Библиотека ведьмы - Ыно Чон

– Ну, это так, но…

– Правда, все хорошо. Ты сейчас мне мешаешь. Нам обоим нужен отдых.

Она сказала это нарочно, с легкой бравадой, лишь бы он отстал. Левитан прищурился и усмехнулся: «Ну да, конечно. Врать пытаешься? Думаешь, я не знаю?» Розмари едва не ткнула ему в глаза пальцами, сложенными в знак «V».

– Ладно, как скажешь.

Похоже, он понял, насколько был близок к смертельно опасному моменту. Сделав шаг назад, он нехотя поднялся с места и направился к королю.

Левитан под руку увел отца из гостиной, следуя за Джеми. Когда они скрылись из виду, Шарлотта приобняла Розмари, позволяя ей опереться на плечо, и хмуро заметила:

– Не нравится мне этот мальчишка.

В ее голосе звучало явное желание, чтобы Левитан поскорее убрался в свою страну. Розмари горько улыбнулась. «Прости сестра. Боюсь, в ближайшее время этого не произойдет…» Шарлотта провела ладонью по ее бледной щеке.

– Мне так больно смотреть на тебя.

– Сестра, со мной все в порядке.

– Я так не думаю.

– Я скоро поправлюсь.

Розмари почувствовала тепло сестринской заботы и медленно моргнула. Они так редко оставались наедине, но, похоже, сегодня их уединение было кому-то не по нраву. С другой стороны двери раздался осторожный стук.

– Что случилось? – спросила Шарлотта холодно.

Снаружи раздался виноватый голос горничной Мерил:

– Для миледи Розмари пришло письмо.

– Оставь его в ее комнате.

Разве можно было отвлекать их ради такой ерунды? Шарлотта явно была раздражена. Но Мерил не отступала:

– Отправитель настаивает, чтобы миледи Розмари лично получила это письмо…

– И кто же это? – В голосе Шарлотты зазвучали стальные нотки.

Розмари поспешила ее успокоить и обратилась к Мерил:

– Мерил, принеси его сюда.

Дверь отворилась, и в гостиную шагнул высокий молодой человек. В роскошной форме посыльного, с изящной осанкой и безупречными манерами. Но взгляд Розмари сразу же упал на герб, украшавший его грудь. Она нахмурилась. Герб принадлежал дому Элиз.

«Дорогая леди Розмари Бехемот,

Хорошо ли вы поживаете? Уже прошло более двух месяцев с тех пор, как вы покинули столицу. Я скучаю по вам и потому каждую неделю отправляла письма, но, увы, не получила ни единого ответа. Поэтому, преодолев колебания, решила прибегнуть к услугам посыльного. Прошу вас, не воспринимайте это как навязчивость. Ведь это – лишь проявление моей заботы и тоски по вам».

– Кто бы увидел, подумал бы, что мы лучшие подруги, – пробормотала Розмари, недоверчиво разглядывая письмо, которое только что вскрыла у себя в комнате. Аккуратные, утонченные буквы ложились на дорогую бумагу, источающую приятный аромат, словно вышитые искусной рукой. Все выглядело безупречно. Но Розмари уже довелось увидеть истинную натуру отправителя – и от этого вся эта изысканность казалась ей откровенно нелепой.

– Кто? С кем? – прозвучал за спиной холодный голос.

Розмари взвизгнула от неожиданности, судорожно сжав письмо в руке. Бумага смялась – так же, как и ее собственное лицо.

– Мог хотя бы сказать, что зашел.

– А зачем? Ты же все равно всегда знаешь, где я, так что не надо так пугаться.

Розмари, раздраженно хмурясь, обернулась к нему. Левитан, похоже, тоже был не в лучшем настроении. Он обеими руками взъерошил ее волосы, а затем с тяжелым вздохом опустился на стул напротив. На столе перед ним валялось изрядно помятое письмо с печатью Элиз.

– И чего ты так злишься? Ты же наконец встретился с отцом, которого так долго ждал.

Она даже удивилась, что Левитан вернулся так быстро. Тот, впрочем, выглядел раздраженным. В процессе семейного воссоединения он вдруг ощутил, что у Розмари резко испортилось настроение. Выяснять причину долго не пришлось – стоило уловить характерное зловещее присутствие где-то в поместье, и тут все стало ясно. Конечно. Прислужники Элиз.

Как только Левитан понял, что к Розмари прибыл посланник, не мог оставаться на месте. Эта ведьма… Она была из тех, кому нельзя показывать слабину. Стоило лишь чуть-чуть приоткрыть дверь, и она вцепится в горло, вгрызется в него, пока не выжмет всю кровь до последней капли, представься ей шанс.

Как она смеет приближаться к его ведьме! Левитан чувствовал жгучее чувство собственничества по отношению к Розмари.

Забавно, правда? Фамильяр ведьмы, который хочет обладать ведьмой сильнее, чем она сама фамильяром? Он даже усмехнулся про себя – вот уж ирония судьбы. Но настроение его было, мягко говоря, отвратительным. Розмари, наблюдая за тем, как он мрачно сидит напротив и даже не смотрит ей в глаза, поморщилась.

«Вот ведь… был таким спокойным, а теперь надулся». Левитан, отвернувшись, устремил взгляд в сторону окна, являя красивый профиль. Светлая кожа без единого изъяна, тонкие очертания скул, а в опущенных глазах – рубиновый блеск, сияющий на фоне темных волос. Контраст делал взгляд еще более пронзительным.

В целом, если присмотреться, в Левитане сочетались странные черты: ленивая небрежность, переплетающаяся с каким-то притягательным, почти хищным напряжением. Розмари задумчиво оперлась локтем на стол, подперев щеку рукой. Ну, раз уж он решил сидеть тут и хмуриться, почему бы ей не полюбоваться?

В книге, которую Элиз считала книгой своей жизни, о Левитане говорилось как о поразительно красивом юноше. Даже не будучи взрослым, на фоне Элиз он казался столь же ослепительным. Когда он сопровождал ее на балы и приемы, благородные барышни только и делали, что мечтательно вздыхали, разглядывая его. Поэтому в книге его называли «Куклой Элиз» – неофициальное, но красноречивое прозвище. Вообще, судя по тому, что было написано, к Левитану относились примерно так же, как к собаке или украшению, – он был просто красивым аксессуаром. Но сейчас он не выглядел ни несчастным, ни обездоленным. Теперь-то он явно жил в свое удовольствие.

– Хотя хозяйка досталась ему хлопотная, – протянула Розмари себе под нос. Левитан, как обычно, умудрился ее услышать. Бросив на нее взгляд исподлобья, он язвительно ответил ей. Розмари недовольно нахмурилась и надула щеки, мысленно обозвав его наглым фамильяром. Судя по тому, что Левитан прыснул и даже немного расслабился, он услышал и это.

– Отправишь ей ответ? – спросил он, повернув голову в ее сторону.

Розмари закатила глаза. Судя по всему, Элиз писала ей каждую неделю с того момента, как она исчезла, но письма, естественно, оставались без ответа – учитывая, что все это время Розмари благополучно валялась без сознания. Два месяца молчания, и вот теперь Элиз не выдержала и отправила посыльного.

– Конечно, надо ответить.

– И что там написано? Она догадывается о том, кто ты?

– Нет, в письме только душещипательные