Ученик гоблина 3 - Марко Лис

и Арах, которые ещё недавно готовы были перегрызть друг другу глотки, вдруг сплотились. Юный гоблин даже помогал ненавистному человеку извлекать останки гномов из разрубленных доспехов.

Даже не слыша о чём говорят ученики, шаман точно знал — они боялись химеры. Боялись настолько, что даже забыли о взаимной неприязни.

Да, он специально измазался кровью. Да, привёл за собой тварей. Но чтобы они сами, без единой подсказки, сложили два и два и сделали абсолютно неверный, но такой удобный для него вывод…

Старик прикрыл глаза, пряча довольный блеск.

Идиоты. Какие же они всё-таки идиоты.

Они сами, без всякого давления, пришли к выводу, который он планировал им внушить. Экономия времени и нервов. Прекрасно.

Зуг’Гал медленно прожевал брикет, запил водой из бурдюка.

Химера мертва. Руна у него в кармане. Вся опасность, ради которой он готов был рискнуть учениками, исчезла. Осталась только необходимость выбраться на поверхность, сохранив влияние на учеников.

Он получил то, что хотел. Пусть и не в том объёме, на который рассчитывал. А эти двое… пусть думают, что переиграли старого гоблина. Пусть верят, что смогли навязать ему свою волю. Это только укрепит их уверенность в себе, что пойдёт обоим на пользу.

Зуг’Гал дождался, пока они закончат возиться с хребтами, и лишь после этого поднялся.

— Собирайтесь, — бросил он, даже не глядя в их сторону. — Выдвигаемся, нэк.

Зуг’Гал собирался отыграть спектакль до конца.

— Куда, учитель? — спросил Менос. В его голосе слышалось напряжение.

— А сам как думаешь? Или по-твоему меня так какие-то никчёмные крысята подрали? — гоблин кивнул на тушки дохлых прыгунов.

— Мы не пойдём за химерой! — Менос покосился на Араха и гоблин закивал, выражая согласие. — Мы измотаны, наши руны на перезарядке. И где-то там бегает орк-отступник. Извините, но мы не пойдём с вами, учитель.

Парень с вызовом смотрел гоблину прямо в глаза. Зрачки Меноса переливались ртутью, демонстрируя, что он готов отстаивать свою позицию даже силой.

— Уверен?

— Абсолютно, наставник.

— Значит, идём к выходу, нэк, — неохотно буркнул старик, делая вид, что каждое слово даётся ему с трудом. — Девчонку мы не догоним. А руны… — он махнул рукой, изображая горькое сожаление. — Мои руны седьмой орбиты безвозвратно утеряны.

Он специально произнёс это.

— Вы уверены? — осторожно спросил Арах.

— Я сказал — утеряны, — рявкнул Зуг’Гал, и в его голосе на этот раз не было притворства. — Не заставляй меня повторять, нэк.

Арах мгновенно заткнулся.

Менос кивнул, поднимая свой двуручник.

— Тогда нам нужно определиться с маршрутом.

Зуг’Гал посмотрел на него долгим взглядом.

— Возвращаемся к шахте с зеркалами, нэк. Какой ещё маршрут тебе нужен?

Он зашагал к выходу из зала, даже не обернувшись.

Сзади зашаркали ботинки учеников. Арах тихо переговаривался с Меносом, обсуждая что-то своё. Зуг’Гал не вслушивался, он уже думал о другом.

* * *

Когда я твёрдо заявил, что мы с Арахом больше не сделаем ни шага вглубь этих проклятых тоннелей, повисла пауза. Я ждал чего угодно: вспышки ярости, язвительных насмешек или того, что старик в качестве главного аргумента призовёт свой излюбленный кнут молний.

Но старик просто кивнул. Согласился, даже не попытавшись оспорить моё решение.

Это было настолько странно и неожиданно, что я на мгновение растерялся. Я выстроил в голове целую оборонительную линию из логических доводов. Упомянул и нашу крайнюю истощённость, и непредсказуемость химеры, которая в одиночку вырезала гнездо, и опасность столкновения с новыми отрядами гномов. Я был готов доказывать, что преследовать существо, поглотившее руны седьмой орбиты, это не просто риск, а гарантированное самоубийство.

А он просто взял и отступил. Слишком легко и как-то слишком быстро для того, кто ещё час назад был готов зубами вырывать своё имущество, рискуя жизнью.

Я решил для себя, что дело в уязвлённой гордости.

Вероятно, когда он столкнулся с Талли и осознал, что разрыв в силах стал непреодолимым. Гоблинское упрямство столкнулось с холодным расчётом выживания, и расчёт победил. Учитель просто не мог открыто признать свою слабость перед нами, вот и разыграл это короткое представление с «утерянными надеждами», чтобы сохранить остатки авторитета.

Хотя, когда речь идёт о гоблинах, понятие «чести» всегда пахнет обманом. В глубине души шевелилось неясное беспокойство, что-то в его покорности было неправильным.

Но боль в бедре и общая усталость быстро заглушили эти мысли. И мне было выгодно поверить в его слабость, чем копаться в истинных причинах.

Сборы были короткими.

Мы не стали задерживаться в зале, оставив позади горы мёртвых гномов, мы двинулись обратно к центральным залам.

Путь до помещения с шахтой зеркал занял больше времени, чем рассчитывал. Приходилось часто останавливаться. Арах вздрагивал от каждого шороха, а моя нога, несмотря на рунную латку, хоть и не кровоточила, но начинала ныть при каждом подъёме.

Зуг’Гал шёл впереди, опираясь на посох больше, чем обычно.

Когда мы наконец вышли к залу, где в сводах зияла чернота вентиляционного колодца, окружающая обстановка резко изменилась. Здесь больше не было той пыльной тишины заброшенных складов. Холодный свет, отражённый от сотен зеркальных пластин, дробился на гранях и падал на пол неровными, подрагивающими пятнами.

И в этом свете нас уже ждали.

— Назовитесь, чужаки! — хриплый низкий голос отразился эхом от стен.

Аккурат под шахтой, перекрывая единственный путь к подъемникам, выстроился заградительный отряд. Их было вдвое больше, чем тех, с кем мы схлестнулись.

Закованные в тусклую, иссечённую знаками сталь, воины стояли монолитной стеной. Глухие шлемы с узкими прорезями были повёрнуты в нашу сторону. Ростовые щиты с вытравленными гербами Подгорного Королевства плотно смыкались, не оставляя ни единой щели. За спинами щитоносцев я увидел характерные очертания громовых ружей и взведённые арбалеты.

В этот момент я испытал огромное облегчение, радуясь, что старик запретил нам с Арахом собирать трофеи с убитых гномов. Так что имелась небольшая вероятность, что удастся разойтись миром.

Ведь без химеры против такого количества врагов у нас ни единого шанса на победу.

— Стоять, — скомандовал командир, и строй щитов впереди дрогнул, выдвигаясь на полшага. — Назовитесь.

Зуг’Гал остановился, навалившись на посох. Он выждал пару секунд, восстанавливая дыхание.

— Простые путники мы, — проскрипел старик. — Заблудились в этих лабиринтах. Ищем путь на поверхность, только и всего, нэк.

Командир гномов не шелохнулся. Из-под глухого шлема донёсся короткий смешок.

— Простые путники гуляют по дорогам, там — наверху, — гном указал облачённой в сталь рукой в сторону