Цвет любви - рыжий! - Наранга

в самой сердцевине ее существа, что-то возмутилось, отклонило чужеродное вторжение. В ушах прозвенел тонкий, высокий звук. Колдовская атака споткнулась, забуксовала и отступила, не сумев выполнить свою задачу до конца.

Лицо женщины осталось невозмутимым, лишь брови чуть приподнялись в легком недоумении. «Наверное, заколка помешала», — мелькнуло у Алисы, и она едва не протянула руку, чтобы ее потрогать. Но сдержалась. Ведь отнимут! И тогда она забудет… Нет, только не это!

Когда она очнулась, то обнаружила, что стоит одна в том же тронном зале. Повернувшись, увидела пажа. Тот снова показал ей дорогу. На этот раз ее отвели в покои — просторную комнату с высоким окном, за которым бушевало невидимое в темноте море.

Там была огромная кровать с балдахином, купель, уже наполненная горячей водой с ароматными маслами, и чистая одежда, разложенная на стуле. Несмотря на все унижения и угрозы, ей оказывали поразительное почтение, достойное, должно быть, коронованных особ.

Алиса понятия не имела, какое почтение кому должны оказывать, но определенно ее ничтожеством не считали, иначе выкинули бы прямо в море. В крутом нраве местных жителей она не сомневалась.

Она помылась, надела мягкую рубашку и легла в постель, но сон не шел. Мысли вихрем проносились в голове. Все, что случилось за этот день — похищение, спасение, встреча с Ксандром, ошеломляющее откровение о его истинной сущности, конфликт с матерью…

И самое главное — странное, непреодолимое чувство, что она не просто влюбилась с первого взгляда, а нашла часть себя, потерянную так давно, что и не помнила, когда ее теряла. Она любила его. Всегда. И теперь знала это.

И почему магия такой могущественной волшебницы не подействовала на нее? Только ли из-за заколки? А из-за заколки ли вообще? Та, кто ее подарила, ничего не говорила о защитных свойствах. «Неужели я это… сама?» — мысль показалась Алисе невероятной, но многое объясняла.

В этот момент она поняла, что не одна. В глубине комнаты что-то шевельнулось! Но дверь и окно закрыты. Она испуганно приподнялась на локте, но тут же узнала его.

В полутьме, приложив палец к губам, стоял Ксандр. Видимо, призывая ее к тишине. Она кивнула. Он провел рукой по воздуху, и Алиса почти физически ощутила, как вокруг них опустилась невидимая звуконепроницаемая завеса. Фоновой гул замка, доносившийся сквозь стены, исчез. Исчезли и едва слышные звуки прибоя.

— Теперь можно, — громко произнес он. — Разве я не сказал тебе оставаться на месте?

Алиса, слегка запинаясь (но не от страха, а от нахлынувших чувств), рассказала ему о визите его матери и о попытке стереть память.

Он выслушал, его невеселое лицо помрачнело еще больше.

— Она не должна была этого делать. Но она действует так, как считает нужным для безопасности нашего дома. Эх, если бы отец…

И замолчал. Тогда Алиса, желая перевести тему, спросила:

— Ксандр… это Александр?

Он на мгновение показался озадаченным, потом в его глазах мелькнуло понимание.

— Да. Так у вас называют.

Алиса рассмеялась. Ей вдруг стало так легко и комфортно, словно они знали друг друга сто лет.

50

Алиса стояла на балконе своей городской квартиры. За окном лил дождь. Струи воды, словно прозрачные змеи, извивались по стеклу, искажая огни ночного города. В голове была пустота. Она помнила, что должна что-то сделать, что-то очень-очень важное, но никак не могла вспомнить что.

Потом вспомнила — конечно, позвонить маме. Она же вернулась от бабушки. Надо же, так устала, что сразу свалилась спать, а тут еще этот дождь… Гроза. Да, была гроза. Очень сильная. Гром гремел, словно небо раскалывается на куски, а молнии били где-то совсем рядом, заливая комнату ослепительным, пугающим светом. Почти как тогда… как тогда где? Мысль снова ускользнула.

Она набрала номер мамы. Трубку не взяли. Тогда она отправила сообщение: «Привет, мам, я приехала».

Потом пошла на кухню. На подоконнике — горшок с мятой. Совсем засохшей. Ей стало грустно. Она же просила поливать…

Алиса села на кухонный диванчик, чувствуя себя потерянной и опустошенной. Что-то было не так. Что-то важное отсутствовало, оставляя в душе зияющую дыру. Она не понимала, что с ней.

Просидела так довольно долго. Дождь за окном не прекращался.

Вдруг из коридора донесся звук. Тихий, но отчетливый. Там было темно, свет горел только на кухне. Алиса насторожилась, потом медленно пошла на звук. Войдя в коридор, она вгляделась в темноту и замерла. Из полумрака на нее смотрели два ярко-зеленых, светящихся глаза.

От неожиданности и страха она отпрыгнула назад, больно ударившись спиной о стену. Дрожащей рукой нащупала выключатель и щелкнула. Свет залил прихожую.

Напротив нее, у входа в гостиную, сидел кот. Огромный, дымчато-серый. Он сидел неподвижно, словно изваяние, и его пронзительный взгляд был устремлен прямо на Алису.

Ошеломленная, она прошептала:

— Ты откуда взялся, котик? Ты чей?

А в голове пронеслась нелепая мысль: «Мама что ли оставила? Кто-то подбросил? Ленка? Через окно влез?» Но окна были закрыты.

«Наверное, проскользнул в дверь, когда я заходила, ведь так устала, могла не заметить», — нашла Алиса правдоподобное объяснение. Главное в правдоподобных объяснениях, что они удовлетворяют и успокаивают.

А кот тем временем медленно поднялся и, не отводя от нее взгляда, сделал несколько шагов в ее сторону. Он подошел почти вплотную, посмотрел на нее снизу вверх и отчетливо произнес:

— Ну ты тупая…

И тут в ее сознании что-то щелкнуло. Память хлынула через разрушенную плотину: Любава, Влад, деревня, поле подсолнухов, Древняк, Саша, его голубые глаза, его прикосновения, замок, бушующее море…

С криком, в котором смешались восторг, облегчение и безумие, она наклонилась, схватила кота и подняла его на руки. Он был тяжелым и мягким. Она начала кружиться с ним по тесной прихожей, прижимая к груди и смеясь сквозь слезы.

— Котофей Игнатьич! Ты ли это! Ты ли!

Кот потерпел приличное время, а потом вывернулся из ее объятий и с достоинством упал на пол.

— Отстань немедленно! — проворчал он, отряхиваясь.

— Что же ты раньше молчал? — захлебываясь, спросила Алиса.

Он бросил на нее еще один свой кругло-зеленый взгляд:

— Раньше не надо было.

И, развернувшись, скрылся за углом в гостиную. Алиса бросилась следом, но там никого не оказалось. Пусто.

Так. Померещилось? Может, она и правда сошла с ума? Или все это был сон? Долгий, яркий, мучительный и прекрасный сон?

Она встала на колени и очень внимательно изучила пол. Ни шерстинки.

Алиса вернулась на кухню и подошла к засохшей мяте. Полила ее. Потом, почти на автомате, вспомнила то ощущение —