Сила любви - Керстин Гир

Я сдался:

– Ладно, мадам Мирабель недавно упомянула о некоторых вещах, которые меня сильно обеспокоили. Потому что это может быть связано с тобой. Но это не точно.

– Что ещё за вещи? – Она не выглядела удивлённой или поражённой, просто заинтересованной. Типично для Матильды.

– Там было что-то про золотоволосого ангела, который должен умереть и разбить мне сердце. – Про кровь я решил пока не упоминать.

Уголки рта Матильды слегка приподнялись.

– Ты думаешь, я могу быть этим золотоволосым ангелом, потому что ты однажды назвал меня так? – Теперь она действительно улыбалась. – Она сказала, в каком порядке всё это произойдёт? То есть сначала ангел разобьёт тебе сердце, а потом умрёт? Или твоё сердце разобьётся, потому что ангел умрёт?

– Это не смешно, – сказал я, но почувствовал, что напряжение в животе немного ослабло. Может быть, это действительно были бессмысленные бредни. Однако… – А что, если мадам Мирабель действительно Божественный Оракул?

– Ты серьёзно? – Жанна услышала последние слова и повернулась к нам. – Это риторический вопрос. Сам факт, что мы всё ещё помним мадам Мирабель, говорит в пользу того, что она действительно Божественный Оракул. Иначе Морена давно бы её убила. – Она вздохнула. – Мой инстинкт не подвёл меня. Жаль, что её увели у тебя из-под носа, Квиннчик. – Я хотел возразить, но Жанна так сильно ударила меня по рёбрам, что я чуть не потерял равновесие. – Спасибо, что не проболтался Темис. Иначе у меня были бы большие неприятности.

– Я сделал это не ради тебя.

– Ух ты, этот ледяной взгляд… – Жанна усмехнулась. – Очень сексуально. Иногда я даже понимаю, что Матильдочка в тебе нашла.

«Матильдочка» слегка покраснела. Она всё ещё держала меня за руку.

– В качестве благодарности можешь наконец рассказать ему что-нибудь полезное о своих испытаниях на звёздных вратах, – предложила она, и я губами беззвучно произнёс «люблютебя».

– Боюсь, ничем не могу помочь. – Жанна пожала плечами. – Экзамены каждый раз разные, я ему уже говорила.

– Всё равно попробуй, – сказал я.

Юли, Фарис и Надим вместе со Скиппом скрылись в оркестровых комнатах, чтобы сыграть в «Кнут-Уте». Ким одну за другой включила камеры наблюдения.

Жанна бросила короткий взгляд на свой мобильный.

– Ладно, у меня есть несколько минут, а потом я возвращаюсь в Город Теней. – Она опустилась на одну из больничных коек и устроилась поудобнее. – Итак, ты, наверное, уже знаешь от фей, что есть пять испытаний, которые ты должен пройти, чтобы в конце снова предстать перед звёздными вратами. Сами испытания проходят на Грани, так что хромота тебе не помешает.

Ким назидательно прочистила горло.

– Что опять не так?! – Жанна поджала губы. – Так вот, чтобы пройти эти испытания, нужен определённый уровень физической и умственной подготовки. Мне приходилось решать головоломки, находить выход из подземного лабиринта, сбрасывать одного из своих товарищей в колодец, переплывать океан, сражаться с троллями и тому подобное. Это нелегко, потому что на время испытаний о некоторых законах морали придётся забыть, но, честно говоря, после всей шумихи, которую они подняли вокруг этого, я думала, что будет сложнее. – Жанна снова пожала плечами. – И оригинальнее. Кроме меня было ещё три избранных, а на самом деле шесть, но те, кого представили Темис и Маквинна, не дошли до испытаний. Одну, к сожалению, сбросили с крепостной башни ещё до начала, а другая бесследно исчезла. От Фрея был один из его собственных отпрысков, разумеется, мужского пола, мускулистый и статный, как все Сыны Севера, но кандидат Морены ни в чём ему не уступал. Мало того, что она знала толк во всяких ядовитых грибах и паразитах, она ещё и умела читать мысли, а это, скажу я вам, чертовски раздражало. А ещё был мальчик, которого с гордостью представили Заоджунь и Нил: он мог управлять воздухом, как Квинн.

Матильда озадаченно посмотрела на неё:

– Почему ты представляла не Нила? Ведь ты его дочь.

– Да, но в то время бедняга и сам об этом не знал. – Жанна коротко рассмеялась, но не очень весело. – И уж, конечно, я не имела ни малейшего представления об этом. Это Кассиан увидел в маленькой крестьянской девочке Жанне многообещающую кандидатуру. И он поставил на правильную лошадь, на испытаниях я действительно превзошла остальных.

«Вернее, прошла по головам», – подумал я.

– Конечно, я всё равно не смогла открыть врата, – добавила она, скрестив руки на груди, – как и все остальные. Это ещё никому не удавалось.

– Может, нужный человек никогда не был среди избранных, а может, он всегда погибал раньше окончания состязаний, – задумчиво произнесла Матильда. – В итоге к тебе пророчество тоже не относилось.

– Точно. – Жанна вздохнула. – Как они все расстроились, особенно Кассиан. Вы бы видели его – тогда он ещё не носил бороду, так что можно было хорошо разглядеть его разочарование. – На лице Жанны промелькнула обида, и она внезапно стала выглядеть моложе. – Когда он понял, что я вовсе не потомок, а имею двух аркадийских родителей, он бросил меня, как горячую картофелину. Я увидела его снова лишь спустя столетие.

– Да, похоже на него, – сказал я, думая о призраке Даниэля. – Если его планы не срабатывают, ему наплевать на других.

– О, тебе вдруг перестал нравиться дедушка Касси? – Жанна с любопытством посмотрела на меня. – Он разбил твоё наивное сердце потомка? Мне жаль. Но рано или поздно это должно было случиться. В какой-то момент начинаешь понимать истинную природу старых аркадийцев. Какими бы сердечными, мудрыми и любящими они ни притворялись, на самом деле все безжалостны, эгоистичны и жаждут власти.

– Как, в общем-то, и ты, – сказал я, чем заслужил очередной толчок в рёбра от Матильды.

Жанна лишь усмехнулась:

– Скажи это восьмистам тридцати одной церкви и собору, которые посвящены мне, не считая часовен. И я не старая, я практически младенец по сравнению с Древними. Хотя Кассиан, пожалуй, самый безобидный из них. По крайней мере, у него есть что-то вроде совести, морального компаса. И я почти уверена, что в отличие от остальных он способен на искреннюю привязанность, если захочет… – Её голос прозвучал немного натянуто, и она откашлялась. – Ну хватит болтать, мне пора. – Жанна одним плавным движением вскочила с кровати и разгладила своё платье в цветочек. – Иначе мой торговец продаст все свечи для бала. Как я выгляжу?

– Как пятнадцатилетняя воспитанница монастыря, идущая на уроки игры на флейте, – ответил я, чем заслужил ещё один толчок в рёбра от Матильды.

– Только что был ещё один пример бодишейминга? – спросила Жанна. – Знаешь, как раздражает, когда тебя считают слишком молодой, а на самом деле