Бог сломленных - Кэмерон Джонстон

убийства всех, кто сопротивлялся, тысячи скаллгримцев, расположившихся лагерем в долине внизу, убирали шатры и складывали припасы. Очевидно, что их следующая цель – Кил-Нот.

Все семеро магов Арканума молча смотрели на огромную армию, которую нам, жалкой горстке людей, предстояло остановить, чтобы она не прорвалась через территорию горцев и не вышла к плоским и плодородным угодьям, лежащим впереди. Мы должны продержаться до прибытия подмоги, но лично я сомневался, что удастся задержать их больше чем на несколько дней, если только боевой опыт Эвы не сотворит чудо. Оставалось надеяться, что Крандус и остальные члены Арканума вот-вот сровняют Железный порт с землей и скоро поспешат на запад, чтобы зайти этой армии в тыл.

Винсент вытер пот со лба, во все глаза глядя на армию Скаллгрима.

– Так сколько у врагов солдат? Четыре-пять тысяч самое большее, да?

Секка поежилась и надвинула черно-белый капюшон на лицо, как будто пытаясь спрятаться.

– Скорее, пять-семь тысяч.

Мы с Эвой переглянулись.

– Люди – не самая большая проблема, – сказала она. – Мы разберемся и с бо́льшим числом, загнав их в бутылочное горлышко в узких горных перевалах, но демоны – это кошмар, все равно что крылатая кавалерия. Брайден, скольких ты возьмешь на себя?

Аэромант прищурился, глядя в небо над дуном Байлиолом, и занялся подсчетами. Но быстро понял, что это бессмысленно.

– Слишком мало, если они накинутся на нас целым роем.

– И это еще не все, о чем нам следует беспокоиться, – добавил я. – На месте скаррабусов я заразил бы кого-нибудь из крылатых демонов. Тогда у проклятых тварей будут глаза в небе, они тут же увидят все, что мы делаем, и передадут остальным на землю.

Эва выругалась:

– Войны выигрывает тот, кто раздобыл больше информации о противнике. Все наши ловушки и обманные маневры окажутся бесполезными.

Кормак потеребил рыжую бороду и мотнул головой в сторону Секки.

– Возможно, с этой проблемой разберется она.

Мастерица иллюзий поморщилась.

– Можно исказить свет над обширной областью. Не уверена, что эффект продержится долго, но попытаюсь.

Гренвилл нахмурил кустистые брови:

– Просто попытаться маловато. Нужно испробовать эффект, и поскорее. Иначе мы будем рассчитывать на него, а ничего не выйдет. В любом случае это же демоны. Кто-нибудь в курсе – костяные стервятники охотятся только с помощью зрения или использую также слух и нюх?

Эту тревожную деталь я упустил из виду.

К счастью, у нас была Эва, и она специально училась убивать таких тварей.

– Костяные стервятники похожи на обычных хищных птиц, они охотятся главным образом с помощью острого зрения. Больших летающих ящеров я прежде не видела, но вполне можно представить, как они убивают.

Пока мы спорили, я почуял, что кто-то приближается снизу – судя по магической ауре, друид, и я его узнал: тот, кто вел допрос, Мердок.

Если зараженный скаррабусом шпион узнает о наших планах, мы покойники. Я повернулся к остальным, пока он не оказался в пределах слышимости.

– Не болтайте лишнего, друиды не заслуживают доверия. Некоторые из них заражены скаррабусом.

Насколько я знал, речь шла только о Мердоке, но я хотел посеять недоверие и к другим. Они все были против меня, с моей бабкой во главе, а лишняя осторожность никогда не помешает.

На лице Эвы была стальная маска, остальные маги носили собственные маски. Все мы проходили обучение в Аркануме, и новички быстро учились хранить секреты, которые могут быть использованы против них. Дети – самые безжалостные говнюки.

– Приветствую, – сказал я, притворившись, будто только что заметил вновь прибывшего.

– Эдрин Бродяга, – кивнул он. – Меня зовут Мердок. Я пришел, чтобы увидеть все своими глазами, пока другие спорят и разевают рты, как старые бабки в таверне. – Он уставился на разгромленную крепость, и я внимательно следил за эмоциями на его лице, ожидая увидеть целую череду, начиная с ужаса… И ничего. Я уже наблюдал подобное у вероломного мага Харальта: скаррабус внутри него извращал разум и чувства в своих целях. Когда скаррабусу требовалось взять бразды правления в свои руки, все человеческие эмоции и сострадание улетучивались.

– Гнусные мерзавцы, – сказал он. – Такое нельзя оставить неотомщенным. Каков план и чем я могу помочь?

Его голосу недоставало убежденности и гнева.

План? Ему повезет, если я… Я моргнул. Вообще-то, план у меня есть, и очень хороший. Я посмотрел вниз, на наше маленькое войско, сидящее на снегу, чтобы передохнуть, пока мы размышляем. Вон привел с собой того злобного пони, Кусаку, с провизией и другими припасами. Отличная наживка. Должно получиться.

Я указал на злобное животное.

– Сейчас самое подходящее время. В тюках на этом пони – наше лучшее магическое оружие, его достали из сокровищницы под развалинами Ордена магов. Когда опустятся сумерки, мы всемером снова соберемся здесь и пустим в ход это великолепное творение геомантов, оно такое мощное, что обрушится весь утес и отрежет долину. Мы похороним скаллгримских ублюдков под тоннами камня. И победим одним ударом.

Мердок посмотрел на пони, и лишь дернувшееся веко выдало чувства. Скаррабус внимательно слушал мои слова.

– Пока мы работаем, нас нельзя отвлекать, природа этой магии исключает присутствие простых людей. А ты и несколько твоих самых доверенных Одаренных друидов будете нас охранять.

Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то нечеловеческое.

– Ага, думаю, мы устроим врагам маленький сюрприз.

Я хлопнул его по плечу:

– Превосходно, значит, уже вечером мы будем праздновать победу.

От прикосновения к чудовищу кожа на моей руке покрылась мурашками. Мне было жалко того, что еще осталось в этом теле от бедняги Мердока, но эту ночь он не переживет, а на его месте я предпочел бы смерть порабощению.

Мы обменялись еще несколькими ничего не значащими словами, и он ушел собирать единомышленников для нашего небольшого ритуала. Я подождал, пока он скроется из виду, и ухмыльнулся остальным магам.

Эве мой взгляд не понравился:

– Что ты задумал, пронырливый говнюк?

Услышав из ее уст ругательства, Гренвилл окаменел, но, похоже, был согласен с определением, касающимся мага из простонародья вроде меня. А еще изнывал от любопытства, прекрасно зная, что у меня нет магического оружия, способного уничтожить всю долину, подобный подвиг не по зубам даже ему с Кормаком.

– Он уже не человек, его тело носит скаррабус, как Эва носит доспехи.

Остальные в ужасе переглянулись, а Винсент охнул и сердито уставился на меня.

– Предатель! Ты рассказал ему о нашем оружии!

Даже Брайден, чья голова наполнена одним воздухом, как у любого аэроманта, смерил его презрительным взглядом.

– Ты что, уже надрался?

Винсент покраснел, хотя до него все равно не дошло.

Я вздохнул: