Тег #Враги - Ник Тарасов

— Ага, тож скажете. Хахаха. Мне в моём состоянии сейчас только и не хватает, что бегать.

Договор мне принесли в палату, как и обещал доктор, часа через два. Именно догово́р, не до́говор и не до́быча. Как-то давным давно, ещё в прошлой жизни, вспомнила сейчас, у истоков карьеры практически, знала я одного парня. Он был старше меня лет на шесть и огромный по размерам — высокий, с мышцами и жиром. Прям шкаф. И я до него не представляла, что мужики таких габаритов могут быть такими нытиками. Он постоянно жаловался на всё и на всех. Ему дай волю, так он мог устроить жалобный монолог часа на два. И вот особенно любимой его темой было поговорить о полезных ископаемых, не могу вспомнить — почему. Но отчётливо всплыло в памяти, что жалуется он такой своим длинным монологом и постоянно вставляет «до́быча, до́быча, до́быча»… Блин! Ааа! Уши вяли моментально. Один раз вынужденно послушала его жалобный словесный понос, а потом стала попросту избегать общения с ним под предлогом, что «занята».

Занята до́бычей, скажем так.

Память реально оживала и расцветала. И это не могло не радовать.

В общем, молоденькая девушка из регистратуры в белом халатике поднялась ко мне, как и обещал врач. В руках у неё была тонкая картонная папка с бумагами и обычная синяя шариковая ручка. Она вежливо поздоровалась, положила всё на тумбочку и коротко объяснила, что это документы на перевод в платную палату — о чём мы договорились с Иваном Николаевичем, после чего тактично отошла в сторону, не торопя меня.

Я открыла папку и принялась читать от первой страницы до последней. Старая, въевшаяся в кровь привычка, которую не отшибла никакая увесистая штука по темени. Любой документ сначала нужно внимательно изучить, а уже потом ставить подпись. Особенно, то, что мелким шрифтом под звёздочками. Я медленно прошлась по каждому пункту, проверила сумму за сутки, перечень входящих услуг, порядок оплаты, условия расторжения, ответственность сторон. Несколько раз возвращалась назад, перечитывая формулировки, которые показались слишком общими. Всё оказалось чинно, без подвохов, без неприятных сюрпризов. Самый обычный договор на оказание медицинских услуг. Оставалось расписаться.

С этим вышло неожиданно сложнее.

Свою новую-старую подпись я подсмотрела в паспорте, который лежал в пакете с моими вещами. Несколько минут украдкой тренировалась на чистом листе, стараясь повторить изгибы и наклон букв. Получалось не сразу. Пальцы ещё плохо слушались, кисть быстро уставала, линия то дрожала, то неожиданно уходила в сторону. Лишь с третьей попытки я рискнула поставить подпись на самом бланке. Она вышла не такой уверенной, как в паспорте, буквы слегка поплыли, последний росчерк оказался короче нужного, но в целом выглядело вполне правдоподобно. Для человека, с такой травмой, как у меня, две недели пролежавшего без сознания, наверное, даже слишком неплохо.

Девушка быстро просмотрела документы, удовлетворённо кивнула и забрала папку.

— Вечером вас переведут, — сказала она с лёгкой улыбкой.

Ждать пришлось недолго.

Уже позже вечером пришли две медсестры, помогли мне подняться с кровати и медленно проводили по тихому коридору, прихватив мои пожитки. Не сильно придерживали меня, но, положа руку на сердце, голова ещё временами кружилась, ноги быстро наливались неприятной слабостью, поэтому приходилось двигаться медленно, с концентрацией. Палата находилась не так далеко, но этот короткий путь показался длиннее, чем хотелось.

Когда дверь открылась, я невольно улыбнулась.,.

Одноместная палата оказалась маленьким тихим раем после общей. Небольшая, но светлая и аккуратная. Одна кровать — нормальная, с человеческим матрасом, а не с той пыточной тоненькой «прокладкой ». Светлая тумбочка выглядела новой, без сколов и облезшей кромки. Возле окна стояло удобное кресло для посетителей, а рядом — небольшой столик, на который можно было спокойно поставить ноутбук или разложить бумаги.

Свой санузел с душем, отгороженный дверью, вообще казался роскошью. Не нужно больше ковылять по коридору мимо чужих палат, ждать, пока освободится туалет, или сталкиваться с сонными пациентами в пижамах! Не нужно дожидаться «расписания» на душ. Всё своё. Закрыл дверь — и никто тебя не беспокоит. Мойся так часто, как хочешь. И когда хочешь.

Под потолком висел телевизор на поворотном кронштейне. У стены тихо гудел небольшой холодильник. На подоконнике стоял горшок с каким-то неприхотливым зелёным растением, явно поставленный сюда скорее для уюта, чем по необходимости. За окном лежали крыши, покрытые подтаявшим снегом, тянулись голые ветви деревьев — всё, что можно было разглядеть под светом вечерних фонарей. Вид был самый обычный, но из этой палаты даже он казался удивительно красивым.

И главное — тишина.

Не абсолютная, конечно. Где-то далеко приглушённо пищала аппаратура, время от времени по коридору проходили медсёстры, иногда хлопала дверь соседней палаты. Но всё это растворялось в общем спокойствии. Здесь точно не нужно выжидать, когда к тебе подселят соседей, а там и бесконечный храп, и шарканье тапок, чужих разговоров о лекарствах, о пересказывании нелепых телепередач этой тётки, которая говорит «Это норма!», о давлении, о болячках, о детях, пенсиях и внуках. Никто не будет разговаривать по телефону через всю палату и не попросит закрыть окно, потому что «продует». От всего этого я была защищена в платной палате.

Медсёстры всё показали, рассказали и ушли.

Я медленно легла на свежую, прохладную постель, вытянулась во весь рост и закинула руки за голову. Матрас мягко прогнулся под спиной, но не провалился, комфортная подушка пахла не больницей, а чистым бельём. Я несколько секунд просто лежала, глядя в потолок, прислушиваясь к этой непривычной тишине, и впервые за всё время почувствовала что-то очень похожее на удовлетворение. Даже не радость, а ощущение, будто мир наконец перестал сопротивляться и постепенно вставал на своё место.

Вот так.

Настоящая я не валяется в общей палате вповалку с другими людьми, не всегда приятными. Настоящая я платит деньги и получает за них покой, тишину и отдельный санузел. Не потому, что считает себя лучше других. Просто так устроена жизнь. Если ты акула и можешь позволить себе комфорт, незачем добровольно от него отказываться. Так было раньше, в прошлой жизни, так было с момента, когда я встала на ноги уже в новой жизни, так будет и теперь. Некоторые привычки переживают даже удар по голове и две недели комы. Ммм… в такой атмосфере бы с удовольствием послушала что-нибудь от Бруно Марса.

Хотя… в той, моей оригинальной реальности, он взлетит только в году две тысячи десятом. Тут тоже его не слышала