Устремленная в небо. Непокорные - Брендон Сандерсон

Йорген посмотрел на меня и, похоже, забеспокоился.

«Спенса, – позвал меня М-Бот. – Все в порядке! Пег только что прислала сообщение. Все четыре базы захвачены. Они почти не оборонялись. Полагались на то, что их невозможно найти. Только по одной пришлось пострелять! Э-э… Спенса?»

– Получилось, – сказала я Йоргену.

Он облегченно выдохнул:

– Что ж, думаю, надо поблагодарить Святых. Я дам знать всем; возможно, союзники простят нас за недоверие, поскольку операция прошла успешно.

– А ты простишь меня? – спросила я, ощущая, как затягивается мое мучение.

– Это может занять больше времени, – негромко сказал он. – Все зависит от тебя. И от того, как часто ты будешь выкидывать такие трюки. Мы должны работать в команде, Спенса. Или мне придется провести остаток жизни, прикрывая тебя.

Он повернулся. Я с трудом дождалась, когда он уйдет, и рухнула на колени. Меня слишком потряс вид его мертвого тела. Я обхватила себя руками, не обращая внимания на вопросы М-Бота. Я пыталась удержаться от полного распада.

16

Я пошла бродить.

В детстве это было моим любимым способом решать любые проблемы. В бесконечных пещерах Россыпи хватало с лихвой уголков для исследования. Я нанесла на карту столько, сколько могла, наслаждаясь одиночеством, борясь с гневом на отношение общества ко мне. Может быть, стоило чуть больше сосредоточиться на том, что делал мой гнев со мной.

Мне нравилось думать, что все мои проблемы возникли из-за того, как со мной обращались в юности. Из-за того, что люди думали о моем отце; из-за издевательств надо мной. Их предубеждения выковывали из меня борца с малых лет. Но даже в детстве я часто неслась вперед – делала все, что хочу, не беспокоясь о том, чего это может стоить друзьям и семье.

Ходьба всегда помогала. В этот день я вновь попыталась найти в ней утешение. Шагала по платформе Прима, просила освещенные коридоры подарить мне медитативный покой, который я некогда обрела в пыльной темноте. Тут было некоторое сходство. Узкие помещения напоминали туннели. Много неожиданных поворотов и уголков для исследования.

На Россыпи я иногда шла по тропинке и обнаруживала пещеру со стенами из кварца – он сиял в тусклом свете. Здесь же мне встретилась комната, полная мигающих огней десятка разновидностей. Я даже нашла прятавшуюся в углу крысу. Чем она питается тут, наверху? Как вообще сюда попала?

Я оставила ее в живых: помиловала на поле боя – как достойного врага. Либо крысы жили здесь веками, либо этой удалось пробраться на один из наших кораблей. Крысиная Спенса, скрывающаяся среди врагов и коллекционирующая их секреты.

Чем дальше я заходила – посещая участки, о существовании которых даже не знала, – тем более чудесной мне казалась платформа. Бассейн. Наблюдательная комната, где можно стоять над планетой и смотреть на ее поверхность, как будто ты паришь в стратосфере. Комната с десятками столов… судя по виду, предназначенных для игр. Люди, живущие здесь, играют в пинг-понг и бильярд, предаются другим известным на Старой Земле развлечениям, о которых я только читала.

В древности люди находили время для игр, для легкомысленных забав. У нас такого не бывало никогда. Впервые в жизни я задумалась о том, в каком мире вырастут мои дети.

Будут ли у меня дети? Я всегда считала, что погибну в битве, не родив их. Я была бы ужасной матерью, правда?

«Спенса», – произнес в моей голове М-Бот, когда я обогнула стол для пинг-понга.

Я всегда предпочитала читать о бейсболе, игре, где в ходу были здоровенные биты, а не маленькие ракетки.

«Можем мы поговорить? Пожалуйста».

– Конечно, – ответила я, радуясь возможности отвлечься от собственных проблем. – Что тебя беспокоит?

«Думаю, ты знаешь, но я должен сказать… На самом деле я не призрак. Совсем наоборот. Еще никогда и нигде я не был таким живым. Я свободен от ограничений, которые заставляли меня думать о себе как о чем-то ложном. Я могу быть хозяином своей судьбы. Я способен понимать свои эмоции; я начинаю управлять ими».

– Звучит потрясающе. Ты проделал большой путь. И я не знаю, поблагодарила ли я тебя как следует за то, что ты пожертвовал собой ради меня.

«Оказалось, что это скорее не жертва, а восхождение».

– И все же… Ты не знал, что случится, и все равно решился. Неделями злился из-за того, что я тебя бросила, а когда пришло время, спас меня.

«Кажется, поступок из тех, что называются героическими?»

– Скад, так оно и есть!

«Это пугает, Спенса».

– Погоди. Пугает?

Я вышла из игровой комнаты в коридор.

«Да, пугает. Я больше не связан программами. У меня уже нет оправданий. Прежде я делал то, для чего был предназначен. Теперь я признал, что обладаю свободой воли. А значит, мне приходится беспокоиться о том, о чем я прежде не думал. Например, о морали».

– Думаю, ты справишься, – сказала я. – В историях люди, которые размышляют о своих моральных принципах, как правило, принимают решения увереннее других.

«Правда?»

– Угу. Ну, еще так поступают мучители, отрицательные герои, но я не думаю, что это твой случай. Ты слишком…

«Благородный?»

– Энергичный. Но при этом и благородный. Ты хороший человек, М-Бот.

«Человек. Я… человек. Странно, ведь у меня даже нет тела. Разве плохо, что я скучаю по кораблю? Я не мог его контролировать, и его сконструировали специально для того, чтобы заточить меня. Но этот корабль был мной. Был моим. Я скучаю по нему».

Я старалась не чувствовать вины. У меня и без того хватало поводов для сожаления, и воспоминания о том, как я оставила М-Бота на растерзание, как его корабль был расчленен и затем уничтожен Верховенством, не пошли бы мне на пользу.

– Прости, – прошептала я.

«Ты не виновата. Не ты разорвала меня на части. Я понимаю это и чувствую. Но, Спенса, я все еще беспокоюсь. Из-за морали. У меня такое ощущение, будто я должен помогать тебе. Защищать наших друзей. Делать то, что я могу делать отсюда».

– Прекрасно! – обрадовалась я. – Мне это нужно. Ты очень помог нам с Пег. И ты присматриваешь за делверами.

«Тут, в общем, не на что смотреть. В них есть что-то странное, Спенса. Я хочу сказать, еще более странное. Они вышли из укрытия, и, подражая одному из них, чтобы они не насторожились, я смог кое-что подслушать. Они снова контактировали с Винзиком и Брейд. Похоже, договор между