Похитительница Ночи - Холли Блэк

мере, у Чарли появилась причина убраться подальше от их прищуренных оценивающих взглядов. Заложив в шейкер нужные ингредиенты и принявшись энергично его встряхивать, она мысленно обратилась к своей тени: «Ред, сейчас самое время появиться».

«Заставь меня», – прозвучали слова в глубине сознания, так интимно, словно были произнесены ей на ушко дразнящим голосом.

– Ты и вправду настоящее чудовище, – прошептала Чарли, качая головой и разливая мартини.

Попивая напитки, элегантная четверка смеялась над чем-то своим, не обращая внимания на Чарли, которая переключилась на других посетителей, следя, чтобы все ушли перед закрытием.

– Похоже, к тебе заглянули друзья, – сказала Рейчел. – Иди с ними. Я тебя подстрахую.

– Нет, я… – начала было Чарли и замолчала, поскольку понятия не имела, какое придумать оправдание – было бы странно заявить, что эти люди ей даже не нравятся. – Спасибо.

– Извини, что прежде я повела себя странно. – Между бровями Рейчел пролегла морщинка беспокойства, как будто это она сделала что-то не так.

– Все в порядке, – заверила Чарли.

Тут подошла Аделина и обняла Чарли за плечи.

– Слышала, что тебя отпустили пораньше. Замечательно.

Чарли одарила ее крайне фальшивой улыбкой.

– Похоже, Ре… Реми не сможет. Ну а я просто вернусь домой и…

Дверь распахнулась, и на пороге возник Ред – в черной рубашке и черных джинсах, откидывая назад слишком длинные светлые волосы.

– Карвер! – воскликнул Тофер, вставая.

Губы Реда искривила далеко не приятная улыбка. Его взгляд устремился к Чарли. Что-то в выражении его лица заставило Тофера замешкаться в середине приветствия.

Аделина взяла Чарли за руку.

– Мне бы не хотелось, чтобы ты сидела дома. Если нырнешь в свою комфортную обстановку, потом будет вдвойне сложнее тебя куда-то вытащить.

Чарли подумала о Мраке у себя в рюкзаке. Она пообещала отнести его Малхару в надежде, что он сможет разобраться в ее наполовину оформившихся теориях, но теперь все больше сомневалась, что удастся избежать общения с Аделиной и ее компашкой.

– Мне нужно переодеться… – объявила Чарли, указав на свою заляпанную дайкири рубашку.

– Я знала, что ты это скажешь! – пропела Аделина. – На такой случай я захватила для тебя платье. Оно в машине. Будь добр, Тофер, принеси мою сумку.

– Умница Адди, – сказал Ред, подходя к ним. – Но, может быть, Чарли говорит так из вежливости. Ты не думала, что она и правда устала?

– Тогда пусть едет домой, – пожал плечами Брукс, сбитый с толку всей этой суетой.

– О нет, – огрызнулась Аделина. – Мы все вместе отправляемся на тусовку.

Никому, кроме нее, было невдомек, что если Чарли откажется сопровождать их, то и Ред не сможет пойти. Но если она согласится, ей придется взять с собой Мрака в рюкзаке, что казалось весьма плохой затеей. Все в этой ситуации казалось плохой затеей.

Чарли вздохнула, смирившись с неизбежным.

– Давай платье. Если оно подойдет, я пойду.

Платье было блестящим и украшенным серебряной мишурой, к нему прилагались туфли-лодочки. Чарли переоделась в подсобке в глубине зала, кое-как натянув предложенный наряд. Кусочком туалетной бумаги стерла остатки потекшей подводки и туши под глазами, после чего смочила руки водой и пригладила волосы.

Посмотрев в зеркало, Чарли не поняла, кого увидела. Платье оказалось очень коротким и визуально удлиняло ноги. Это обстоятельство нисколько ее не огорчило, скорее, наоборот.

Когда Чарли вновь появилась в зале, Рейчел одобрительно вскинула большой палец, и этот жест тоже пришелся ей по душе. Ред, напротив, выглядел так, будто чем-то подавился и вот-вот выблюет все обратно, что было совсем неприлично.

– Мило, – протянула Мэдисон, адресовав комментарий Аделине.

Судя по всему, никто не заметил ни рюкзака на плече Чарли, ни его легкого подергивания.

– Похоже, мы все-таки идем веселиться, – сказал Ред, протягивая Чарли руку. Прикосновение его теплой ладони в очередной раз поразило ее. – Если только ты не предпочтешь вернуться домой.

– Я поеду с тобой, Карвер, – сказал Брукс, игнорируя их разговор.

– Все нормально, – ответила Чарли. – Я ведь уже переоделась.

Она засунула рюкзак с Мраком в багажник, а когда обернулась, увидела, что Брукс успел забраться на пассажирское сиденье Porsche. Заметив ее стоящей рядом с машиной, он вышел и откинул сиденье, давая ей возможность втиснуться назад. Всю поездку он без умолку трещал о людях, которых они с Реми знали в Нью-Йорке. Чарли пыталась вслушиваться, но разрозненные истории в конце концов слились в единое воспоминание о неком благотворительном мероприятии, организованном совместными усилиями семейств Уилберфорс-Баттон-Бэнкс и Хастингс-Эбботс, где все играли в крикет, будучи под кайфом.

Оставив попытки что-либо понять в этой болтовне, она написала Малхару с извинениями и обещанием встретиться завтра.

Оказалось, что в нескольких городах к западу, на окраине Беркшира, имеется закрытый спикизи-бар «Львиная доля», открытый до четырех утра. Как и «Синяя руина» в Нортгемптоне, бар, работающий в три смены, из которого Чарли выгнали и больше не пустили бы на порог, «Львиная доля» обходила законное время закрытия, притворяясь частным клубом. Их группа заявилась чуть позже двух, и Аделина заказала на всех очередную порцию эспрессо мартини, а Чарли попросила двойной шот бурбона с водой.

У седовласого бармена были навощенные усы, популярные среди хипстеров пятнадцать лет назад, но он выглядел достаточно взрослым, чтобы его растительность оказалась подлинной, а не имитацией.

В блестящем платье, с зачесанными назад волосами и голыми ногами, едва согреваемыми чулками, Чарли чувствовала себя зябко и неловко, сидя за высоким коктейльным столиком, зацепившись каблуком за металлическую перекладину табурета.

Обычно она не была ведомой слабачкой, тем не менее, каким-то образом Аделине удалось убедить ее присоединиться к их тусовке. Неужели испугалась их денег? Или дело в том, что они были лучшими друзьями Реми, и у нее возникло мазохистское желание узнать о нем, человеке, которого Ред любил больше всего на свете?

А может, она считала, что Ред хочет пойти, и боялась его разочаровать?

Тофер не отрывал взгляда от ее груди с тех пор, как они сели. Она надеялась, что он смотрит на ее татуировки – возможно, так и было. Он не походил на человека, который много и часто общается с людьми с наколками.

Брукс, что еще хуже, вообще ее не замечал.

– Реми, – позвала Мэдисон, глядя через стол на Реда. – Если все собираются и дальше молчать, то скажу я. Не могу поверить, через что тебе довелось пройти. Я знаю, что обычно мы ведем себя несерьезно, но ты все равно мог бы нам рассказал, и мы бы что-нибудь сделали.

– Не хотел вас впутывать, – бросил Ред после паузы, достаточно долгой, чтобы считаться неловкой. Он откинулся на спинку стула, расстегнув две верхние пуговицы рубашки и явив взору присутствующих