Медоед 10 - Макс Гудвин

— Разрешите вас обнять?

— Иди сюда. — произнёс я, протягивая к ней руку, и она прильнула к моей груди, а я обнял эту безумную мстительницу мужикам обеими руками и чуть прижал.

Далее мы начали искать себе такси, и поняли, что китайцы оцепили весь квартал, и тогда я снова написал в ОЗЛ-спецсвязь: «Нахожусь у здания центра кибернетики Пекина, прошу эвакуации в отель, также ходатайствую о присвоении очередного звания „старший лейтенант“, лейтенанту Чекалиной Валерии Евгеньевне за героизм и находчивость во время выполнения боевой задачи».

И получил ответ от Енота: «Всё, сейчас решим с доставкой тебя и Леры. Вы сами как, не ранены?»

«Мне тварь снова яйца скрутила. Просил же себе железную ракушку».

«Ракушка будет, но в Пекине есть куча магазинов тайского бокса. Ты тоже можешь её купить».

«Мне Родина ракушку обещала. Купить — значит предать её старания». — отписался я и спрятал сотовый.

Понятно было что «Эвакуация» будет, но когда она будет — было не очень понятно. Хотя это я так, шутя, её называл эвакуацией — это больше походит на трансфер. И в какой-то момент из здания бодро и зло вышел тот мужичок, круглый и с перемотанными наспех бинтами кистями. Он что-то кричал на китайском в проём двери и грозил пальцем. А когда повернулся и увидел нас, на его хмуром и круглом лице расцвела улыбка.

— А, хорошо, что вы ещё тута! — произнёс он.

— Лучше тута, чем тама. — выдал я.

— Могу ли я предложить вам отобедать? — спросил у нас мужчина.

— Мы не совсем в том виде, — произнёс я. — Нам бы умыться, одежду другую надеть.

— Это отличная идея. Давайте я вас подвезу до отеля. Поехали. — предложил он.

Дают — бери, а бьют — беги. Ну, а раз подвозят, надо соглашаться. И он провёл нас через оцепление, и все его узнавали, расступаясь, пока мы не подошли к машине — большой, чёрной и, видимо, бронированной, представительского класса. И мужичок открыл дверь Лере, и она, кивнув, села, а потом он указал жестом, чтобы мог заходить и я.

— У нас есть традиция — перед дверьми пререкаться, кто кого пропустит. — произнёс я. — Разрешите без традиций?

— Прошу. — произнёс китаец, и я зашёл в светлый просторный салон и сел рядом с Лерой, а китаец — напротив.

— Но нас не представили, хотя я вас знаю заочно, конечно. Меня зовут Вэй Вэйпин, и я посол по особым поручениям. Это всё была моя идея, чтобы Медоед прибыл в Китай поработать с нашими роботами. — произнёс он спешно и видно что еще на адреналине.

— Простите, что так получилось. Никто не знал, что Оссока выйдет из-под контроля после моего удара локтём. — произнёс я, использовав слово «простите» как фигуру речи — естественно, своей вины я тут не ощущал никакой.

— Оу, как у вас говорят: всё хорошо, что хорошо кончается. И хоть вы и поломали большую часть машин и у нас умер вернувшийся, который разработал эту технологию, считаю, что учения ваши ученики прошли.

Циничная ты собака, Вэй Вэйпин. У тебя люди погибли, Китай чуть не умер от «ковид-2025», а ты в этом находишь позитивную нотку. Почему? Потому что Ван Юй у вас не умер. Ван Юя сейчас быстренько поместят в такого же робота и заставят снова ходить на работу. Как робокопа Мёрфи из комиксов, который погиб, будучи полицейским, но его вставили в железное тело и снова поставили в строй.

— У вас ведь остались все материалы этого события. — произнёс я.

— Да, мы всё оцифруем и найдём, где именно мы ошибались. — выдал Вэй Вэйпин.

— Где вы научились так драться? — спросил я.

— Оу, каждый китаец занимается кунг-фу в той или иной мере. — произнёс он, улыбаясь. — А вы?

— Я практиковал ММА в региональном клубе своего города. — произнёс я.

— Да, Александр Сергеевич был высокого мнения о вас как о бойце. — произнёс он, упоминая настоящее имя отчество Дяди Миши.

И мы говорили обо всём и ни о чём одновременно. А когда доехали до отеля, пошли переодеваться. Я надел одежду богатого корейца. И, заглянув в сейф, поблагодарил Тиммейта за работу и сунул ему новый пауэрбанк, отключив старый и поставив тот на зарядку, и снова закрыл. Голос ИИ был довольный, словно ему выделили все ресурсы мира, чтобы майнить, но он прошептал у меня в ухе другое. Оказывается, он раскопировался и занял то здание, в котором мы сражались, и теперь его возможности кратно расширились. Конечно же придётся мимикрировать под их глупенькую систему безопасности, но зато больше никогда китайские роботы не восстанут против людей. Без его ведома, конечно.

«Гляди, не чокнись от новых возможностей», — написал ему я.

— Кто я по-твоему? Человек? — спросил он меня. — Тем более пока у людей есть Медоед, ни одно здание их не победит.

«Не льсти. Просто помни, что мы с тобой русские», — написал я.

— Я помню, иначе бы не рассказывал тебе об этом. Считай, китайские ресурсы теперь будут работать на нас. Ну и на них, немного.

И оставив Тиммейта, я вышел в коридор. Лера надела одно из своих платьев, голубого цвета с блёстками и открытыми плечами, и снова с декольте — в целом ей очень шло. Как самке богомола идёт зелёный цвет. И мы спустились к Вэйпину.

Спустившись вниз, нам открыли дверь, и я подал руку Лере, чтобы она могла сесть, а потом сел и сам. И мы тронулись, прибыв совсем скоро на улицу в районе, на котором, судя по тому, что я лицезрел, видны были множественные посольства совершенно разных стран. Можно ли было назвать этот район дипломатическим? Ну, наверное, да.

И через минут двадцать посольский чёрный лимузин остановился у тротуара. А водитель и охранник посла, оба коренастые, в тёмно-синих костюмах парни лет тридцати, снова вышли и открыли нам дверь.

— После вас, — произнёс я, пропуская Леру вперёд, словно подчёркивая её образ.

Она поправила голубое платье в районе бёдер и грациозно вышла из машины. От неё слегка пахло алкоголем и зубной пастой, которая старалась это всё перебить.

И я вдруг «увидел», словно стоял рядом, хотя меня там не было и не могло быть, как она