Код волхва. Книга 3 - Алексей Даньшин

для обозначения хвастливого и самонадеянного человека, который храбрится только вдали от опасности, а при реальной угрозе проявляет трусость. Оно мне надо?

— Ну да… Хрень.

— Так что Алёша — в самый раз.

— Ладно. Ульрих! — громко позвал я сотника.

…

Ульрих вошёл, едва я только окликнул его.

— Значит так. Этот парень, Алёша, теперь будет при мне неотлучно. Одеть. Обуть. Накормить. Много он не ест. Так ведь? — я обратился к Алёше.

— Точно так, княже, — поклонился синт. — Благодарствую!

Ника идеально сходу вписалась в образ, я даже чуть не присвистнул от удивления. Молодой увалень, будто только из деревни в Киев приехал. Даже лёгкую неуверенность и подобострастие добавила во взгляд.

— А то ж, — промурлыкала она у меня в голове, глядя мне в глаза из тела Алёши. — Не лаптем щи хлебаем!

— Ну пошли, что ль, — неласково обратился сотник к моему новому воину. — Покажу, где спать и столоваться будешь.

Алёша вышел в дверь, предварительно опять мне поклонившись, а Ульрих повернулся ко мне и уточнил:

— А он кто?

— Вместе учились. Он как брат мне. Нашёлся вот.

— Радость-то какая! — проговорил Ульрих совсем не радостным голосом. — А я его по двору валять хотел.

— Повезло тебе, — я хлопнул варяга по плечу. — Его волхвы учили. Повалял бы он и тебя, и дружину мою всю, и поодиночке, и всех сразу.

— Ника, ты ведь моих парней теперь и тренировать сможешь?

— Я так и знала, что работу мне сразу найдёшь!

— А чего хорошему инструменту простаивать зря? Вот и будет ему первое применение.

Я задумчиво посмотрел на сотника и кивнул ему:

— Он вас учить будет.

— Чему?

— Как чему? Людей убивать. И не только.

— Зачем? — Ульрих хлопал глазами, всё больше офигевая от привалившего ему и парням счастья.

— Затем! — подвёл я итог нашему диалогу.

После чего слегка подтолкнул его в сторону двери.

— Ступай. Я скоро выйду и посмотрю, как вы его науку принимать будете.

Я ведь, когда Горемыслу говорил, что на стрелку не один приду, имел в виду десяток лучших парней Ульриха. А тут вот так планы меняются, что теперь можно одного Алёшу с собой прихватить.

И опять на ум пришло, что такие своевременные подгоны мне жизнь тут делает уже не первый раз.

— Ника, а может, Алёшу всё-таки кто-то подослал специально?

— В логах у него ничего такого нет, — тут же успокоила меня Ника.

Ладно. Но где-то глубоко в душе искорка моей любимой паранойи снова вспыхнула. Верить в случайность таких совпадений я уже давно перестал.

Как-то быстро и легко у Ники синхронизация с этим синтом прошла. Не то, что с Еленой.

Но пока приходится «улыбаться и махать». А там видно будет.

…

Я сходил в уборную. Потом умылся и постарался привести мысли в порядок. Как-то слишком много на меня тут всего опять навалилось.

— Не жалеешь ты себя! Отдохнуть тебе надо! — ехидный голос Ники в голове был странно похож на какого-то телевизионного персонажа.

— Издеваешься, — вздохнул я даже без вопросительной интонации.

— Вот ещё! Может, пир отходной забацаешь? Князя пригласишь, дружину. Вино, танцы, девочки… А? Князь ты или не князь?

— Ника, ты, как тело получила, совсем охренела, что ли?

— А что не так?

— Тут война на носу, а я пиры буду закатывать?

— А выпить с князем Ярославом на ход ноги!

— Это другое! Да и уезжаю я не завтра.

— Я серьёзно! — Она поменяла тон с игривого на действительно серьёзный. — Такие пиры не быстро готовятся. Тут ритуал особый нужен. Князь на войну собирается.

— Да? Чё-то я об этом не подумал. Спасибо за подсказку!

— Обращайся.

Я позвал Колывана и начал ставить ему задачу по подготовке встречи князя. Вопрос с его приглашением к себе в дом я решил не затягивать и уже завтра оговорить с ним этот момент.

А с улицы опять донёсся крик. Да не один.

— Ника?

— Всё нормально! Меня тут в воинское братство принимают. Мальчики развлекаются перед началом тренировок. Травм не будет. Я аккуратненько.

Блин. Ульрих всё-таки решил Алёше проверку устроить. Но, с другой стороны, пусть. Алёша всё-таки не боевой синт.

Но в нём ведь Ника сейчас. Блин!

Я поднялся из-за стола, отослал Колывана и вышел во двор.

Десяток дружинников лежали вповалку на досках двора, еле шевелясь. В дальнем углу у стены на бочке сидел Ульрих и ошалело глядел на своих парней. А в центре этого натюрморта спокойно стоял Алёша и поглядывал на всех с усмешкой.

— Алёша, — крикнул я ему, чтобы все во дворе слышали, — ты, как наиграешься, займись их подготовкой. Ульрих, построй парней, как очухаются.

Алёша только поклонился в мою сторону и взглянул на сотника вопросительно.

— Сделаю, княже, — отозвался сотник и потом закашлялся. Видимо, в горле у него пересохло.

— Ника, ты мне только авторитет Ульриха не роняй.

— Всё будет в лучшем виде, — ответила она мне. И тут же я услышал голос Алёши:

— Прощения прошу, господин сотник. Но вот эти двое, — он указал на лежащих без чувств двух гридней, — ножи вытащили вопреки вашему приказу. А ведь приказ княжьего сотника воям надо исполнять точно и быстро.

Ульрих косо посмотрел в мою сторону, подходя к месту побоища.

— Всё так говоришь, Алёша! Ты молодец! — сотник опять покосился на меня. — А ну, олухи, встаём и строимся! А кто в следующий раз приказа ослушается, того сразу из дружины попру. Все слыхали?

…

По-хорошему, этих двоих уже сейчас стоило бы выгнать взашей. Но варяг решил не жестить. Он ведь и сам уже было за мечом потянулся, когда увидел, как его парней по доскам разматывает этот малый. Но теперь он посматривал на него с особым уважением. Силу варяги ценят. А этот здоровяк себя уже показал.

Вот только в Алёше было что-то такое, что заставляло бывалого воина отворачивать взгляд. Ведь на него будто сама смерть смотрела из глубины глаз этого монстра в человеческом обличье.

…

…

Глава 16

С Шастуном мы проговорили почти до полуночи. Информация о походе в тангутское царство за шёлком его сильно возбудила. Изначальный план с маршрутом до Трапезунда пришлось корректировать основательно. Но никакого отторжения у волхва новый вариант не вызвал. Глазки вон как горят.

Про опасности пути он был прекрасно осведомлён. Но тут было существенное отличие от всех караванов, которые по этому пути ходили ранее. Он повезёт товар, который никто ещё не видел и не понимает его ценности, пока сам Шастун камешки не активирует для