Американский вояж - Алекс Русских

— Мама, смотри, вон же — самолетик, — раздался звонкий детский голос позади.

Обернувшись, посмотрел в щель между креслами, увидел, как мальчик лет шести тычет рукой в иллюминатор. И что там? В иллюминаторе по-прежнему клубился ковер облаков под самолетом, казалось, мы летим практически вплотную с ними, рукой достать. Ничего больше я не заметил, как ни приглядывался. Уже решил было, что ребенок ошибся, но в тучах что-то блеснуло. Присмотрелся — точно самолет, причем, кажется истребитель, хотя с типом определится не получается — далеко слишком.

В салоне начал нарастать гул голосов, пока тихий, люди начали обсуждать появление военной авиации. Как я понял, с обратного борта тоже истребитель показался. Опять взглянул в иллюминатор — боевой самолет приблизился так, что его стало прекрасно видно.

Если не ошибаюсь, то это Су-15. Точно знаю, они как раз в Анадыре дислоцируются. Я там на той неделе был, из случайно подслушанного обрывка разговора узнал, что эти перехватчики стоят на вооружении 171-го истребительного авиаполка. Получается, что летим в Америку, хотя опять проклятая неопределенность, не исключено, что такие же самолеты и на Сахалине службу несут.

Су-15

Истребитель между тем подлетел совсем близко, так что стал виден пилот в кабине и красная звезда на килевом оперении. Самолет занял положение примерно напротив кабины нашего борта. Э-э, да он не один тут, чуть дальше вон подальше еще летит. Пара с левого борта, тогда не исключено, что еще пара и с правого? По спине поползла струйка холодного пота. Похоже, не одному мне стало не по себе, гул в салоне усилился.

Ребенок опять обрадовался:

— Папа, мама, самолетики! Смотрите, какие красивые! Это наши?

— Что это? Почему они летят рядом с нами? — мама явно детской радости от зрелища не разделяла.

— Тише, все нормально. Смотри, стюардессы спокойные, напитки разносят, — принялся успокаивать ее мужской голос.

Сидящая в ряду напротив пожилая женщина, смотря в окно, начала тайком креститься.

— Господи, помилуй, — донеслось до меня.

Потом она повернулась к соседке:

— Вы видите? Что-то нехорошее происходит, — я отчетливо различил ее шепот.

— Тише, не привлекайте внимания. Наверное, учения какие-нибудь, — нервно ответила вторая женщина.

— Что же это? Мы должны были еще двадцать минут назад прилететь? — раздался гневный мужской голос.

Истребители Су-15ТМ на стоянке в аэропорту Анадыря

Ну, вот, началось. Я приподнялся над спинкой, посмотрел на кричащего мужчину. Смахивает на начальника среднего звена. Лет под сорок, с небольшим пузцом, он нервно вытирал лицо большим клетчатым платком, потом обратился в Свете, толкающей тележку с напитками:

— Девушка, что случилось, почему мы не приземляемся?

— Товарищи, — хорошо поставленным голосом ответила стюардесса, — Не беспокойтесь, из-за аварии в аэропорту Якутска, самолет идет на запасной аэродром.

— Да, как же так? — забормотал «начальник», — Меня же ждут, у меня служебная командировка, Савелий Петрович будет в ярости, что же делать?

Стюардесса наклонилась к нему, заботливо забормотала что-то.

— Да-да, — торопливо заговорил мужчина, — Налейте минералки.

В два глотка осушил чашку, протянул ее обратно:

— Еще, пожалуйста.

Чуть дальше от меня расположилась группа студентов в стройотрядовских куртках. До меня донесся быстрый шепот:

— А вдруг захват? Я видел, когда в туалет ходил, что два члена экипажа на откидных креслах сидят, а не в кабине. И стюардесса нервничает.

— Да ну, бред. Может, действительно авария произошла, теперь где-нибудь в Братске сядем или еще где?

— Если что — надо наклониться вперед. Я видел — так в фильмах делают.

Пришлось вставать. Подошел к парням, склонился поближе:

— Ребята, не нагнетайте панику, прошу вас.

Те спорить не стали, закивали торопливо, замолчали.

— Ма-ам, салют! — восторженно взвизгнул мальчишка.

Я бросился к иллюминатору. Твою налево, Су-15 сменил другой истребитель. Да — это Як-28, видел я такой в Анадыре, стоял на рулежной дорожке недалеко от вертолета [2].

Як-28

Внезапно от самолета забила огненная струя, уходя куда-то дальше. «Трассерами бьет», мелькнуло в голове. Самолет подлетел еще ближе, повернулся, показывая висящие под брюхом ракеты.

— Девушка, что вы такое говорите, какой другой аэродром? — послышалось истеричное контральто, — Они же стреляют? В чем дело?

Так, похоже, до паники остался один миг. Ну, не подведи, а то есть риск, что гнев толпы на меня же и обратится. Вышел в проход, забрал у стюардессы микрофон.

— Товарищи, я думаю, многие заочно меня знают. Я Александр Гарин, корреспондент «Магаданской правды», мои статьи вы могли также читать в журнале «Вокруг Света». Товарищи, прошу простить стюардесс. Все, что они говорили, требовалось для сохранения спокойствия на борту. Ситуация сложная, но не критичная. Пилот самолета захвачен угонщиком, сейчас самолет направляется к ближайшему зарубежному аэропорту под конвоем советских истребителей. Сделать мы ничего не можем. Товарищи, я прошу сохранять спокойствие, нам ничего не угрожает.

— Да? — взвизгнуло уже знакомое контральто, — А почему они стреляют? Они же нас собьют!

— Никто никого не собьет, — я повысил голос, надавил способностью, шут с ней, что она почти не работает на толпу, но хоть чуть поможет и ладно, — Они пугают угонщика.

— А что же он не пугается? — ехидно выкрикнул пожилой мужчина в последнем ряду.

— А ему нечего терять уже, — развел я руками, — Вся надежда, что из-за рубежа его не выдадут нашим.

— И кто же это такой, как он попал в кабину? — продолжил допрос мужчина.

— Увы, захват произвел второй пилот, он угрожает убить командира, если тот откажется выполнять его требования. Остальные члены экипажа были им из кабины отосланы.

— Да давайте выбьем дверь в кабину! — поднялся со своего места жилистый парень.

— Товарищи, успокойтесь,- я опять повысил голос, пресекая неуместное предложение, — Выломать дверь быстро у нас не получится, а, скорее всего, вообще не выйдет. И есть риск, что тогда самолетом окажется некому будет управлять. Угонщик может убить или ранить командира, что будем делать тогда? Других пилотов у нас нет.

Парень сел на свое место. Уф, кажется, волну паники я сбил, но не исключено, она не последняя.

— Ой, смотрите, еще самолетики, — опять раздался неунывающий детский голосок.