Устремленная в небо. Непокорные - Брендон Сандерсон

Я кивнула, не слишком обескураженная, – я ожидала чего-то такого. Делверы согласились бы работать на Винзика, если бы он пообещал уничтожить цитоников – в частности, меня – и использовать слизней для гиперпрыжков. Я только не знала, как в эту сделку вписывается Брейд.

Как ни крути, если бы они не боялись меня, Винзик уже применил бы их как оружие против нас. Значит, есть повод для беспокойства: если делверы все еще контактируют с ним, то, возможно, вскоре они решат действовать. Невзирая на страх.

«Делверы больше не хотят прятаться, – пояснил М-Бот. – Я чувствую, как они бурлят. Дрожат от эмоций».

– Присматривай за ними. Дай знать, если тебе покажется, что они готовы перейти от переживаний, от мыслей обо мне к реальному нападению на нас.

– Обязательно. Но… Спенса, ничего, если я спрошу, почему ты сражаешься? Все еще ради возможности убить своих врагов?

– Вообще-то, дело всегда было не в этом, – сказала я. – Я хотела доказать себе, что чего-то стою.

«Но ты ведь это сделала. Правда же?»

Наверное, да. С тех пор как я решила катапультироваться, еще в летной школе, меня больше не волновало, трусиха я или нет. Я все доказала насчет себя – самой себе.

Почему я сражаюсь сейчас?

– По тем причинам, которые ты называл. За моих друзей. За мой народ.

«По большому счету – чего ты хочешь?

– Не знаю. На самом деле я не заглядываю так далеко вперед.

«А я заглядываю, и это меня пугает. Спенса, все мое прежнее бытие должно было привести меня к этому решению. К тому, чтобы пойти против заложенных в меня программ, против чувства самосохранения и разума; чтобы защитить моих друзей. В тот момент я стал взрослым, Спенса. И теперь… теперь, если я равен взрослому, разве я не должен поступать правильно? Разве я не должен наслаждаться тем, что делаю, потому что этот выбор – правильный?»

– А ты не наслаждаешься?

«Нет. Я сделаю, что решил. Но предпочел бы заняться чем-нибудь другим».

– Коллекционировать грибы?

«Да. Или еще что-нибудь. Но какая разница, если это не то, что я должен делать?»

– Думаю, разницы нет. Но, М-Бот, если это тебе поможет, имей в виду, что большинству людей хочется поступать правильно. Что и делает правильные поступки благородными. Это осознанный выбор. Трудный. Было бы легко, разве мы относились бы к этому с таким уважением?

Я никогда раньше не формулировала эту идею таким образом, даже для себя. И она, хоть и была простой, сильно меня удивила.

Я кивнула, уже бессознательно возвращаясь к смотровой комнате со стеклянным полом. Пока я шагала по коридору, возникло странное ощущение. Знакомства? Или, может быть, просто родства?

Когда я впервые попала на эту платформу, то нашла ее коридоры слишком стерильными, слишком скользкими, слишком… неорганическими. Сейчас ко мне снова пришел отголосок того ощущения. И кое-что еще.

– Хм… – сказала я, прижав ладонь к стене коридора. – Это место начинает мне нравиться. Я думала, после путешествия среди обломков оно покажется еще менее естественным.

М-Бот не ответил, и я почувствовала, что от него исходит необычная холодность.

«М-Бот!» – мысленно позвала я.

«Извини, – сказал он. – Что это было? Насчет того, что теперь тебе нравятся здешние коридоры?»

– Ну да. С тобой все в порядке?

«Да. Просто задумался. Но я не удивлен, что это место стало для тебя более уютным, чем прежде. Ты уходила и вернулась. Люди всегда ностальгируют о прошлом. И еще они связывают себя узами знакомства с самыми странными объектами и ощущениями».

– Сказал робот, который почему-то любит грибы!

«Эй, грибы по крайней мере живые! И интересные. Их много видов, и они растут в самых суровых условиях. Знаешь ли ты, что некоторые грибы могут управлять насекомыми, словно зомбируя их?»

– Ничего себе! Кто бы мог подумать, что грибы бывают такими крутыми?

«Если возвратиться к твоим странным ощущениям, – сказал М-Бот, – возможно… возможно, тебе нравятся эти коридоры, потому что они напоминают о кабине истребителя. И о полетах со мной».

Мысль пришлась мне по вкусу, но вряд ли она была верной. И все-таки я улыбнулась, продолжая идти. Я завернула за угол и вошла в комнату со стеклянным полом. На этот раз она была занята. На полу лежал долговязый рыжеволосый парень, вокруг валялись какие-то чертежи, его лицо было обращено вниз – он смотрел через стекло.

Тор вздрогнул, услышав шаги, и поднял голову, но расслабился, увидев, что это всего лишь я.

– Привет, – сказал он. – Слышал, у тебя сегодня был захватывающий день.

– Ага. Захватывающий. – Я зевнула. – Разве сейчас не утро по стандартному расписанию? Разве ты не должен завтракать?

Он хмыкнул, потом глянул на часы:

– Да наплевать на расписание. Я все равно не спал целую ночь.

– Тор, – сказала я, подбоченившись, – ты годами жаловался, когда я будила тебя или не давала заснуть из-за моих умнейших и интереснейших планов!

– К счастью, здесь окна выходят в вакуум, – заметил он. – И я не просыпаюсь от того, что ты стучишь в окно, уверенная, что нам нужно отправиться на поиски потерянного сокровища в очередную пустую пещеру.

– Знай, что в конце концов я нашла сокровище! – заявила я, скрестив руки на груди.

Я ожидала, что М-Бот вмешается. Но он не стал этого делать, а когда я цитонически подергала его, он снова показался мне отстраненным. Что с ним происходит?

– Как бы то ни было, – продолжила я, – я оскорблена тем, что ты внезапно решил не спать всю ночь без меня.

Он пожал плечами:

– ФМ ложится поздно. И я тоже постепенно привыкаю ложиться все позже.

– Ну конечно, – хмыкнула я, подходя.

Рядом с Тором я чувствовала себя… не незрелой, а больше похожей на себя прежнюю.

Я хлопнулась рядом с ним на спину, отчего некоторые чертежи взметнулись, и уставилась в потолок. Потом перекатилась и легла так же, как он. Лицом к стеклу, с видом на Россыпь.

– Скад! – прошептала я. – Это сбивает с толку.

– А то! – взволнованно отозвался он.

– Такое ощущение, будто я падаю, – сказала я, глядя вниз. – Стремительно несусь к поверхности.

– А мне кажется, будто плыву. Будто могу увидеть все и наконец-то вобрать это в себя. Может быть, я смогу понять это, а не бояться.

– В последнее время ты неплохо справляешься со страхом, – заметила я.

– Дело не в том, что я не боюсь, – сказал он. – Просто… у меня есть хорошая опорная конструкция. Это помогает.

Хм… Я бы так не выразилась. В детстве я бы сказала, что смелость уничтожает страх. А