Крылатая война 1915. Книга 2 - Антон Дмитриевич Емельянов

— Сиди! Не трогай самолет! — тот перешел от жестов к словам.

Мамаев хотел было спросить, что же случилось, когда его взгляд зацепился за покореженный фюзеляж одного из аэропланов первой двойки. Сначала мелькнула мысль, что это Крылов опять немного разбился — он умеет — но нет. С опущенным носом стоял не «Бристоль», а «Моран». Значит, корнет Марков. Поручик уже подумал, как обязательно над ним подшутит, но тут увидел, как к нему, подхватив под плечи, тащат того самого Маркова.

Похоже, ему досталось при посадке. Значит, теперь по плану «Э — эвакуация» он должен будет доставить раненого в госпиталь как можно быстрее. Не очень хорошо, но это они тоже учитывали. Мамаев постарался собраться, однако, как оказалось, это было далеко не все. Как только корнета разместили — почему-то не у него, а в «Моране» Микаелянца — уже в его сторону потащили еще одного раненого, штабс-капитана Котлинского.

И вот сразу двух выбывших, да еще и того, что одним из них окажется разведчик, они точно заранее не предусмотрели.

* * *

Стараешься все учесть? Не спишь ночами, ломаешь мозги… Это никогда не помешает судьбе рассмеяться тебе в лицо. Сам перелет прошел нормально, но вот во время посадки самолет корнета Маркова поймал «ошибку двигателя». В смысле, как это периодически случалось со всеми моторами в это время, что-то сломалось. Повезло, что «Моран» после этого не развалился. Не повезло, что это случилось при посадке, отчего самолет с пассажирами прямо-таки швырнуло о землю.

Когда я подбежал к ним, то чуть ниже колена Котлинского торчал обломок кости — открытый перелом. У Маркова также в ногах было внутреннее кровотечение, и не скажешь, что это сильно лучше. Пришлось поработать медиком, к счастью, жгуты Эсмарха что тогда, что в 21 веке почти не отличались. Потом быстро перетащили обоих раненых на самолеты второй волны. Тащили я и только что севший Микаелянц, а немного растерявшийся Рокоссовский выкидывал из «Моранов» лишние грузы. Лишние для полета, но полезные для нас…

— Вот же, — Котлинский потер лоб, стараясь не сорваться на стон. — Даже запланировали, что делать, если одного кого-то поранят, а про двоих… не подумали.

— Все не предусмотреть.

— Ваш Ткачев молодец, — словно не услышал меня Котлинский. — Если бы не лишний самолет, так бы и встряли.

— Но он был. Так что взлетайте давайте, мы справимся, — я проводил взглядом оторвавшийся от земли «Моран» с Марковым. До Волковыска лететь чуть больше часа, но рядом госпиталь 3-го корпуса, туда Микаелянц доберется меньше чем за тридцать минут. Нормально! Про то, чтобы он напомнил про ослабление жгута, а будет надо, и сам это сделал, я ему сказал.

— Константин Константинович, — Котлинский сглотнул, беря себя в руки после очередного приступа боли. — Мы с вами все что нужно проверяли на полигоне. Вы все знаете, все можете, у вас обязательно получится. Не подведите, братец!

— Не подведу, — Рокоссовский тоже взял себя в руки.

— Я помогу, — добавил я.

— Вы его, главное, потом встретьте… — Котлинский снова меня не услышал. Ну все, это уже совсем нехорошо!

— Искандер Камилевич! — крикнул я Мамаеву, еще раз проверяя крепление разведчика. — Все! Летите! Прямо в госпиталь! И на месте хоть морду бейте тому, кто попробует вас остановить, но чтобы Илью Карповича сразу взяли на операцию. Поняли?

— Так точно! — Мамаев ответил уже на ходу, запуская двигатель на горячую и сразу начиная разгон.

Вот мы и остались вдвоем. Два человека, один из которых никогда не готовился для операций на земле. Два самолета, один из которых никогда больше не поднимется в небо — сколько взяли запчастей, но с поломкой «Гнома» на месте никто не справится. Зато ломать не строить — диверсия на железке нам была все еще по плечу!

— Иван Андреевич, вас я с собой не возьму, — Рокоссовский попробовал состроить грозное лицо.

Нет, он серьезно это сделал, и как у командира десятка драгун у него это даже неплохо вышло, опыт точно был. И окажись рядом его люди, это на самом деле могло бы сработать: он бы принял геройское решение, они бы поддержали командира. Все молодцы, задание провалено…

— Как старший офицер, пожалуй, возьму командование на себя, — я улыбнулся и покачал головой. — Будем работать оба, а тут все равно делать пока нечего.

— Иван Андреевич, ну вы же даже в учениях не участвовали.

— Как командир, — спокойно продолжил я, — назначаю себя носильщиком. А вам, вахмистр Рокоссовский, приказываю приступать к выполнению операции по заранее подготовленному плану.

— Есть, — Рокоссовский пару секунд смотрел на меня, потом махнул рукой, улыбнулся и помог накинуть лямки от мешка со взрывчаткой.

Сам он нагрузился проводом, лопатой, аккумулятором, и это было только то, что я сумел рассмотреть среди взятых им вещей. Потом Рокоссовский еще раз проверил крепления, у себя и у меня, чтобы груз сидел плотно и ничего не натирал. И вот мы, наконец, выступили. До железной дороги от выбранной нами точки было около семи с половиной километров: учитывая, что идти придется через лес, в лучшем случае это два часа. Это с Котлинским драгун мог бы управиться быстрее, а вот со мной как бы и не все три пришлось топать, но это было точно лучше, чем если бы Рокоссовский собрался тащить на себе вообще все грузы.

Два шага — вдох. На месте нужно будет хорошенько покопать, чтобы правильно установить взрывчатку, потом вернуться. Два шага — выдох. Потом надо будет дождаться поезда — сколько еще это займет? Взгляд невольно поднялся к небу, где горизонт уже начали заполнять черные тучи. Если мы хотим, чтобы нам не встали на след, то нужно будет убраться отсюда до грозы… Успеем ли?

Глава 16

Говорят, что оружие становится боевым, только испив крови врага. Что-то мне подсказывает, что сапоги — это тоже немного оружие. Потому что они тоже принимают хозяина только через кровушку! И ведь сколько я в них уже ходил, сколько учился правильно крутить портянки, а все равно… Посередине пути пришлось сделать остановку, чтобы перевязать ноги.

— Константин Константинович, давайте быстрее, — не выдержал я, когда Рокоссовский после этого, жалея меня, попробовал занизить темп. — Тучи! Время! Если не успеем все сделать и убраться до грозы, то пара кровавых мозолей станет моей самой незначительной проблемой.

— Ну ладно, — драгун словно принял вызов и пошел даже быстрее, чем раньше.

Ну, а я подхватил темп — со стертыми ногами я теперь даже не