Леди и Ведьма против всех - Тоня Рождественская

Люмис усмехается, вдруг складывает руки и… свистит. Совсем не по благородному. Скорее как мальчишка с улицы, подзывающий бродячую собаку. Звук разносится по округе, отражаясь от мраморных памятников и заставляя меня вздрогнуть.

И тут же, словно по мановению волшебной палочки, из-за гробниц и надгробий появляются люди. Много людей. Огромные, страшные мужланы, чьи физиономии могли бы украсить галерею «Самые разыскиваемые преступники Дешендора». Их внешность не оставляет никаких сомнений в роде их занятий — такие лица бывают только у тех, кто зарабатывает на жизнь, ломая другим кости.

Я чувствую, как к горлу подкатывает тошнота. Это ловушка. Всё это время мы думали, что загоняем Люмиса в угол, а на самом деле сами шли прямиком в западню.

На первый план выходит, точнее, ковыляет скрюченный старик со шрамом, пересекающим всё лицо от лба до подбородка. Его правый глаз закрыт бельмом, а левый сверкает такой неприкрытой ненавистью, что меня буквально передёргивает.

— Ну что, Ториан Беккер, вот мы и встретились? — хрипит старик, кривя рот в подобии улыбки.

Глава 43

Театр Кровавых Теней

Я в полном замешательстве. Что происходит? В чём дело? Лихорадочно перевожу взгляд с одного на другого, пытаясь понять, в какой момент эта история о ритуальных убийствах превратилась в… во все это…

— Криган Диплок, — цедит Ториан. — А я всё ждал, когда ты наконец сделаешь ещё одну попытку.

Голова идёт кругом. Кто, чёрт возьми, такой Криган Диплок? Как он связан со всей этой историей? И что самое главное — как он связан с Беккером?

— Пришла пора отплатить за всё, что ты натворил, — говорит старик, постукивая кривой тростью по земле.

— Натворил? Я делал свою работу — сажал за решётку мерзавцев вроде тебя, — отвечает Беккер с таким спокойствием, будто они встретились за чашкой чая, а не в окружении банды головорезов на кладбище.

— И тем самым нажил себе очень много врагов! — улыбается Люмис, а затем добавляет, поворачиваясь к старику. — Можете забирать его. Наша с вами сделка завершена.

Тот криво ухмыляется, а затем кивает своим, и как по команде, четверо бандитов кидаются на Ториана с разных сторон.

Движения Беккера становятся невероятно быстрыми. Он выглядит как герой остросюжетного фильма — выхватывает штормган и успевает пристрелить двоих прямо на месте. Подобные молниям выстрелы грохочут как гром среди ясного неба, заставляя меня в панике зажать уши руками.

Однако, на помощь павшим бросаются ещё трое. Ториан пытается уйти от захвата, но врагов слишком много. Так что очень быстро его обезоруживают, выкручивая руки за спину и ударяя чем-то тяжёлым по голове.

Кровь течёт по его скульптурному лицу, и я слышу чей-то безумный крик, лишь через пару мгновений понимая, что это кричу я сама.

Бандиты волокут детектива прочь от могилы Фредерики Камиллы Люмис, и последнее, что я вижу, это его пронзительные глаза, встречающиеся с моими. В них нет страха, только решимость и… извинение? Панически смотрю вслед удаляющимся фигурам, понимая, что теперь точно всё кончено.

Я осталась одна, без какой-либо поддержки, и меня прикончат как надоедливую муху, а в это время озлобленные бандиты будут медленно и со наслаждением убивать моего такого несносного, но прекрасного Ториана Беккера.

Если у него и был план, он только что с треском провалился.

Мой взгляд переходит на Люмиса, Эдвард выглядит чрезвычайно довольным. И хотя не двигается с места, кажется, секунда и он кинется на меня, чтобы наконец завершить начатое.

Я же пячусь назад, пока не упираюсь в стену мавзолея. Холодный мрамор через тонкую ткань платья заставляет меня вздрогнуть. А может дело вовсе и не в холоде? Точнее — абсолютно точно не в холоде.

— Как вы объясните пропажу детектива полиции? — спрашиваю, пытаясь звучать уверенно.

Но выходит паршиво — голос дрожит и срывается.

Люмис смотрит на меня с выражением, которое я не могу расшифровать. Презрение? Снисхождение? Или просто скука?

— Мне и не надо ничего объяснять, — отвечает он, поправляя манжеты с элегантностью, абсолютно неуместной в данной ситуации. — Банды Дешендора уже давно ждут момента, чтобы расправиться с ним, и теперь они наконец дождались… А уж где они отыскали своего врага, вовсе не мое дело. Поверь мне, когда они расправятся с Беккером, это будет настолько показательно, что ни у кого не возникнет никаких вопросов от чьих именно рук он пал.

— А как вы собираетесь объяснить моё убийство? — я делаю ещё один отчаянный заход. — Все, а не только Ториан, знают, что мы отправились с вами сюда этой ночью!

Люмис улыбается, и в этой улыбке нет ничего от того обаятельного аристократа, которого я знала раньше.

— Вы можете не переживать за моё алиби, дорогая, — произносит он мягко. — Переживайте лучше за себя.

И вот в момент совершеннейшего ужаса, когда я уже готова броситься бежать, не заботясь о том, насколько бесполезной будет эта попытка, рядом со мной оказывается Кэтрин. Точнее не рядом со мной, а прямо между нашим убийцей и ее бывшим телом, из-за чего я неосознанно вскрикиваю. Моя спутница выглядит встревоженной, даже какой-то словно растрепанной, и кажется еще бледнее, чем прежде.

— Катя! — восклицает она, протягивая ко мне руку, но тут на мою реакцию отвечает Люмис, и она резко разворачивается и замолкает.

— Я вижу, вы уже поняли, что все предрешено, верно мисс Эверет? — он делает ко мне небольшой шаг.

— О, святые скрижали! — восклицает призрак, нервно оглядываясь. — Только не говори, что ты отправилась с ним на кладбище!

— У меня был какой-то выбор? — цежу я, не отрывая взгляда от Люмиса, а сама судорожно пытаюсь придумать хоть что-то. — Где тебя вообще носило столько времени?

— Катя, послушай… — начинает тараторить Кэтрин. — Все очень…

Но тут мы слышим новый шорох откуда-то сбоку. Эдвард резко останавливается и поворачивает голову, а на его лице появляется странное выражение.

Я же ликую — я спасена! Джессика Монро, воплоти, наконец-то пришла, чтобы проверить мою благонадежность, и, признаюсь, я никогда не была так рада этой женщине.

— Надеюсь, я не опоздала на ваше представление? — говорит она привычным едким голосом.

Но сейчас он кажется мне чрезвычайно приятным и милым.

— Конечно же нет, — отвечает Эдвард, снова нацепляя на себя приторную улыбку. — Вы как раз вовремя, моя дорогая…