скорость, высота — с ними наши возможности очень сильно вырастут. Те же полеты в облаках или в темное время суток.

— Альтиметры на основе барометров можно собрать самим, — задумался Ткачев. — Вы же такие видели на «Фоккерах»? А вот с трубками Пито для скорости все не так просто. Они же ловят входящий поток воздуха, а он в свою очередь сильно зависит от фонового ветра. Их пробовали ставить на тестовые аэропланы в Каче, но вот хоть как-то ориентироваться на их результаты