Пешка бронзового века - ИМП

и скрывал от наблюдателя огромный зал пещеры. Вжавшись друг в друга, они казались единым мокрым, дрожащим комком. Старшая держала младшую за плечи, младшая что-то шептала или плакала — звук терялся за шумом дождя и грохотом грома.

Седьмой сделал пару шагов в их сторону.

И из-за поворота появилась огромная чёрная морда.

Зверь почти нависал над своими жертвами. Он двигался медленно, выбирая, с кого начать, и весь был такой большой, что тьма вокруг него казалась частью его шерсти. Услышав тяжёлые шаги ПЕХа, зверь дёрнул ушами, повернул голову и уставился на Седьмого.

Он зарычал — низко, протяжно, с влажным хрипом в груди.

Потом стал шумно втягивать воздух носом, как и в прошлый раз, скаля огромные острые зубы.

Седьмой отдал мысленную команду. Два ярких луча прожекторов ударили вперёд и залили пространство белым светом.

Зверь взревел, отвернул морду, попятился, щурясь и огрызаясь, но не убежал. Шерсть на загривке встала дыбом. Огромная пасть раскрылась, извергнув такой низкий рёв, что даже через корпус ПЕХа Седьмой ощутил вибрацию.

Девушки закричали.

Их голоса застыли на одной высокой ноте. Они вжались друг в друга так сильно, что действительно стали похожи на одно существо, у которого четыре руки, две головы и один общий голос.

Седьмой не заметил на них ран, но решил, что проверит позже. Сейчас важнее было не наступить на конечности и не дать зверю приблизиться. Он аккуратно перешагнул через девушек, став между ними и хищником.

Зверь попятился, потом резко поднялся на задние лапы.

Даже в ПЕХе он казался огромным. Он вытянул передние лапы, будто хотел обнять врага, демонстрируя длинные когти, мотал головой, щурился от света и всё ещё не решался броситься.

На визоре вспыхнуло экстренное предупреждение.

Индикатор антиграва мигнул, потом загорелся красным.

Сервоприводы ПЕХа натужно скрипнули, принимая на себя полный вес генерала. Шаги сразу стали тяжёлыми, корпус просел, система выдала ограничение манёвра. Седьмой остановился. Принять бой с раненым генералом на спине было нельзя. Любое падение могло добить Квира Сан.

Он опустился на одно колено и под гудение замков-фиксаторов ухватился за ПЕХ генерала, аккуратно укладывая его на каменный пол.

Зверь, получив передышку от слепящего света, отпрянул. Он всё ещё фырчал, рычал, но отступил вглубь пещеры и скрылся за поворотом.

Седьмой поднялся.

ПЕХ будто наконец вздохнул, сбросив с себя неподъёмную ношу. Без генерала на спине движения стали легче, баланс вернулся, и всё, что должно было произойти дальше, оказалось понятным и знакомым.

Этому его учили.

Виброклинок показал из правой руки своё чёрное жало.

Седьмой спокойно вошёл в логово зверя — тот стоял неподалёку, скалился, не понимая, как поступить с существом, вторгшимся на его территорию. Яркий свет слепил, мешал рассмотреть врага, запах был странным, никогда прежде не встречавшимся, и это заставляло зверя опасаться. Никогда ещё никто не тревожил его так нагло в собственной берлоге. Инстинкт хозяина заставлял кровь бурлить, наполнял яростью. Другой инстинкт требовал отступить перед неизвестным, непонятным противником.

Ещё зверь не чувствовал от врага страха, потому пятился — пятился до тех пор, пока спиной не упёрся в стену. Сжавшись, будто дворовый пёс, огромный хозяин пещеры понял, что сам загнал себя в ловушку, и впервые за долгую жизнь испугался. Был ли это инстинкт загнанного в угол зверя или негодование самого сильного, самого зубастого существа в округе, но он прыгнул.

Он потянулся всей своей мощью к двум ярким, словно солнца, глазам, которые так раздражали его и заставляли щуриться.

Седьмой встретил бросок.

Левая рука ПЕХа сомкнулась на горле зверя. Мёртвой хваткой. Хищник попытался зареветь, но вместо рёва вышло жалобное хрипение. Могучие лапы ударили по корпусу, когти скользнули по броне, пытаясь разорвать, впиться, найти плоть. Зверь попытался упасть на спину, упереться задними лапами, опрокинуть врага, вывернуться.

Виброклинок вошёл в грудь.

Тело зверя вздрогнуло. Лапы ещё несколько мгновений скребли броню, потом сила стала уходить из них, а ненавистные яркие глаза перед мордой зверя погасли для него навсегда.

Седьмой стоял над поверженной тушей.

В свете прожекторов длинный чёрный мех блестел так, будто зверь спал. Только тёмно-алая лужа, быстро растекавшаяся из под него по камням, говорила, что это не так. Седьмой огляделся.

Пещера выглядела почти так же, как он запомнил. Разве что среди груды костей в углу появились новые, свежие останки, с которых ещё свисало мясо. Белели рёбра. Над ними роились насекомые. Фильтры шлема отсекали запах, но визуальных данных хватало.

Останки явно принадлежали одному из аллурианцев.

Возможно, даже из тех мужчин, которых утром убила старшая девушка.

Седьмой подошёл ближе. Рядом с грудной клеткой, облепленной роящимися мухами, лежала оторванная голова. Лицо было обглодано, зияло пустыми глазницами и мертвенным оскалом черепа. По внешним приметам определить, кто это был, не представлялось возможным.

«Ну и ладно».

Пусть гражданские службы разбираются. Это не его дело. Система всё записывает и протоколирует. Как только получится установить связь с властями планеты, он передаст им материалы. Убитые гражданские, нападение зверя, обнаруженные останки, действия носителя в рамках защиты генерала и гражданских — всё будет внесено в отчёт.

Он развернулся и пошёл к выходу.

Подойдя к генералу, Седьмой аккуратно стянул с него ранец, затащил ПЕХ Квира глубже в пещеру и уложил там, где каменный пол был ровнее. Медицинский бокс развернул галоэкран. Седьмой убедился, что передислокация не имела серьёзных последствий и состояние генерала не ухудшилось. Затем, следуя указаниям системы, заменил капсулу с нанитами.

Теперь требовалось решить, что делать с гражданскими.

От зверя он их спас. Поставленную задачу выполнил. Дальше пусть сами. Может, теперь свяжутся со службами эвакуации. Выгонять их в такую погоду было нельзя: устав прямо запрещал подвергать гражданских дополнительному риску без необходимости. Он видел, что им требуется медицинская помощь, но этим должны заниматься ответственные службы, а не носитель, сопровождающий тяжело раненного генерала. Заодно, возможно, через них удастся установить контакт, раз сами аллурианки до сих пор помогать не стали.

Седьмой остановился.

«И чего они сидят в проходе? Почему не заходят в укрытие? Они же слышали, что зверя он убил. Или…»

Догадка пришла внезапно.

«Они ранены».

Он лишь мельком осмотрел девушек, проходя мимо, и мог не заметить повреждений. Медицинский бокс щёлкнул, отделяя сканер. Седьмой взял его.

Для быстрой диагностики и оказания первой помощи сгодится.

За время его отсутствия девушки никуда не исчезли. Они оставались на том же месте, хотя Седьмой всё же питал осторожную надежду, что они уже обратились за помощью или хотя бы переместились глубже в пещеру. Но нет. Они всё